Входят герцог со свитой, Эгеон с обнаженной головой, палач и полицейские.

Герцог

Еще раз объявите: если деньги Хоть кто-нибудь внесет за старика, Он не умрет; он милости достоин.

Адриана

Прошу защиты, благородный герцог, От аббатисы!

Герцог

Но она особа Почтенная и добрая: никак Она тебя обидеть не могла.

Адриана

Ax, ваша светлость! Муж мой Антифол — Кому себя и все свое вручила Я по приказу вашему — сегодня Охвачен был безумья силой злой. На улицу он выбежал из дома С одним слугой, безумным, как и он. И, устрашая мирных граждан, начал Врываться в их дома и уносить Алмазы, кольца, все, что привлекало Безумный взор. Едва нам удалось Его, связав, домой отправить, тотчас Пошла я, чтоб убытки возместить Всем пострадавшим. В это время он, Не знаю как, вновь вырвался на волю, И с ним — слуга; тут, обнажив мечи, Пылая гневом, в ярости безумной Они, нас встретив, бросились вперед, Чтоб заколоть; сбежались, к счастью, люди И вновь связали б их, но удалось Обоим скрыться в этом вот аббатстве; И аббатиса запереть ворота Велела слугам, вход нам воспретив И отказавши в выдаче безумных. О, разреши мне, милостивый герцог, Несчастных взять и оказать им помощь!

Герцог

Твой муж служил мне прежде на войне; В тот день, как ты с ним ложе разделила, Тебе я сам дал княжеское слово Его взыскать всей милостью моей. — Эй, кто-нибудь! В ворота постучите; Просите аббатису выйти к нам. Я не уйду, не разрешив их спора.

Входит слуга.

Слуга

Сударыня, спасайтесь поскорей! Мой господин и раб его на воле; Избив служанок, доктора они Связали, стали бороду палить, И каждый раз, как вспыхивал огонь, Они его помоями тушили. Мой господин его терпенью учит, Слуга ж стрижет макушку, как безумцу; И если вы на помощь не придете, То заклинателя они, наверно, Убьют!

Адриана

Что врешь, дурак? Они — здесь оба. Все это ложь, что ты сейчас сказал.

Слуга

Нет, госпожа, я правду говорю. Я не вздохнул с тех пор, как видел их. Они грозят добраться и до вас, Вам опалить лицо, обезобразить.

Крики за сценой.

Чу! Слышно их! Бегите же скорей!

Герцог

Стань близ меня, не бойся. —

(Страже.)

Обнажите Свои мечи!

Адриана

О горе! Это муж мой! Он носится каким-то невидимкой. Ведь только что вбежал в аббатство он, И вот — уж здесь! Непостижимо это!

Входят Антифол Эфесский и Дромио Эфесский.

Антифол Эфесский

Молю о правосудье, добрый герцог! Хотя б за то, что я тебе служил, Что я собой прикрыл тебя в сраженье, Спас жизнь твою ценою ран своих, — Ту вспомни кровь и окажи защиту!

Эгеон

Когда страх смерти не темнит мне взора, То Дромио и сын мой Антифол!

Антифол Эфесский

Спаси меня от женщины, мой герцог, Которую ты сам дал в жены мне! Она меня унизила, покрыла Бесчестьем злым, позором без границ! И рассказать нельзя все зло, что ныне Она бесстыдно причинила мне!

Герцог

Открой мне все; я буду справедлив.

Антифол Эфесский

Меня сегодня не впустила в дом, Пируя в нем с любовником развратным.

Герцог

Тяжелый грех!

(Адриане.)

Скажи мне: так все было?

Адриана

Нет, государь: сестра, и я, и он Обедали все вместе: да погибнет Моя душа, коль не клевещет он!

Люциана

Да не увижу больше дня и ночью Не знаю сна, коль солгала она!

Анджело

Бесстыдные! Клялись вы обе ложно; Безумец правду чистую сказал.

Антифол Эфесский

Мой государь, я говорю, что знаю. Мой ум не отуманило вино; Не омрачен он яростью безумной, Хоть здесь свели б с ума и мудреца. Та женщина мне точно дверь замкнула; Вот ювелир, — коль он не в стачке с ней, То подтвердит: он был тогда со мною. Ушли мы вместе; он зашел за цепью, Чтоб к «Дикобразу» мне ее принесть, Где я обедал вместе с Бальтазаром. Но не принес. Я, кончивши обед, Пошел искать его и скоро встретил. Он был вдвоем вот с этим господином И начал вдруг бесчестно уверять, Что эту цепь уж мне сегодня отдал, Хоть, видит бог, ее не видел я. Он приставу отдал меня под стражу. Я подчинился и послал раба За кошельком домой; он не принес, Но пристава я сам уговорил Пройти со мною к дому; по дороге Мы встретили жену С ее сестрой и целою толпою Сообщников презренных; был средь них И некий Пинч, с голодной мордой И на скелет похожий шарлатан, Паяц оборванный, гадатель голый, С глазами впалыми, живой мертвец. И этот гнусный раб был ею нанят Как заклинатель, чтоб сгубить меня. Смотря в глаза и щупая мне пульс, Он, не стыдясь, с нахальством беспримерным, Вдруг закричал: «Он бесом одержим!» Тогда меня связали, повели Домой и там в сырой и темный погреб Толкнули нас: меня и вот его. Но я зубами перегрыз веревку, Вернул себе свободу и тотчас К вам побежал — молить, чтоб ваша светлость Дала защиту мне и право мстить За ряд обид и тяжких оскорблений.