- Думаю, не хочет на меня давить. - понижая голос, поделилась догадками с Охотником, поглядывая по сторонам. - Я, конечно, пока не спрашивала о дальнейших планах, но, кажется, он просто ждет, когда очухаюсь окончательно.

   Ренди промолчал, но о многом подумал.

   - А как остальные, собираются уходить? - не затягивая, спросила прямо. Скоро появится Эллорн, при нем Ренди мог постесняться говорить откровенно.

   - Собираются, вроде. - озабоченно подтвердил Ренди. - Не все, правда, и не сразу. Не понимаю я их, Ренни. То только и слышал: уйти, уйти, а как возможность появилась, так нате вам, тянут чего-то, крутят. Толи не решатся никак, толи своих здесь оставлять не хотят... Хлопотное время для Охотников.

   Уж с этим кто бы спорил!

   - Сам-то Эллорн что говорит?

   - Мне - ничего.

   - Эллорн приглашает к завтраку, - поправил эльф, появляясь внезапно прямо перед нами. - Охотник Ренди составит компанию?

   Я даже не вздрогнула, привыкла, наверное. Ренди подумал, закрыл рот, и кивнул.

   Распрощавшись с Охотником, начала исподволь готовиться к трудному разговору, но Эллорн, той же ночью заглянув мне в глаза, предложил:

   - Мы можем уйти отсюда, когда скажешь. Хоть сию минуту.

   - Я готова вернуться в Зачаровень.

   И еще мне хотелось бы повидаться кое с кем на прощание, если еще не поздно, конечно.

   - Думал, никогда не дождусь... - признался Эллорн, откидываясь на спину, заложив привычным жестом руки за голову. - Но готов был ждать вечность. Спасибо, что не тянула долго. Кстати, "кое-кто" еще не ушел, не иначе, тоже тебя дожидается. Ты ведь про Геллена? Он в Зачаровне.

   *

   Зачаровень исходил прощальными чудесами, словно предчувствуя скорую разлуку с создателями. Нынешняя осень выдалась на отличку, сами эльфы не помнили, когда еще бывало так жарко в октябре.

   Возвращаясь в недавнее, и чего уж таить, не гладкое прошлое, слегка паниковала, предвидя возможный отзвук собственной несдержанности. Эллорн мог вновь воспылать повышенной требовательностью, король Эманель - припомнить резкость высказываний, да мало ли... Или, наоборот, эльфы, слегка сдвинутые на почитательно-возвышательном моменте, могли довести своими поклонами до нервного срыва. Короче говоря, побаивалась.

   Ничего подобного не произошло. Выглядело так, словно я вышла прогуляться, заблудилась в лесу, а теперь Эллорн меня нашел, и все искренне - действительно искренне! - этому рады.

   Сам принц, вопреки себе, совершенно перестал со мною спорить. Не хочу жить в Розовом Дворце? А в каком хочу? В беседке во фруктовом парке? Как пожелаю.

   Мне не будет одиноко одной? Он рад, что мне в ней комфортно.

   Где находятся его комнаты, я помню? Могу приходить в любое время.

   Если он ненадолго отлучится, я ведь помню, что весь Дворец к моим услугам? Можно просто мысленно позвать, кто-нибудь отзовется.

   А навещать меня ему позволено? Конечно, он будет приходить так часто, как я пожелаю! - и все в подобном роде.

   Безоговорочно предоставляемая независимость, ранее внушившая бы серьезные подозрения, теперь понималась проявлением предельного уважения. Уважения тем более ценного, что эйльфлёр, трепетно относясь к личной свободе, не слишком часто задумывались о праве других на временное одиночество.

   И я пользовалась ею, радуясь жизни и радуясь Эллорну, отложив все важные раздумья на потом. Это потом обязательно наступит, я знала, ведь оно всегда наступало. Но пока я не торопила судьбу.

   Во фруктовом парке масса тенистых уголков, но именно в тот, где душным жарким утром спряталась я, пришел сначала Эллорн, лег в траву рядом, сплетая принесенные мягкие побеги винограда в красивейший венок, а, чуть погодя, и Геллен без спроса плюхнулся рядом с нами. Поерзал, растянулся, положил голову мне на колени. Каков нахал!

   - Эллорн, убери от меня это мерзкое существо! - почти серьезно попросила, памятуя об ехидных высказываниях эльфа накануне по поводу "героического подвига во благо населения прекрасного мира, страдающего от тирании жестоких пришельцев".

   Я огрызнулась: "что-то ты не торопишься избавлять мир от собственной персоны!", на что эльф резонно возразил: "нам нельзя бросать своих, Элирен! "Прекрасный мир" - не всегда безобиден!"

   Мне стало стыдно, и я промолчала. Вчера.

   Геллен с интересом повел взглядом.

   - Жарко... - рассудительно возразил Эллорн. - Не ссорьтесь, дети!

   Жара, и в самом деле, превращала в студень любую плоть, рискнувшую выползти из благодатной тени.

   - Ладно уж, живи... - милостиво разрешила, поддаваясь природной кокетливости. - Жаль гнать тебя в такое пекло.

   - Ты удивительно великодушна, Элирен!.. - толи поддел, толи попытался польстить Геллен.

   Я не разобралась, и на всякий случай промолчала. Ворг их разберет, этих эльфов: шутка у них выглядит как клятва, клятва - как оскорбление. Мне уже надоело попадать впросак.

   - Завтра я мог бы вернуться в Запретный лес, или уйти сегодня, без объяснений. Но больше я не стану убегать! - в пространство пообещал Геллен. - Молчать невыносимо, прятаться бесчестно. Я пришел с повинной. Моя жизнь в ваших руках, судите сами, как мне быть дальше. Принц Эллорн, я нарушил твой запрет. Элирен, я желал тебе смерти. Тот нож, что несколько лет назад судьба отклонила в рыбацком поселке, помнишь? - был от меня. Если пожелаете, могу объясниться подробнее.

   - Нет! - резко возразила я.

   - Да. - мягко приказал Эллорн.

   - Я нашел одного ловкого смертного, чтобы все выглядело как несчастный случай. Ослепленный гордыней, я считал, что всего лишь слегка помогаю судьбе, убирая тебя с нашего пути, Элирен. Тогда, вначале, я наравне с другими отказывался верить. Слишком уж ты отличалась от нашей мечты! Вернее - от наших амбиций!.. Наверное, мы испугались. Я испугался. Я искренне ждал Иринон, но когда она пришла, я струсил. Малодушие омерзительно, я сам себе омерзителен!.. но изменить уже ничего нельзя, что сделано, то сделано. Что ты прикажешь мне, Старший?

   "Значит, так. Вы, оба! Разбираться придется внутрисемейно, и без меня, понятно?! Ничего не хочу ни слышать, ни знать! Или вы замолкаете, или я ухожу. Ну?"

   - Жарко... - напомнил Эллорн, доплетая венок.

   - Точно... - согласился Геллен, не шевелясь. - К полудню разразится гроза. Водопад вскипит. В его струях смоется многое... Хочешь увидеть, как говорят с грозой, Элирен?

   - Она пойдет её слушать к закрытому пруду, и танцевать под музыку молний!.. - насмешливо поддел Эллорн, будто вовсе и не услышал только что об ужасном проступке; и Геллен усмехнулся ему в ответ - так, словно бы минуту назад не вынес себе смертный приговор.

   Меня напугала откровенность Геллена, насторожило спокойствие принца. Но их невозмутимость перед лицом страшных слов меня просто ужаснула. Я застыла, не в силах ни сбежать, ни заткнуть уши. А Эллорн продолжал легко шутить:

   - Мы с тобой не настолько понимаем музыку, мальчик, чтобы быть партнерами в танце снов!

   Геллен вскочил, поклонился низко, и тут же вновь задрал подбородок.

   - Тогда позвольте покинуть вас. - попрощался решительно, уходя в раскаленное марево.

   Эллорн проводил его задумчивым взглядом.

   "Мы могли бы послушать грозу вместе, мой принц!.." - "Прости, любимая, не сегодня".

   Сегодня ты уйдешь к водопаду, я поняла. Нет, не сердись, я не собираюсь тебе перечить! Твоей рассудительности хватит не на одну слишком горячую голову. Только помни, пожалуйста: у меня мало истинных друзей, и всего одна любовь на свете. Впрочем, ты и сам знаешь об этом.

   - Кстати, о любви, - согласился он, аккуратно устраивая венок в моих волосах. - Как затихло все вокруг! Не прячь глаза!.. Ты слышишь?

   - Ненормальный, сюда же могут войти! - возмутилась шепотом, проваливаясь в послушание.