Новак и Радивой продают Груицу [386]

Пир пируют Радивой с Новаком На горе зеленой Романии, Служкой служит чадушко Груица. Лишь вином насытились юнаки, Радивой сказал такое слово: «Старина Новак, мой милый братец! Все вино мы выпили с тобою. Весь табак до крошки искурили, Нет в кармане больше ни динара». Старина Новак ему ответил: «Не печалься, Радивой отважный! Не беда, что нет вина в запасе, Что табак до крошки искурили, Что казной мы тоже оскудели, С нами сын мой, чадушко Груица, Он красивей девушки-красотки! Мы с тобой оденемся купцами, Грую в платье рваное нарядим, Поведем мы чадушку Груицу, Продадим в Сараеве на рынке, Убежит наш Груя, коль захочет, Мы ж казною снова разживемся И вина и табаку достанем». Тем словам обрадовался Раде, Побратимы на ноги вскочили, Нарядились пришлыми купцами, Грую в платье рваное одели, Повели в Сараево на рынок, Чтоб продать там чадушку Груицу. Увидала Грую там девица, [387] Обещала три куля червонцев, Побежала к дому за деньгами. В это время черт принес старуху, Джафер-бега старую вдовицу, Три куля дает вдовица денег, Трех коней, везти домой червонцы. Проклинает ту вдову девица: «Уводи, вдова, Дорогокупа! Пусть тот раб тебе недолго служит, Может, ночь, а может, две, не боле!» Повела вдова Дорогокупа, Привела на белое подворье, Принесла ему воды и мыла, Искупала чадушку Груицу, Нарядила в чистую одежду, Принесла господскую вечерю. Сел вечерять чадушко Груица, А вдове не терпится до ночи — Все глядит на чадушку Груицу. Только на дворе завечерело, Постлала вдова ему постелю, Полегла с Груицей на перины. Лишь назавтра утро засияло, Рано встала бегова вдовица, Принесла богатые одежды, Приодела чадушку Груицу. Нарядился чадушко в рубашку — Вся она из золота по пояс, [388] А внизу от пояса — из шелка. И поверх зеленая долама, На доламе тридцать штук застежек, В каждой штуке золота по литре, В самой верхней — литры три и боле, На застежки петли надевались, Каждая — с кувшинчик для ракии. На доламе золотые токи, [389] В каждой токе по четыре оки. На ноги — шальвары и сапожки, — По колено ноги пожелтели, [390] Стал похож на сокола Груица; На голову — шапку с опереньем, Девять перьев нацепил на шапку Да крыло, десятое по счету, [391] Из крыла челенки три спускались, Что Груице по плечам стучали, А цена им — тысяча дукатов. Принесла вдова шелковый пояс, А за пояс — гданских две пистоли, Обе в чистой золотой оправе, Вместе с ними — два ножа огнистых С дорогим алмазом в рукоятке; Подарила кованую саблю С золотой тройною рукоятью, В рукояти — камень драгоценный, Стоит сабля три царевых града. Нарядился чадушко Груица И сошел с высокой белой башни, Стал гулять по белому подворью, Заложив под мышками ладони. На него любуется вдовица, С белой башни смотрит из окошка, Подзывает чадушку Груицу, Говорит ему такое слово: «Господин мой, [392]раб Дорогокупый! Что ты нынче ходишь невеселый? Иль жалеешь три куля червонцев, Что дала я за тебя на рынке, Иль коней, везти домой червонцы? У меня полна червонцев башня, У меня полна коней конюшня, Три десятка там арабских коней, Да простых там коней три десятка. Послужили кони Джафер-бегу, А теперь тебе пускай послужат!» Отвечает чадушко Груица: «Госпожа ты, бегова вдовица! Мне богатства твоего не жалко, О другом, вдовица, я жалею. Жалко мне родимого подворья, [393] Там ходил я в горы на охоту, У тебя ж я никого не знаю». [394] Отвечает бегова вдовица: «Не печалься, раб Дорогокупый! Тридцать мне сараевцев знакомы, Что ходили с бегом на охоту. Прикажу слуге я Ибрагиму, Пусть слуга идет на белый рынок, Пусть он кликнет тридцать тех юнаков, Отправляйся с ними на охоту. Здесь в лесу гора есть Романия, На горе косули и олени. Прикажу слуге я Хусеину, Пусть он пару коней оседлает». Оседлал двух коней тот конюший, [395] С площади сараевцы приспели. На раба любуется вдовица, [396] В белой башне Грую собирает. Молвит Груе бегова вдовица: «Ты послушай, раб Дорогокупый! Отвори ты в башне кладовую, Захвати дукатов на дорогу, Одели сараевцев деньгами, Как начнут носить тебе добычу». Отворил Груица кладовую, Лаком был Груица на дукаты, Понабрал их полные карманы, Да еще в сапог себе засунул. Говорит сараевцам вдовица: «Тридцать вас, сараевцев-юнаков! Берегите мне Дорогокупа, Берегите пуще Джафер-бега!» Тут спустился Груя с тонкой башни, Сел верхом на серого лихого, Поскакал на площадь городскую. Вот бы вы на Грую посмотрели, Как помчался этот черт на черте, Так на сером тот гайдук помчался! [397] Только камни из-под ног летели, Да трещали там корчмы и камни! Говорят сараевцы друг другу: «Боже милый, что за небылица! Вот вдовице привалило счастье! Удалось сыскать ей господина, Не чета он старцу Джафер-бегу!» И помчались все на Романию. На горе зеленой Романии Вдруг олень зарыкал и косуля. Говорят сараевцы-юнаки: «Господин наш, раб Дорогокупый! Вот олень зарыкал и косуля!» Но ответил чадушко Груица: «Полно вам, сараевцы-юнаки! Не олень тут рычет, не косуля, То Новак гуляет с Радивоем, А вот это — чадушко Груица!» Тут ударил стременем Груица, Полетел на сером через поле, Далеко сараевцы отстали, [398] Хусеин один за ним несется, Белым горлом кличет тот конюший: «Стой ты, курва, чадушко Груица! От меня с конем ты не ускачешь, Не уйдешь в нарядах Джафер-бега!» Вскок пустил он своего гнедого, Вынимает кованую саблю, В самом деле Грую догоняет. Но и Груя уходить не хочет, Повернул он серого обратно, Вынимает саблю Джафер-бега, Поджидает с саблей Хусеина. Вот дождался Груя Хусеина, По плечу по правому ударил, Разрубил слугу он на две части, Раздвоил седло одним ударом, Под седлом рассек он и гнедого, Да еще и землю поцарапал. Тут Новак из чащи подал голос: «Здравствуй, сын мой, чадушко Груица! [399] Не плошал и я в былые годы, [400] Мог не хуже твоего ударить!» Хусо землю пятками копает, Груя едет в горы, распевает. Как подъехал к Старине Новаку, Дядю Груя в белый лик целует, А отца целует в белу руку, Отпустил коня он в лес зеленый, Ухватил ружье свое под мышку, И пошел Груица в лес зеленый. вернуться

386

Переведено по тексту сб.: Караджич, т. III, № 2. Записано от Т. Подруговича.

вернуться

387

Увидала Грую там девица… — Этот и следующий стих в оригинале: «Покупала его турчанка-девица, // Дает за него два вьюка золота». Здесь и далее «вьюк золота» переводится как «куль червонцев».

вернуться

388

Из золота по пояс… — вышитая спереди золотом. Такие рубашки носили черногорские женщины вплоть до последнего времени.

вернуться

389

Токи— украшения в виде продолговатых пластинок, пристегнутых на груди доломана. Они могли также служить некоторой защитой в бою.

вернуться

390

По колено ноги пожелтели… — Во времена певца турки обычно носили желтые сапоги.

вернуться

391

Да крыло, десятое по счету… — Этот и следующие два стиха в оригинале: «И десятое — крыло кованое, // А из него три пера золотых…»

вернуться

392

Господин мой. — Считая Грую своим мужем, турчанка обращается к нему согласно принятой норме.

вернуться

393

Жалко мне родимого подворья… — В оригинале: «Когда я жил у себя дома».

вернуться

394

У тебя ж я никого не знаю. — В оригинале: «А теперь здесь не могу поехать (не с кем мне поехать)».

вернуться

395

Оседлал двух коней тот конюший… — Этот и следующий стих в оригинале: «Пока Хусеин двух коней седлал, // Тут пришли тридцать сараевцев».

вернуться

396

На раба любуется вдовица. — В оригинале: «Вдова собирает раба Дорогокупа».

вернуться

397

Так на сером тот гайдук помчался! — В оригинале: «Лесной гайдук на бешеном сером!»

вернуться

398

Далеко сараевцы отстали… — Этот и следующий стих в оригинале: «Остановились молодые сараевцы, // Но не хочет слуга Хусеин».

вернуться

399

Здравствуй, сын мой, чадушко Груица! — В оригинале: «Молодец (Здорово!), дитя Груица!»

вернуться

400

Не плошал и я в былые годы… — В оригинале: «Когда я был в твоих годах (в твоем возрасте)».