– Теперь, человек, у тебя есть два варианта. Поведаешь мне комбинацию к своему сейфу и расскажешь, какие здесь припрятаны ловушки, тогда, быть может, я сохраню тебе жизнь. Или я могу пытать тебя, чтобы выудить эту информацию, запью это твоими воспоминаниями, чтобы разыскать и покарать заодно твою семью. Ты же прячешь их где-то, не так ли?

– Никогда. Я никогда тебе этого не скажу!

– Отлично. Мне даже больше понравится, если ты будешь сопротивляться…

В конце концов, он мучил Вебба до тех пор, пока тот не стал молить рассказать всё. Немного погодя, Лотэр позволил ему это.

– И последний вопрос, – сказал Лотэр, поднимаясь над искалеченным телом мужчины. – Кто рассказал Ордену обо мне? Кто поместил меня в список захвата пленных Чейза?

Когда Вебб сдавленно рассмеялся, на его губах пузырилась кровь.

– Вампир… глубоко внутри… ты это знаешь.

Услышав это, Лотэр лишился своего самообладания. Разумеется, у него были подозрения на этот счёт, но они не могли быть верными.

– Невозможно.

Между приступами кашля, Вебб процедил сквозь зубы:

– Ты знаешь… кто сдал тебя нам.

Должно быть, он лжёт. Был только один способ выяснить это наверняка.

Взгляд Лотэра упал на шею мужчины. Будет ли это той самой жертвой, которая столкнёт его в бездну? Сможет ли он остановиться, не осушив Вебба полностью?

«Должен рискнуть».

– Сейчас я осушу тебя. – Лотэр рывком поставил его на ноги. – Сопротивляйся. Это добавляет свою изюминку. – Затем он пронзил ярёмную вену Вебба, сморщившись от вкуса его крови.

По сравнению с Элизабет, кровь коммандера напоминала отбросы. Но предстоящее убийство манило Лотэра, заставляло высасывать кровь сильнее, в то время как бьющееся в конвульсиях тело Вебба становилось всё более и более невесомым от кровопотери.

Когда мужчина обмяк, Лотэр бросил его, сдавая назад нетвёрдыми шагами. Что у него в крови?

Его окутал наркотический туман. Примитивный, сильнодействующий. Лотэр ловил такой кайф, что даже не задумался о его природе.

Он прислонился спиной к стене и сполз вниз, закрывая глаза перед вращающейся вокруг него комнатой.

Когда из уст Вебба вырвалось последнее свистящее дыхание, в сознании Лотэра со скоростью света начали мелькать образы. Он впал в полусон, поглощённый спутанными воспоминаниями мужчины.

По ощущениям Лотэра, прошли часы, прежде, чем он смог ухватиться за воспоминания, которые видел…

Коммандер не лгал о предателе Лотэра.

К горлу Лотэра подкатила желчь, выброс чистой ненависти оживил его. Он открыл глаза.

Все, кому он когда-либо доверял, умерли… или предали его.

Одно из двух может произойти с Элизабет. Или оба варианта сразу.

Вечно преданный. Стефаном, Сергеем, Фёдором, Саройей, даже тем единственным существом, которое Лотэр называл другом…

Но только не Элизабет. Не она.

Он неуклюже встал на ноги, пнул безжизненное тело Вебба («счастливого избавления, хрен моржовый») и направился к сейфу.

Теперь обезвредим все принятые меры предосторожности. Нажать кнопку там, ввести фальшивый код здесь, один раз повернуть рычаг. Ввести верный код.

Как головоломка. Если бы у Лотэра не стояло на кону так много, ему бы даже понравилось.

Дверь сейфа с шипением раскрылась. Вон он. Чёрный вельветовый кисет.

Он перевернул его и кольцо выскользнуло. Когда он примерил незамысловатый золотой ободок кольца, то почувствовал, как от него исходит непостижимая сила.

Не теряя ни секунды, Лотэр повернул кольцо, загадывая желание. Вернуться назад во времени, чтобы не дать клятв Саройе Жнице Душ.

Ничего не произошло. Лотэр не почувствовал никакого выброса энергии, вроде тех, что случались у него в прошлом с менее могущественными талисманами.

Может, кольцо запрещало перемещения во времени. Он внёс изменения в своё желание: аннулируй мои клятвы Саройе.

И снова ничего. Милостивые боги, кольцо препятствует ему; клятвы остались нерушимыми. Тяга к уничтожению Невесты становилась всепоглощающей.

Единственным возможным шагом при таком раскладе оставалась смерть. Элизабет или его собственная?

Он посмотрел в окно рабочего кабинета. Солнце всходило, лучи света прорывались сквозь далёкие горы.

Словно протягивающиеся пальцы. Инстинктивно ему хотелось скрыться, избежать их хватки.

Мог он пожертвовать собой ради Элизабет? Часть его едва могла поверить в то, что Лотэр, жестокосердный Враг Древних, даже просто раздумывает об этом! Предаст ли он себя пеплу ради её спасения?

Как поступила Иванна много лет тому назад, чтобы защитить его…

Он оправдывался перед собой тем, что смерть Элизабет изменит его, и поэтому он размышляет об этом. Как мог вампир продолжать жить без Невесты? Он пытался убедить себя, что в его решении не принимает участие веление сердца.

Но это было не так.

«Маленькая смертная, ты всё изменила…»

До того, как Иванна ушла навстречу смерти, Лотэр спросил её:

– Как ты можешь пойти на такое?

Наконец, он понял её ответ.

Потому что всё, что есть во мне достойного – началось с Элизабет.

Он потёр рукой грудь, ошарашенный ноющей болью в ней. Хотел бы я увидеть её в последний раз…

Расправив плечи, Лотэр переместился во двор, чтобы встретить рассвет; бросая вызов врагу, которого избегал всю свою жизнь. Врагу, который, как он сейчас молился, сразил бы его. 

Глава 46 

– Это происходит, – хлебнув колы, Элли призналась Валери. – Я влюбляюсь в него.

Они с феей были на террасе, наблюдали закат, и в то же время Элли с беспокойством ждала Лотэра. Его не было весь день.

Когда он уходил, Элли снова сказала ему, что не станет беспокоиться. С этим покончено.

Чуть раньше их навещал Тэд. Они с Валери часами пытались отвлечь её, но с течением дня ощущение, что случится что-то ужасное, только нарастало.

В четыре часа дня Элли потребовала, чтобы Валери бросила кости. От увиденного её лицо побледнело, и ценой невероятных усилий она выдохнула лишь одно слово: «… горит».

Тем не менее, овладев собой, Валери приклеила на лицо фальшивую улыбку и изрекла, что тот расклад – «чушь».

И не важно, сколько Элли её обхаживала, она отказалась добавить хоть что-нибудь по этому поводу. И вот, Валери сказала:

– Я могу отличить это уже по тому, как ты на него смотришь. Ты рассказала ему?

– Ещё нет, – пробормотала Элли. Придерживаясь прежней непреклонной линии поведения, она уклонилась от своих клятв. «Никогда не влюбляться в Лотэра» превратилось в «не говорить ему «я люблю тебя» первой»…

– Элизабет, – с болью в голосе начала Валери, – есть кое-что, что ты должна знать о Саройе и…

Появился Лотэр. У Элли челюсть отвисла.

На его теле были глубокие подпалины, мышцы вздулись, пот и кровь сочились с обугленной кожи.

До того, как Карга или Элли смогли произнести хоть слово, он схватил Элли за руку, перемещаясь с ней в спальню их апартаментов.

– Боже мой, Лотэр! Что с тобой случилось? – Что увидела Валери?

Его радужки были такого глубокого красного цвета, какими Элли раньше никогда их не видела, они сочились кровью, окрашивая белки глаз.

– Посмотри, что я отыскал, Лизветта.

Он сжал простой золотой ободок двумя пальцами так, что костяшки побелели. Выражение его лица было смесью безумия и агонии.

– Это же хорошо, так?

Он горько рассмеялся.

– Хорошо? Это твоя погибель.

– О чём ты говоришь?

– Я не могу спасти тебя… Не важно, что я пытаюсь сделать, меня сдерживают клятвы.

По её спине поползли мурашки.

– Я не понимаю. Пожалуйста, Лотэр, успокойся. Ты пил из кого-нибудь?

– Лизветта, я даже не могу сначала умертвить твоё тело, чтобы освободить душу…

– Умертвить меня? А что с моей душой? Ты снова несёшь бред! – выкрикнула она. – Просто используй кольцо, чтобы изгнать из меня Саройю.

Он начал мерить шагами комнату, что никогда не было хорошим знаком.