Кстати, насчет “врагов советской власти”, которые распускали о Романове эти нехорошие слухи – и тем самым сорвали его весьма возможное избрание Генеральным секретарем ЦК КПСС. Ведь если Григорий Романов действительно входил в проамериканский клан чекистской мафии, что весьма вероятно – то хоть он и был по своей личной сути всего лишь злобным и тупым партократом, но по приказу своих чекистских кураторов, став Генеральным секретарем, он бы, скорее всего, немедленно начал проводить достаточно крутую реформу в экономике страны. И при этом не тянул бы кота за хвост, как этим занимался в годы “перестройки” Михаил Горбачев – который взялся за реформы в области экономики с большим опозданием и с явной неохотой. Причем Горбачев тогда осуществлял вовсе не тот проект экономической реформы, которую к 1985 году разработал проамериканский клан КГБ, то есть команда Чубайса-Гайдара. Тот секретный проект “комиссии Тихонова-Рыжкова” так и пропал зря, потому что когда в конце 1991 года гайдаровцы попали в правительство, то они тоже не стали осуществлять свою же собственную программу постепенной модернизации социализма – а решили полностью ликвидировать всю социалистическую экономику и построить новую, счастливую жизнь на ее обломках. Так что кто тут на самом деле был главным “врагом советской власти”, Михаил Горбачев или Григорий Романов, это нам теперь совершенно неизвестно. Ясно только одно: соперничество между двумя чекистскими кланами очень сильно ускорило развал советской империи. Которая, впрочем, все равно наверняка была обречена – что при Горбачеве, что при Романове. Разве что этот процесс мог бы протекать несколько менее болезненно для советского народа…

7. Теперь для нас также немного прояснился вопрос о том, почему в недрах чекистской мафии возникли, притом совершенно независимо друг от друга, сразу два тайных центра по разработке экономической реформы: команда Гайдара-Чубайса на базе институтов МИПСА и ВНИИСИ – и команда Явлинского-Меликьяна на базе Госкомтруда. Очевидно, что московский клан КГБ, к которому принадлежат Григорий Явлинский и Геннадий Меликьян, тоже в свое время занимался разработкой своего собственного варианта экономической реформы. Разница тут состояла в том, что московский клан занялся такими тайными исследованиями и разработками гораздо позднее: лишь где-то в начале 80-х годов, когда уже стало вполне очевидно, что советская экономика оказалась в глухом тупике – и рост производства вообще остановился. Для сравнения мы напомним, что проамериканский клан КГБ участвовал в учреждении в Австрии Международного института прикладного системного анализа (МИПСА) уже в 1972 году – а переговоры с правящими кругами Запада относительно создания этой научной базы для подготовки команды “молодых экономистов” начались еще раньше, в 1968 году.

Еще между двумя чекистскими кланами была принципиальная разница в способе подготовки квалифицированных кадров для проведения экономической реформы – поскольку члены команды Явлинского в советское время в западных институтах не стажировались. Это значит, что чекисты из московского клана явно нисколько не доверяли в этом деле буржуазной экономической науке. Можно здесь, к примеру, вспомнить историю о том, как выдающийся представитель московского клана Гавриил Попов в 1977 году чуть было не стал заместителем директора МИПСА – но в самый последний момент его начальство все же передумало и отозвало его на Родину.

Впрочем, программу экономической реформы, которую команда Григория Явлинского предложила в 1990 году, руководство московского клана КГБ тоже отвергло, как слишком уж радикальную: мы напомним, что Явлинский там предлагал перейти на рыночные отношения всего за год или два, путем приватизации госпредприятий и усиления малого бизнеса.

8. Нам теперь также в новом свете представилась история чекистского генерала Олега Калугина. Раньше там ничего было невозможно понять: ведь руководство КГБ считало генерала Калугина чуть ли не изменником и агентом ЦРУ - и в свое время установило за ним слежку, стараясь поймать его на контактах с американцами. И в то же самое время Калугин почему-то сильно ненавидел начальника внешней разведки Крючкова, а его главным покровителем среди руководителей госбезопасности был тогда генерал армии Цинев. Мы напомним, что о своих хороших отношениях с Георгием Циневым Калугин позднее рассказал сам, в книге воспоминаний “Прощай, Лубянка!” А ведь генерал Цинев был близким соратником Брежнева, которого приставили в качестве первого заместителя к Андропову в качестве надзирателя. То есть получается, что Калугин был на стороне группировки Брежнева – и боролся против команды Андропова. За это его и выставили в конце 1979 года из внешней разведки – и перевели на малозначительную должность заместителя начальника УКГБ Ленинграда. Спрашивается, при чем же тут ЦРУ?!

Но теперь и этот вопрос стал более понятен: очевидно, что генерал Калугин входил в проамериканский клан КГБ – и, по всей видимости, был одним из главных связников этой мафиозной группировки во время установления ее контактов с американской мафией спецслужб. Так что никаким “агентом ЦРУ” в прямом смысле этого слова Калугин не был – поскольку со стороны руководства американской мафии спецслужб, скорее всего, с ним были установлены лишь неформальные деловые отношения. Которые, надо полагать, американцы тоже наверняка ни в каких своих официальных служебных документах не отражали – но никто ведь не будет их за это считать “агентами КГБ”!

В общем, у нас теперь получается очень интересная цепочка: ЦРУ – Калугин – Цинев – Брежнев. А председатель КГБ Андропов постарался в конце 1979 года эту цепочку оборвать. Притом здесь ведь имеется еще одно поразительное совпадение: как раз в это время, в конце 1979 года, по настоянию группировки Андропова были введены советские войска в Афганистан. Разумеется, это означало резкое обострение отношений московского клана КГБ с американскими империалистами – и соответственно, с промосковским кланом чекистской мафии.

Здесь много еще всякий соображений всплывает – поскольку теперь у нас получается, что как минимум с середины 70-х годов партийный аппарат стал полной игрушкой в руках чекистов. И с тех пор чекисты уже только между собой боролись за власть над советской империей – а партия теперь служила для них всего лишь оружием борьбы в ходе этих внутренних межчекистских разборок, притом даже не из числа самых важных орудий. Уж если теперь даже большинство в Политбюро и в ЦК КПСС мало что значило во время “выборов” Генерального секретаря – то, как говорится, приехали!

Правда, мы должны чистосердечно признаться, что для таких глобальных выводов у нас пока еще довольно слабоватая доказательная база – и вообще тут есть еще над чем поработать. Так что мы можем принять эту теорию пока только в основном как чисто рабочую гипотезу, которую надо будет позднее как следует проверить на гораздо большем массиве информации – и потом либо отвергнуть, либо обосновать на более высоком уровне.

Но мы пока что не будем слишком глубоко углубляться в эти необъятные темные дебри, а ограничимся только тем, что перенесем время раскола чекистской мафии на два клана ориентировочно на период с 1968 до 1976 года. То есть от событий в Чехословакии до дискредитации Григория Романова.

Кстати сказать, смерть министра обороны маршала Гречко в апреле 1976 года, была первой в цепочке непонятных смертей членов Политбюро от “сердечной недостаточности”. Так что этот год можно считать годом начала наступления московского клана КГБ на позиции проамериканского клана.

В качестве приложения к этой главке, для удобства читателей предлагается такая сводка:

Состав Политбюро ЦК КПСС в период с октября 1980 до 25 января 1981 года

Московский клан КГБ:

1. Юрий Андропов (член ПБ с апреля 1973 – умер 9 февраля 1984 года).

2. Дмитрий Устинов (с марта 1976 – умер 20 декабря 1984 года).

3. Андрей Громыко (с апреля 1973 - до 30 сентября 1988 года).

4. Михаил Горбачев (с октября 1980 - до 23 августа 1991 года).