Страшил-воевода и плевенский кади [401]

Остался Димчо сироткой, Без матери, без отца он, Нанялся Димчо батрачить У кади [402]в городе Плевне [403] И ровно девять годочков Там прослужил, проработал. Потребовал Димчо платы, А кади ему ответил: «Эх, Димчо, глупый ты парень, И кто же тебя надоумил За службу требовать денег?» Сказал хозяину Димчо: «А кто меня надоумил? Меня научила служба, Учила меня работа, Учили мои мученья. Уж девять лет я батрачу, Служу у тебя здесь в доме. Ты должен мне девять сотен, Плати же мне мои деньги!» Ответил кади со смехом: «Иди-ка, Димчо, работай! Пока еще глуп ты, молод, И кто это видел-слышал, Чтоб кади платили деньги?» Обидно тут стало Димчо, Он встал и ушел далеко, Ушел в Троянские горы [404] И там во весь голос крикнул: «Ой, где ты, Страшил, мой дядя, Страшил, воевода страшный, И где мне тебя увидеть, Обиду мою поведать?» Услышал Страшил-воевода И молвил своей дружине: «Эй вы, дружинники-други! Скорей разыщите Димчо. Его ко мне приведите!» И сразу ушли юнаки, По лесу долго ходили, В долине встретили Димчо, Его привели к Страшилу. Спросил тогда воевода: «Ты, сын сестры моей, Димчо, Зачем по лесам ты бродишь И дядю родного ищешь?» Ответил Димчо Страшилу: «Ой, грозный Страшил, мой дядя, Пожаловаться пришел я: Я девять лет пробатрачил У кади в городе Плевне, Он за девять лет работы Не дал девяти грошей мне». Тогда Страшил вопрошает: «Ты знаешь, Димчо, ты скажешь, Как отмыкается дверь На том подворье у кади?» И Димчо ему ответил: «Я девять лет был в доме». Страшил говорит дружине: «Эй вы, дружинники-други, Вы пояса затяните, Готовьте ружья-кремневки, Стяните лапти-царвули, Идем мы все в город Плевну, Там турок громить мы будем, И там мы изловим кади». Пошли они в город Плевну И там изловили кади, Тяжелой палицей били, Ножами его кололи. Страшил говорил дружине: «Берите, парни-юнаки, Горстями себе червонцы И полной мерой сыпьте: Кровавые это деньги, Награблены, силой взяты У вдов, у сирот несчастных!» Тут кади взмолился слезно: «Страшил, воевода грозный, Костей моих не ломайте, А лучше возьмите деньги!» Страшил ему так ответил: «Коль ты останешься бедным, Людей снова грабить будешь». На месте кади казнили, А голову в горы взяли.

Предраг и Ненад [405]

Мать растила сыновей двух малых, В злое время, в трудный год голодный, Веретенцем хлеб им добывала, Имена хорошие давала: Предраг [406]— одному, другому — Ненад. [407] А как Предраг на коне смог ездить, На коне держать копье стальное, Он покинул мать свою старуху Да уехал в горный лес к гайдукам. Ненад дома с матерью остался, И не знал он ничего о брате. Вырос Ненад, на коне смог ездить, На коне держать копье стальное, И покинул мать свою старуху Да уехал в горный лес к гайдукам. Там три года Ненад прогайдучил. Был юнак он мудрый и разумный, Был удачлив в каждом поединке, Атаманом стал в дружине храброй. Пробыл Ненад главарем три года, Захотел старуху мать проведать. Он сказал своей дружине братской: «Ой, дружина, братья дорогие! Навестить хочу я мать родную, Так разделим все добро по-братски, Навестим свой дом и мать родную». С радостью послушалась дружина, Вот добычу каждый вынимает И клянется клятвою великой, Кто клянется братом, кто сестрицей. Вынул Ненад и свою добычу, И сказал он так своей дружине: «Ой, дружина, братья дорогие! У меня нет брата, нет сестрицы, Мой свидетель только бог единый! Правая рука моя отсохни, Потеряй мой конь густую гриву, Заржавей моя стальная сабля, Если утаил я хоть немного!» А когда добро все поделили, Ненад на коня вскочил проворно И поехал к матери-старухе. Мать радушно принимала сына, Лакомые яства подавала, А когда они за ужин сели, Ненад тихо матери промолвил: «Ой, старушка, мать моя родная! Если б пред людьми не постыдился, Если б я не согрешил пред богом, Не сказал бы, что ты мать родная: Почему мне брата не родила, Брата или милую сестрицу? Как с дружиной я делил добычу, Каждый клялся клятвою великой: Клялся братцем иль сестрицей милой, Только я собой, своим оружьем Да конем надежным под собою». Засмеялась мать его старуха: «Говоришь ты неразумно, Ненад! Я давно тебе родила брата, Брат родной и у тебя есть — Предраг. Нынче утром я о нем узнала, Что теперь с дружиной он гайдучит На горе зеленой Гаревице, Атаманом в чете у гайдуков». Юный Ненад матери ответил: «Ой, старушка, мать моя родная! Приготовь мне новую одежду, Из сукна зеленого дай платье, Чтоб под цвет была с горой зеленой, Еду я искать родного брата, Да исполнится мое желанье». Мать-старуха отвечала сыну: «Неразумно говоришь ты, Ненад! Голову свою зря потеряешь!» Юный Ненад матери не слушал; Делает он так, как сердцу мило, Надевает на себя он платье, Из сукна зеленого одежду, Чтоб под цвет была с горой зеленой, И на доброго коня садится, Едет он искать родного брата, Чтоб исполнилось его желанье. Голоса не подал он дорогой, Он не гикнул, на коня не крикнул. А когда подъехал к Гаревице, Крикнул Ненад, словно сокол сизый: «Гаревица, кто в лесу таится, Ты не прячешь ли в себе юнака, Он родной мой брат, зовется Предраг? Не хранишь ли ты в лесу юнака, Кто бы с братом мог соединиться?» Предраг, брат его, сидел под елью, Пил вино под елкою зеленой, Он услышал громкий голос брата И сказал своей дружине братской: «Ой, дружина, братья дорогие! У дороги встаньте вы в засаду, Поджидайте этого юнака, Не губите вы его, не грабьте, Но живым его ко мне ведите, Кто бы ни был, моего он рода». Встали тридцать юношей здоровых, В трех местах по десятеро стали. Как наехал он на десять первых, Не посмел никто навстречу выйти, Выйти, задержать среди дороги, Только стрелы издали пускали. Крикнул Ненад молодой гайдукам: «Не стреляйте, братья, с Гаревицы, Чтоб по брату вы не горевали, Как горюю я о милом брате, Я его найти сюда приехал!» Ненада все пропустили с миром. Как наехал на второй десяток, Стрелы и они в него пускали, Крикнул Ненад молодой гайдукам: «Не стреляйте, братья, с Гаревицы, Чтоб по брату вы не горевали, Как горюю я о милом брате, Я его найти сюда приехал!» Ненада все пропустили с миром. Как с десятком третьим поравнялся, Стрелы и они в него пускали, Ненад молодой тут рассердился И напал на тридцать всех юнаков, Первых десять порубил он саблей, Потоптал конем второй десяток, А десяток третий разбежался, Кто к вершине, кто к воде студеной. Весть дошла до Предрага-юнака: «Не к добру сидишь, главарь наш Предраг, На тебя юнак какой-то едет, Порубил он на горе дружину». Предраг быстро на ноги поднялся, Да схватил свой лук тугой и стрелы, Да к дороге вышел для засады, Да засел под елкою зеленой И стрелою поразил юнака, В злое место та стрела попала, В злое место под юнацким сердцем. Вскрикнул Ненад, словно сокол сизый, Громко вскрикнул и в седле поникнул: «Ой, юнак с зеленой Гаревицы! Пусть живым тебя господь накажет. Правая рука твоя отсохнет, Что стрелу из тетивы пустила, Пусть ослепнет, лопнет глаз твой правый, Что в меня стрелу нацелил метко! Пусть о брате ты своем горюешь, Как горюю я о милом брате. Я его найти сюда приехал, Даже если поплачусь я жизнью!» Как услышал Предраг речь такую, Из-за ели Ненаду он молвил: «Кто, юнак, ты, из какого рода?» Ненад раненый ему ответил: «Что меня о роде вопрошаешь? Ведь меня женить вам не придется. Молодой юнак я, юный Ненад, Одинока мать моя старуха, У меня есть брат родной постарше, Предрагом родной мой брат зовется, Я искать его сюда приехал, Чтоб исполнилось мое желанье, Даже если поплачусь я жизнью!» Как услышал Предраг речь такую, Выронил с испугу злые стрелы, К раненому подбежал поспешно, Снял с коня и положил на землю: «Ты ли это, брат родной мой Ненад! Это я твой брат родной, твой Предраг! Заживить ты в силах злую рану, Если тонкую порву рубашку, Осмотрю, перевяжу я рану?» Ненад раненый ответил брату: «Ты ли это, брат родной мой Предраг! Слава богу, что тебя увидел, Так исполнилось мое желанье. Заживить не в силах злую рану. Кровь моя, бог даст, тебе простится!» Так промолвил, да и душу отдал. Брат над братом горестно горюет: «Ой ты, солнце ясное, мой Ненад! Рано ты взошло и засияло, Да зато и рано закатилось! Василечек мой в саду зеленом, Рано на заре ты распустился, Да зато и рано ты увянул!» Предраг выхватил кинжал из ножен. Поразил себя кинжалом в сердце, И упал он мертвый подле брата. вернуться

401

Переведено по тексту сб.: «Съчинения на Любен Каравелов», т. първий. Под ред. на 3. Стоянов. Издава съпругата му Н. Л. Каравелова. Русе, 1886, с. 163–165. Воспитанник Московского университета, Л. Каравелов был в 70-е годы XIX в. крупным писателем, одним из основоположников новой болгарской литературы и литературного языка и председателем Болгарского Революционного центрального комитета, возглавлявшего национально-освободительную борьбу. Песню ему прислал П. Хитов, известный гайдук 60-70-х годов XIX в.

По преданиям, Страшил-воевода гайдучил в XVII в. в Родопских и Пиринских горах. Судя по упоминаемым географическим названиям, измененное имя легендарного воеводы, видимо, перенесено в эту песню.

вернуться

402

Кади— турецкий судья, выполняющий свои обязанности согласно мусульманскому обычному праву (шариату).

вернуться

403

Плевна(болг. Плевен) — город в северной Болгарии.

вернуться

404

Троянские гора— горный массив близ г. Трояна в центральной части Старой Планины, горного хребта, перерезающего Болгарию с запада на восток.

вернуться

405

Переведено по тексту сб.: Караджич, т. II, № 15. Песня прислана издателю из г. Буды (Венгрия), где имелась большая южнославянская колония. Сюжет песни получил широкое распространение. По существу — это переделка общеславянского сюжета о нечаянной и трагической встрече братьев в бою.

вернуться

406

Предраг— буквально: «самый дорогой».

вернуться

407

Ненад— буквально: «нежданный».