Л е в к и п п а Вот тема, подходящая для нас, Здесь представленье разыграть сейчас.              А л к и в и а д Прекрасно! К ночи я затеял тоже Одно из таинств разыграть для вас.                 Д о р и д а       (впадая как бы в исступление) Ну, если вакханалии? Не новость.               А л к и в и а д          (молодым людям) Нет, нет! Из вас один я посвященный; Завесу с таинств Элевсинских я Вам приоткрою, чтобы посвященье Вы приняли пред дальнею дорогой И, может статься, вечною разлукой.               П о л и т и о н Но это, кажется, запрещено?              А л к и в и а д Боишься? Будешь зрителем в беседке. Левкиппа! Начинайте представленье!                Х о р  г е т е р       О, Афродита! Мать Эрота,            Тебя влечет охота?           Блистает негой взор           В лесах, на склонах гор.      Ты гонишься всерьез за зайцем,           Как будто бы за счастьем                   Любить                   И жить!      О, нет! Адонис, сын царя на Кипре,      Прекраснейший из смертных в мире,       Тебя влечет, тобой любим,                   И с ним       Ты дни проводишь на охоте,       А ночи в скромном гроте,               В пещере нимф, Где таинства любви ты сотворяешь с ним,           Счастливейшим из смертных,           В объятьях и устах отверстых...           Но юность, как весна,           Лишь лучезарна и нежна; И страстью пылкой утомлен, уходит           Адонис на охоту. Вся счастием любви упоена,       Богиня грезит, и весна,               Подобно чуду,               Цветет повсюду.                 (Пляшет.)           Адонис, как цветок,           Поет любви исток               В лесных пенатах,           И вторит хор пернатых.     И вдруг пред ним, как вражий стан,     Возник косматый зверь - кабан.          Он рад сразиться: "Ну-ка!"      Увы! Увы! Достать ни лука,                Ни верных стрел                 Он не успел.          И, сбитый, весь в крови      Исторг последний вздох любви.      Примчались отовсюду нимфы,          И Афродита с ними,          Как бедная жена,          И плачет с ней весна.               (Пляшет.)                   Т е о д о р Чудесно! Но и здесь, сей праздник жизни, Любви и красоты истек слезами, Обрядом погребальным, даже жутко.                  Д о р и д а А наш Адонис занят не охотой На зайцев и на уток, а войной, Кровавым игрищем Ареса.                А л к и в и а д                                                   Боги! Дорида милая, ты плачешь? Я Ведь смерти не боюсь, я посвященный.                П о л и т и о н И вправду веришь, что бессмертен ты, Принявши посвященье в Элевсине?                 А л к и в и а д Я верю иль не верю, что же делать? Ведь большего нам, смертным, не дано. Но воин смерти не боится, жаждет, Как славы, почестей, бессмертья - в смерти.                  1-й  г о с т ь А как же быть непосвященным? Нам? В поход уходим дальний мы впервые; Не думаю, я трус, но все же страшно: Уж женщины оплакивают нас.                 А л к и в и а д В поход собравши вас, друзья мои, Я позабочусь о путях к победе. Вы верите в меня?                  2-й  г о с т ь                                  О, да! Конечно!                 А л к и в и а д     (облачаясь в длинное одеяние иерофанта) Я посвящен в мистерии; примите Здесь от меня вы нынче посвященье. Все будет понарошке, но по смыслу, Как в таинствах любви или молитв, Все может оказаться откровеньем. Готовы?                 1-й  г о с т ь                  Да!                 2-й  г о с т ь                         И я!                 3-й  г о с т ь               (указывая на ряд лиц)                                 И я! Мы все!                А л к и в и а д Политион?                П о л и т и о н                     Я жрец-факелоносец.                  Т е о д о р Я буду вестником, как обещал.