“Мечтал я о тебе так часто, так давно…”

Мечтал я о тебе так часто, так давно,     за много лет до нашей встречи,когда сидел один, и кралась ночь в окно,     и перемигивались свечи.И книгу о любви, о дымке над Невой,     о неге роз и море мглистомя перелистывал — и чуял образ твой     в стихе восторженном и чистом.Дни юности моей, хмельные сны земли,     мне в этот миг волшебно-звонкийказались жалкими, как мошки, что ползли     в янтарном блеске по клеенке…Я звал тебя. Я ждал. Шли годы, я бродил     по склонам жизни каменистыми в горькие часы твой образ находил     в стихе восторженном и чистом.И ныне, наяву, ты, легкая, пришла,     и вспоминаю суеверно,как те глубокие созвучья-зеркала     тебя предсказывали верно.

СОНЕТ

Весенний лес мне чудится… Постой,прислушайся… На свой язык певучийпереведу я тысячи созвучий,что плещут там под зеленью святой.И ты поймешь, и слух прозрачный твойвсе различит: и солнца смех летучий,и в небе вздох блестящей легкой тучи,и песню пчел над шепчущей травой.И ты войдешь тропинкою пятнистойтуда, в мой лес, и нежный и тенистый,где сердце есть у каждого листка,туда, где нет ни жалоб, ни желаний,где азбуке душистой ветеркаучился я у ландыша и лани.

“Позволь мечтать… Ты первое страданье…”

Позволь мечтать… Ты первое страданьеи счастие последнее мое,я чувствую движенье и дыханьетвоей души… Я чувствую ее,как дальнее и трепетное пенье…позволь мечтать, о, чистая струна,позволь рыдать и верить в упоенье,что жизнь, как ты, лишь музыки полна.

“Ее душа, как свет необычайный…”

Ее душа, как свет необычайный,как белый блеск за дивными дверьми,меня влечет. Войди, художник тайный,     и кисть возьми.Изобрази цветную вереницуволшебных птиц, огнисто распишивсю белую, безмолвную светлицу     ее души.Возьми на кисть росинки с розы чайной и красный сок раскрывшейся зари.Войди, любовь, войди, художник тайный,     мечтай, твори.

“Когда захочешь, я уйду…”

Когда захочешь, я уйду,утрату сладостно прославлю, —но в зацветающем саду,во мгле пруда тебе оставлюодну бесценную звезду.Заглянешь ты в зеркальный пруди тронешь влагу, и движеньябеспечных рук звезду вспугнут,но зыбь утихнет, отраженьевернется вновь, шепнет: я тут…Ты кинешь камешек, и вновьзыбь круговая гладь встревожит.О, нет, звезде не прекословь,растаять в сумраке не можетмой лучший луч, моя любовь…Над влагой душу наклоня,так незаметно ты привыкнешьк кольцу тончайшего огня;и вдруг поймешь, и тихо вскрикнешь,и тихо позовешь меня…

“О, светлый голос, чуть печальный…”

О, светлый голос, чуть печальный,слыхал я прежде отзвук твой,пугливый, ласково-хрустальный,в тени под влажною листвойи в старом доме, в перезвонеподвесок-искорок… Звени,и будут ночи, будут дниполны видений, благовоний;забуду ветер для тебя,игравший в роще белоствольной,навек забуду ветер вольный,твой лепет сладостный любя…Очарованье звуковое,не умолкай, звени, звени.Я вижу прошлое живое,между деревьями огнив усадьбе прадеда, и окнаоткрыты настежь, и скользят,как бы шелковые волокна,цветные звуки в темный сад,стекая с клавишей блестящихпод чьей-то плещущей рукойи умолкая за рекой,в полях росистых, в синих чащах.