Чжан Хуа [516]

Перевод В. Рогова

Стихи о чувствах 5Рассеянно взор мой       скользит по полям, Бесцельно брожу я,       подолгу стою. Ручью орхидеи       края оплели, Цветы затеняют       зеленый поток. Здесь в целой округе       красавицы нет — Кому же цветы мне,       нарвав, подарить? Знакомы морозы       всем жителям гнезд, И ведомы ливни       насельникам нор. Кто в долгой разлуке       не ведал тоски, Тот радости встречи       узнает едва ль, Повозка у ворот Повозка у ворот       и кони — гости! «Откуда, сударь, вы?» —       я вопрошаю, И вмиг наперебой       пошли вопросы — И оказалось, мы       соседи были! Толкуем, что в былом       мы горе знали, Вздыхаем, что сейчас       отрад не видим. Мы утром речь ведем,       бодрим друг друга, И на закате дня       все длятся речи… Как трудно замолчать,       начав беседу! Заводим песню мы       порой прощанья. Еще былая скорбь       не прекратилась, А новая тоска       уже настала.

Цзо Сы

Перевод Л. Бадылкина

Стихи о разном Ветер осенний,       все холодней на ветру — Белые росы       инеем станут к утру. Слабые ветви       вечером стужа скует, Падают листья       ночи и дни напролет… Вот над горами       вышла луна в облаках, Все побелело       в льющихся лунных лучах. За занавеску       выгляну в маленький сад: Дикие гуси       в утреннем небе кричат. К дальним просторам       дух устремляется мой — Дни коротаю       в комнатке этой пустой. Стар я скитаться       вечно в чужой стороне. Сумерки года…       боль и досада во мне.

Тао Юань-мин [517]

Перевод Л. Эйдлина

Укоряю сыновей Уже сединою       виски у меня покрылись И мышцы и кожа       свою утратили свежесть. Хотя в моем доме       и пять сыновей взрастает, Но им не присуща       любовь к бумаге и кисти. Шу — старшему сыну       исполнилось дважды восемь, По лености вряд ли       соперник ему найдется. В пятнадцать Сюаня       Конфуций «стремился к книге» [518], Сюань же, напротив,       не терпит искусства слова. Дуаню и Юну —       они близнецы — тринадцать, Недолго обоим       шестерку спутать с семеркой. А младший мой, Тун-цзы,       которому скоро девять, Тот только и знает,       что груши рвать да каштаны. Коль Небо судьбою       меня одарило этой, Осталось прибегнуть       к тому, что содержит чарка. Вторю стихам Чжубу [519]Го * * * Густо-густо разросся       лес пред самою дверью дома. Когда лето в разгаре,       сберегает он чистый сумрак. Южный радостный ветер       в это время как раз приходит, И бесчинствует всюду,       и распахивает мой ворот. Я нигде не бываю, —       выйду так, полежать без дела, Или сяду спокойно       и за цинь возьмусь, и за книгу. Овощей в огороде       у меня изобилье всяких, Да и старого хлеба       остаются еще запасы. О себе все заботы       ограничены ведь пределом, Мне же больше, чем надо,       никогда не хотелось в жизни. Винный рис я очищу       и вино на славу готовлю, А поспеет, и сразу       сам себе его наливаю. Сын мой, маленький мальчик,       здесь же, рядом со мной, играет. Он мне что-то лепечет,       а сказать еще не умеет. И во всем этом вместе       есть, по правде, такая радость, Что уже я невольно       о роскошной забыл булавке… [520] И в далекие дали       провожая белые тучи, Я в раздумьях о древнем;       о, раздумья мои глубоки! * * * Теплотою и влагой       три весенние срока славны, [521] И чиста и прохладна       та, что белой зовется, осень. Когда росы застынут       и кочующих туч не станет, Когда небо высоко       и бодрящий воздух прозрачен, Как причудливо-странны       воздымаются ввысь вершины, Стоит только вглядеться, —       удивительно, неповторимо! Хризантемой душистой       просветляется темень леса. Хвоей сосен зеленой,       словно шапкой, накрыты горы. Размышляю об этом       целомудренном и прекрасном, Чья открытая доблесть       и под инеем нерушима, И за винною чарой       об отшельнике древнем думы: Будет тысячелетье,       как твоих мы держимся правил. Но пока в моей жизни       неразвернутые стремленья… Чувства, чувства такие       в «добрый месяц» меня тревожат. [522] В ответ на стихи Чайсанского Лю [523] И бедно живу,       и мало с миром общаюсь. Не помню порой,       сменилось ли время года. Пустынный мой двор       покрыт опавшей листвою. Я, с грустью взглянув,       узнал, что осень настала. Подсолнечник вновь       расцвел у северных окон. Колосья уже       созрели на южном поле. Мне как же теперь       не радоваться на это: Уверен ли я,       что будущий год наступит? Жену я зову,       детей мы берем с собою И в добрый к нам день       гулять далеко уходим. вернуться

516

Чжан Хуа(232–300) — поэт и государственный деятель начала правления династии Цзинь.

вернуться

517

Тао Юань-мин(365–427). — См. вступ. статью. Переводы Л. Эйдлина публикуются по книге: Тао Юань-мин. Стихотворения. М., 1972. Прим. переводчика.

вернуться

518

В пятнадцать Сюаня // Конфуций «стремился к книге». —В книге «Беседы и суждения» о Конфуции сказано, что он «в пятнадцать стремился к ученью».

вернуться

519

Чжубу— канцелярский чин, нечто вроде управляющего делопроизводством.

вернуться

520

Что уже я невольно // о роскошной забыл булавке… — То есть о булавке, которой закалывалась чиновничья шапка.

вернуться

521

Теплотою и влагой // три весенние срока славны. — То есть три весенних месяца — начало, середина и конец весны.

вернуться

522

Чувства, чувства такие // в «добрый месяц» меня тревожат.— «Добрый месяц» — десятый по лунному календарю, первый месяц зимы.

вернуться

523

Чайсанский Лю— по-видимому, Лю Чэн-чжи, который был начальником уезда Чайсан, а потом, покинув службу, стал, вместе с Чжоу Сюй-чжи и Тао Юань-мином, одним из «трех сюньянских отшельников» на горе Лушань.