"Это - лишь малая часть моих желаний!.. - ответил мне его открытый взгляд. - Я желал никогда не покидать тебя, любимая. Желал стать для тебя всем: возлюбленным, защитником, другом, братом - всем, что в моих силах, всем, что выше моих сил! Но мне позволили только разделить твою боль. Это - больше, чем я заслуживаю, и меньше, чем мои заветные мечты!"

   Твои заветные мечты?..

   - О!.. - в растерянности прошептала, вдруг понимая смысл последнего обещания Высших. Обещания, о котором я просто забыла за суровыми испытаниями, обрушившимися на нас. - Вот как...

   "Нам непонятно твое стремление, но пусть будет по-твоему: вы оба получите то, чего желаете более всего. Живущая, не удивляйся после! -пообещали мне, и выполнили в точности.

   Эллорн, нетерпеливый как всегда, не дождался объяснений, и вошел в мои мысли. Это получилось легко, мы оба были открыты и связаны, внезапно обретенное доверие соединило нас крепче любых возможных пут в мире. Он распахнулся настежь, и окунулся в мою память, читая её как книгу, не пропуская ни сточки. Голоса Высших зазвучали в наших ушах так, словно мы тогда оба слышали их, эльф напрягся, вникая в смысл их последнего предупреждения.

   - О!.. - произнес он вслед за мной, невольно повторяя мои интонации. - Вот как!..

   Взвихренная нашим появлением текучая сила старательно вновь сплетала огненный кокон. Ее струи истончились, растянулись вокруг нас троих, пытаясь заключить в непроницаемую хрустальную сферу. Пульсирующие сгустки бились со всех сторон, их прикосновения срывали дыхание, пронзали насквозь жгучими укусами. Эллорн лишь крепче прижимал нас, закрывая собой, принимая на свои плечи большую часть ударов. Я вздрагивала вместо него каждый раз, когда огненный прозрачный язык бил в эльфа. Иринон безвольно молчала, Эллорн задумчиво улыбался мне, словно не чувствуя ярости беснующегося пламени. Его запредельная стойкость внушала благоговение.

   Но напор силы постепенно стихал, мы с удивлением видели, что справиться с троими ей оказалось непросто. Оболочка не выходила полностью целой. То тут, то там возникали разрывы, сила истончалась и никак не могла стать вновь слитной. Она сейчас больше походила на отдельные ленты, растягивающиеся и трепещущие. Сквозь постоянно появляющиеся дыры тянуло прохладой, нестерпимый жар Врат перестал яростно опалять. Мы с Эллорном, не отрываясь, смотрели в глаза друг другу, и, одновременно - смотрели в одну сторону. Мы оказались невольными пленниками и зрителями, наблюдавшими гибель последних эйльфлёр.

   Иринон в крайнем утомлении так и не открыла глаз, и не видела, как ворвавшиеся в пещеру убили последних защитников и обоих детей. Маррир, еще живой, но почти в беспамятстве, слабо пошевелил искалеченной рукой, словно пытался обнять своих помощников, защитить добровольно разделивших с ним страшную участь. Светящиеся силуэты над пропастью пополнились еще десятком фигур.

   Я не выдержала. То, чем постепенно наполнялись мой ум и сердце все безвременные дни, наконец, переполнило меня, и утопило, погасило последние искры осторожности. Не думая о последствиях, я рванулась к нему напрямую, сквозь разделяющие нас преграды, сквозь все условные грани, сквозь невыносимое пламя Врат и жгучую стужу смерти, потянулась не только разумом, но и собою, тем, что еще осталось не сгоревшим. Я стиснула его холодеющие руки - чуть ниже запястья, там, где их не растерзала сталь.

   - Мастер! - крикнула, испуганная их безжизненностью. - Мастер, не умирай! Вернись к нам! Пожелай вернуться, слышишь?!

   Маррир открыл глаза, взглянул прямо сквозь стены и улыбнулся:

   - Иринон, любимая! Верни меня!

   Я даже не успела удивиться тому, что он именно увидел нас.

   Что произошло дальше, помню смутно. Когда мою ладонь сжали еще крепкие пальцы, сильно закружилась голова. В какой-то момент показалось, что я выворачиваюсь на изнанку, и сама сейчас выпаду из хрустальной клетки в темные сумерки, на пыльный, скользкий от крови пол. Но нас не оставили, нас подхватили и поддержали другие руки: сильные, теплые, самые надежные - потянули назад меня, слабые тонкие с красивыми длинными пальцами обняли его - и нас двоих, словно из остуженного и почти затвердевшего льда, вырвали в призрачный свет блистающих сил.

   Маррир встал рядом с нами. Мы все были словно лицом к лицу, и в тоже время - каждый смотрел в свою сторону, и одновременно - сторона была для всех одна.

   *

   Созидающий Мастер, бесстрашный Защитник, создавшая Врата, и призванная только для того, чтобы их погасить. Я невольно подумала, что могла значить наша встреча тут, за краем Края, за гранью Граней.

   Силы, обтекающие Иринон, до того чистые и безмятежные, взвихрились вначале моим появлением, а после - Эллорна. Сейчас, разорванные в клочки появлением Маррира, они словно выдохлись в собственном упорстве. Они распались на четыре бесцветных кристалла неправильной формы, и закружились вокруг каждого из нас, исполняя странный, но очень красивый танец.

   Эллорн, быстрый как всегда, выхватил один кристалл из воздуха, и он запульсировал в его руке, переливаясь всеми оттенками алого. Иринон подставила ладонь, и другой кристалл послушно лег на нее, замерцал живым золотом. Внутри вспыхнули, и полетели искры. Мы с Марриром медлили. Наконец он улыбнулся светло, и протянул руку, точно принимая в пальцы гравера прозрачный камень. Спустя мгновение все мы ахнули: из кристалла Маррира плеснулся вовне непередаваемо красивый лазурный водопад. Осталась я одна. Они улыбались, и ждали моего цвета, а я опасалась увидеть на ладони погасшую черную звезду.

   Эллорн, всегда понимавший меня лучше меня самой, просто взял мою руку и развернул ладонью вверх - в нее сразу плавно вплыл последний кристалл. Я зажмурилась. Иринон воскликнула "как красиво!", и я рискнула взглянуть: в моих ладонях уютно устроился огромный багровый изумруд, камень мифический и прекрасный, прозрачный в запредельной чистоте, нежно-зеленый, с блистающим пламенем внутри.

   Мы помедлили немного, любуясь игрой цвета в своих камнях, и камне друг друга, потом Маррир решительно протянул руки вперед, держа на ладонях свой кристалл, и Иринон тут же отдала ему свой. Эллорн, а следом за ним и я уже без сомнений присоедили свои камни, расставаясь с ними с радостью и грустью.

   Маррир осторожно приложил их один к другому, и они, на удивление, совпали, сложились точно, срослись, словно всегда и были одним целым. Разные по сути, но не враждебные друг другу наши стихии слились, образуя внутри пятый камень, даже не камень - каплю, искру, крошечную живую точку. Она дышала, двигалась, и пульсировала. Мы даже не сразу заметили, как постепенно погасли, и растаяли окружавшие нас Врата. Затаив дыхание мы смотрели на рождение нового мира, а когда оглянулись, удивленные и озадаченные, нас черным бархатом окружала бесконечная ночь, ночь вокруг, прошитая бесчисленными невозможно прекрасными хрусталиками звезд.

   Мы с Эллорном переглянулись, начиная уже догадываться, хоть пока и не веря до конца.

   Сердитый кашель заставил вздрогнуть всех, включая и тех, кто знал прекрасно, кому он мог принадлежать. Иринон и Маррир, увидевшие старика здесь впервые, отразили столько чувств, что я невольно хихикнула. Наверное, и мы с Эллорном поначалу выглядели забавно.

   - Ну, всё, что ли? - неласково спросил старик, по-прежнему рассиживаясь на плоском камне. - Наигрались? Или еще хочется? А то устрою парочку катаклизмов, чего бы детишек не потешить!

   Оторопевшие от его приветствия, мы замерли на месте, а старик продолжал бушевать:

   - Как подарки получать, так завсегда готовы, а как ответ держать, так душа в пятки? Чего столбами стоите?!

   Ни Маррир, ни Иринон, ни тем более я, не поняли гнева Хранителя, и смысла его ругани, но всегда соображавший быстрее всех Эллорн помрачнел. Он отодвинул меня себе за спину, и первым шагнул вперед. Припал на колено, опустил голову...