Пешт, июль – август 1844 г.

ЗИМА В ДЕБРЕЦЕНЕ

Эх, Дебрецен, Среди твоих я стен Большие претерпел лишения, Но тем не менее И вместе с тем В воспоминаниях ты мил мне, Дебрецен! Я не бурсак, Но все ж постился, да еще и как! Ведь неспроста придумано богами Нас костяными одарять зубами, А если б зубы были из металла, То их давно бы ржавчина сглодала. В ту зиму холод был весьма суров, А я не мог купить не только дров, Но и соломы. Проснувшись в холоде не топленного дома, Я надевал потрепанное платье, И мог сказать я, Как тот цыган, что в сеть закутался от стужи: «Ух, как там холодно, снаружи!» И что ж! Хоть пробирала дрожь, Но стихотворствовал я все ж! Чуть двигалась рука моя. А я? Курил я трубку в час такой И тепленький чубук рукой Сжимал, Пока мороз не отступал. И в нищете я утешался мыслью той, Что был знаком и с большей нищетой.

Пешт, июль – август 1844 г.

МНОГО С ВЕТОЧКИ МЫ ВИШЕН РВЕМ…

Много с веточки мы вишен Рвем, Но одну жену привел я В дом. Ах, и этого довольно, Чтоб Бедняка загнать однажды В гроб! Очень грозной ее создал Бог. Перед нею весь дрожу я: Ох! Все отдам, лишь только скажет: «Дай!» Но за все одна награда - Лай! Говорю себе я часто: «Бей!» Ведь старуха. Силы мало В ней, Но сверкнет ее ужасный Глаз. И исчезнет моя храбрость Враз! Помирала. Собиралась В ад! Боже мой, как был тому я Рад! Черт не взял ведь. Испугался Он,- Жен таких и черти гонят Вон!

Пешт, август 1844 г.

МОИМ РОДИТЕЛЯМ

Эх, родители мои, Если б мне богатство! Уж тогда бы не пришлось Вам с нуждой тягаться. Я исполнил бы тогда Все желанья ваши, Вы бы век свой жили так, Что не надо краше. Я б такой нашел вам дом, Чтобы все светилось, Чтобы в погребе вино Не переводилось; Чтоб к отцу пришли друзья И за стол бы сели, Чтоб купались их сердца В озере веселья. Я бы матери купил Не карсту – диво, Чтобы в церковь по утрам Не пешком ходила. И молитвенник ее Был бы, вне сомненья, С ликом господа Христа, С золотым тисненьем. Я коней бы дорогих Накупил с излишком,- Пусть но ярмаркам на них Ездит мой братишка! Библиотеку б завел - Всем на удивленье. И не стал бы денег брать За стихотворенья. Я бы все их отдавал Даром для печати, И они редакторам Были б очень кстати. А коль девушка б нашлась, Да притом мадьярка,- Ух, как стали б танцевать Мы иа свадьбе жарко! Вот как жизнь у нас пошла б Без нужды проклятой… Эх, родители мои, Стать бы мне богатым!

Пешт, август 1844 г.

МОИ НОЧИ

Ну, допустим, если звездны небеса, И луна тебе, и прочая краса - Локтем я на подоконник обопрусь, А другой рукой за трубочку возьмусь И дымлю вот так до самого утра,- Для мечтаний это чудная пора! Ну, а если небо в тучах, нет луны, Что мне делать средь беззвездной тишины? Ведь не с курами мне все же засыпать! От порядка не хочу я отступать. Но тоска меня за шиворот берет, Время зайцем хромоногим чуть ползет. И чубук мой прямо валится из рук, И тогда, среди отчаяннейших мук, Обращаюсь я к чернилам и перу, То есть лиру для бряцания беру. И такая серафическая тут Песнь рождается, что может добрый люд Помереть от ужаса… Но мне Все равно! И в полуночной тишине Я творю, покуда сон с тоской Не вступают в потасовку меж собой. Что за битва! Сколько пламенности в ней! Все же сон одолевает: он – сильней. …По-иному будут ночи проходить, Коль жену себе сумею раздобыть.

Пешт, сентябрь 1844 г.

ЛУКАВЫЙ ПЬЯНИЦА

Хотя и пью, хоть и люблю вино, Подчас не лезет в глотку мне оно, Но старый плут кого не проведет? Для пьянства тоже должен быть подход. «Дай,- думаю,- себе представлю я, Что этот ковшик – сердце короля. Пустить бы кровь злодею!» И смешно: Мой ковш – без дна, но выпил я вино!

Пешт, сентябрь 1844 г.

АХ, ЕСЛИ Б НЕ НОСИЛ Я ШАПКУ…

Ах, если б не носил я шапку, Скорей похожую на тряпку,- Я был бы парень хоть куда, Я б кавалером был тогда! И если б третий год на свете Не щеголял в одном жилете,- Я был бы парень хоть куда, Я б кавалером был тогда! И если б два пальто при этом - Одно зимой, другое летом,- Я был бы парень хоть куда, Я б кавалером был тогда! И если б у штанов проклятых Не бахрома, не зад в заплатах,- Я был бы парень хоть куда, Я б кавалером был тогда! И если б мне ботинки тоже Из новой и хорошей кожи,- Я был бы парень хоть куда, Я в кавалером был тогда! И если б эти если, если Подохли все и не воскресли,- Я стал бы парнем хоть куда, Я б кавалером стал тогда!