7 Однако плащ твой быстро укорочен; И если, день за днем, не добавлять, Он ножницами времени подточен. 10 На «вы», как в Риме стали величать,[1456] Хоть их привычка остается зыбкой, Повел я речь, заговорив опять; 13 Что Беатриче, в стороне, улыбкой Отметила, как кашель у другой[1457] Был порожден Джиневриной ошибкой. 16 Я начал так: «Вы — прародитель мой; Вы мне даете говорить вам смело; Вы дали мне стать больше, чем собой. 19 Чрез столько устий радость овладела Моим умом, что он едва несет Ее в себе, счастливый до предела. 22 Скажите мне, мой корень и оплот, Кто были ваши предки и который В рожденье ваше помечался год; 25 Скажите, велика ль была в те поры Овчарня Иоаннова,[1458] и в ней Какие семьи привлекали взоры». 28 Как уголь на ветру горит сильней, Так этот светоч вспыхнул блеском ясным, Внимая речи ласковой моей; 31 И как для глаз он стал вдвойне прекрасным, Так он еще нежней заговорил, Но не наречьем нашим повсечасным: 34 «С тех пор, как «Ave» ангел возвестил По день, как матерью, теперь святою, Я, плод ее, подарен свету был, 37 Вот этот пламень, должной чередою, Пятьсот и пятьдесят и тридцать крат Зажегся вновь под Львиною пятою.[1459] 40 Дома, где род наш жил спокон, стоят В том месте, где у вас из лета в лето В последний округ всадники спешат.[1460] 43 О прадедах моих скажу лишь это; Откуда вышли и как звали их, Не подобает мне давать ответа. 46 От Марса к Иоанну,[1461] счет таких, Которые могли служить в дружине, Был пятой долей нынешних живых. 49 Но кровь, чей цвет от примеси Феггине, И Кампи, и Чертальдо помутнел,[1462] Была чиста в любом простолюдине. 52 О, лучше бы ваш город их имел Соседями и приходился рядом С Галлуццо и Треспьяно ваш предел,[1463] 55 Чем чтобы с вами жил пропахший смрадом Мужик из Агульоне[1464] иль иной Синьезец,[1465] взятку стерегущий взглядом! 58 Будь кесарю не мачехой дурной Народ, забывший все, — что в мире свято, А доброй к сыну матерью родной, 61 Из флорентийцев, что живут богато, Иной бы в Симифонти поспешил,[1466] Где дед его ходил с сумой когда-то. 64 Досель бы графским Монтемурло[1467] слыл, Дом Черки оставался бы в Аконе,[1468] Род Буондельмонти бы на Греве[1469] жил.[1470] 67 Смешение людей в едином лоне Бывало городам всего вредней, Как от излишней пищи плоть в уроне. 70 Ослепший бык повалится скорей Слепого агнца; режет острой сталью Единый меч верней, чем пять мечей. 73 Взглянув на Луни и на Урбисалью,[1471] Судьба которых также в свой черед И Кьюзи поразит, и Синигалью,[1472] 76 Ты, слыша, как иной пресекся род, Мудреной в этом не найдешь загадки, Раз города, и те кончина ждет. вернуться

1456

На «вы», как в Риме стали величать — Считалось, что обращение на «вы» впервые возникло в Риме применительно к Цезарю.

вернуться

1457

Как кашель у другой… — В романе о Ланчелоте (см. прим. А., V, 128) придворная дама многозначительно кашлянула, присутствуя при нежной беседе королевы Джиневры с Ланчелотом.

вернуться

1458

Овчарня Иоаннова — то есть Флоренция, патроном которой считался Иоанн Креститель.

вернуться

1459

С тех пор, как «Ave» ангел возвестил… — Флорентийское летосчисление велось от «воплощения Христова» (25 марта). От этой начальной даты по день рождения Каччагвиды Марс вступал в созвездие Льва 580 раз. Во времена Данте годовое обращение Марса считалось равным 686,94 дня. Следовательно, Каччагвида родился в 1091 г.

вернуться

1460

В том месте… — где на ежегодном состязании всадники вступают в последний из шести округов (Porta San Piero). Домами в этой старейшей части города владели исконные флорентийские роды.

вернуться

1461

От Марса к Иоанну — от статуи Марса (А., XIII, 143–150) до баптистерия св. Иоанна, то есть от южного конца города до северного.

вернуться

1462

Феггине (Фильине), Кампи и Чертальдо — небольшие города неподалеку от Флоренции.

вернуться

1463

Голлуццо и Треспьяно — местечки под самой Флоренцией.

вернуться

1464

Мужик из Агульоне (близ Флоренции) — Бальдо д'Агульоне, юрист, составитель амнистии 1311 г., в которую Данте не был включен (см. также прим. Ч., XII, 105).

вернуться

1465

Синьезец — Фацио деи Морубальдини из Синьи (местечко в окрестностях Флоренции), судья-взяточник.

вернуться

1466

Иной бы в Симифонти поспешил — по-видимому, Липпо Веллути, деятель партии Черных.

вернуться

1467

Монтемурло — замок, принадлежавший графам Гвиди.

вернуться

1468

Черки, выходцы из Аконе — см. прим. А., VI, 64–72.

вернуться

1469

Буондельмонти, после разрушения в XII в. флорентийцами их замка Монтебуони на реке Греве, поселились во Флоренции.

вернуться

1470

Смысл: «Если бы духовенство не оспаривало императорских прав и этим не способствовало распрям, раздирающим Италию, то многие оставались бы жить на прежних местах, и Флоренция не страдала бы от пришельцев».

вернуться

1471

Луни (А., XX, 47) и Урбисолья — некогда цветущие города, во времена Данте лежавшие в развалинах.

вернуться

1472

Кьюзи и Синиголья пришли ко времени Данте в полный упадок.