- Зато они очень свойственны людям! - огрызнулась, всё же выпрямляясь, и тут же бессильно запрокидываясь. В руки, которые аккуратно положили назад, поправили подушку.

   "Прости, любимая, не хотел обидеть! - объяснил его обеспокоенный взгляд. - Я думал, так ты быстрее справишься!"

   - Если я теперь и умру, то от голода... - обреченно прошептала, обессилено закрывая глаза. Слабость неумолимо стаскивала меня в сон, темный, но не тяжелый. Просто сон долго болевшего человека.

   Много-много дней помню только короткие периоды между сном, и в основном они были заполнены не очень романтичными вещами. Далеко не сразу перестала засыпать во время еды, смогла поддерживать хоть несколько минутную беседу.

   Потом, когда смогла самостоятельно не только садиться, но и вставать, выходить из очаровательной беседки в самом обычном, не эльфийском, лесу, стали приходить гости. После первого же посещения - это был Рэм, - в раздражении накинулась на Эллорна:

   - Честное слово, прирежу любого эльфа, который обратится с благодарностью, или начнет раскланиваться! Я почти потеряла друга по вашей милости! Слышал бы ты, какую ерунду он тут плел. И это Рэм! Мне страшно даже думать, что может наговорить Геллен или, еще хуже, Росни. Не желаю выглядеть глупо, предупреждаю!

   - Ну, ты требуешь от эйльфлёр слишком многого. - возразил тот не очень уверенно. - После всего, что ты сделала для нас... ты вернула больше, чем надежду. Подумай сама...

   - Вот не собираюсь напрягаться! Думать будете вы. - оборвала, выдерживая характер. - Для вас, возможно, что-то и изменилось, но для меня - нет. Я - это по-прежнему я, только выгляжу сейчас еще большей дурнушкой, чем обычно. Любые поклоны относятся не ко мне, а к Иринон, но я больше не она. Моя гордость бунтует против незаслуженных восхвалений, ими вы как бы подчеркиваете, каким ничтожеством сама по себе я являюсь. Постарайся понять.

   - Я постараюсь. Но мне трудно тебя понять, Элирен!.. Однако, я передам твои слова другим.

   На том спасибо, как говаривал бывалый десятник.

   Сам Рэм, улыбчивый и, как всегда, очень умный, сказал, между прочим:

   - Тем, кто решит остаться даже на короткое время, придется нелегко, Эллорн. Охотники - Охотниками, мы сделаем все, что в наших силах, но и эйльфлёр стоит подумать о собственной безопасности. Сколько времени уход большинства из вас останется тайной? Как долго не догадаются другие о значении Красных Скал? Да, пещера не пропустит посторонних, но до нее придется идти. Если ваши границы станут преодолимы... - он многозначительно покачал головой: - Ты лучше многих должен понимать, сколько желающих свести счеты с эйльфлёр возникнет, как только вы окажетесь в меньшинстве.

   Эллорн, покосившись в мою сторону, увел Охотника наружу, голоса пропали, тревога усилилась.

   *

   Утро еще не занялось, а мне не хочется спать. Уже несколько раз пыталась посамовольничать, Эллорн подавлял попытки бунта в зародыше: положено спать ночью - спи, в положенное время проснешься, в положенное - проголодаешься.

   Стараясь производить как меньше шума, выбираюсь из беседки почти на ощупь, по случаю новолуния кругом бархатная тьма. Постояв некоторое время в нерешительности, все же отваживаюсь присоединиться к компании по другую сторону поляны.

   Сдержанно здороваюсь, подходя к крошечному костру. Незнакомый Охотник улыбается и кивает, эльфы тут же вскакивают, рассыпаясь в цветистых приветствиях. Эллорн не сердится на мою самостоятельность, и я радуюсь его снисходительности. Он усаживает меня рядом, в уютных объятиях я совсем не чувствую ни усталости, ни стеснения.

   До рассвета мы сидим кружком, я слушаю негромкую беседу и удивляюсь: ни словом не упоминается о Красных Скалах. Когда эльфы с Охотником уходят, спрашиваю Эллорна:

   - Почему вы все еще здесь?

   Ответа, естественно, не получаю.

   Перестав засыпать от простейших усилий, обретая вновь прежнюю энергию, внимательность, и возможность соображать, замечаю, насколько часто рядом появляются эйльфлер и Охотники. Эллорн категорически отмалчивается, мне не удается добиться от него ничего вразумительного. Поразмышляв, прихожу к выводу, что нас просто охраняют. Безусловно, вполне разумная мера предосторожности, не часто эйльфлёр проводили так много времени на одном месте вне своих лесов. Здесь, в малолюдной в общем-то местности, довольно спокойно, но неподалеку густозаселенное Мокрополье, да и Браддская гряда близко.

   Отдавая должное предельной тактичности и терпению принца - осознавая вполне, насколько ни то, ни другое не присуще его нетерпеливой натуре - все же не могу перебороть некоторый страх перед возвращением в Розовую обитель снов. Как она подействует на нас? Не заставит ли вновь вспомнить то, что мы так старательно и долго забывали?..

   С первых же дней, как начала выходить на волю, я любовалась нашей беседкой. Ажурное плетение стен составляли бесчисленные цветочные композиции. Деревянное кружево причудливо вилось, сплетаясь в изумительных узорах, от тонко выполненного до мелких деталей орнамента захватывало дух. Беседка была непередаваемо красива, она очаровывала изысканностью и великолепием. Странно, что здесь, в пустынном краю, могло существовать подобное чудо эльфийского искусства.

   Совершенно ни о чем не догадываясь, что можно списать лишь на временное помрачение рассудка в связи с некоторым предвратным перегревом, я выплеснула свои восторги на Эллорна. Он как-то нехотя согласился, выскочил наружу, и долго не возвращался.

   - Вообще-то, не хватило времени завершить некоторые детали. - объяснил после, подозрительно приглядываясь ко мне. - Но если тебе действительно понравилось, я рад.

   - У тебя здорово получилось! - заверила, укоряя себя за недогадливость.

   Он с сомнением заглянул в мои мысли, и я поежилась от недоверия, что плеснулось из его разума. Он мне не верил, он хорошо помнил о моей постоянной ироничности, принял восторг за сарказм, и теперь решил, что я снова насмехаюсь.

   Настороженное удивление принца меня расстроило. Ты действительно царапаешься, Колючка, даже не желая того!..

   Стояли странно теплые для осени дни. Вспоминая слякотную прошлогоднюю мерзость в это же время, радовалась хорошей погоде, как подарку судьбы. Тепло понемногу разогнало даже память о леденящем холоде за Краем, золотая солнечная мягкость стерла боль от обжигающих Врат. Когда-нибудь, я, конечно, вернусь к ним. Потом.

   Красные Скалы рядом, нахмурились, выжидая, но я не смотрю на них. Долина поющих рек из-за дальних холмов неудержимо притягивает воспоминаниями, но я не смотрю и в ту сторону. Эллорн, скоро мне опять придется нелегко объясняться с тобой. Если ты не захочешь прислушаться, я пожалею, что привязала тебя согласием.

   А ты не захочешь прислушаться. Ты упрям и горд, и до ужаса романтичен.

   "Наслаждайся солнцем, мотылек, твоей усталой головке ни к чему утомляться размышлениями. Хочешь, я принесу тебе ягод? Хочешь вина? Здесь, недалеко, прелестный пруд, вода к вечеру в нем совсем теплая - хочешь, сейчас мы пойдем туда?"

   Эллорн, это неразумно. Врата открыты, пока я жива. А я смертна, мой принц, и очень уязвима...

   "Замолчи, человек! Ты сделала свой выбор, не смей отказывать в нем другим! "Тема закрыта" - как сказала одна не в меру решительная личность. Прости, любовь моя, если снова был груб..."

   "Ну что ты, эйльфлёр! Всего лишь конкретен".

   *

   Появился Ренди, ненадолго, "мимоходом заскочил" - как объяснил сам. Был неподалеку, когда эйльфлёр поняли: Врата открыты.

   - Сразу поспешил вернуться, хотел повидать тебя, узнать, не нужна ли помощь. - бесхитростно рассказывал Охотник, а я радовалась, что его не затронул всеобщий сдвиг по поводу моего, на самом деле, не проявленного героизма. - Здорово у вас здесь! А почему вы не в Зачаровне? То есть я-то знал, где вы, но все равно удивился, почему принц Эллорн тебя к себе не забрал.