Робин Гуд и Маленький Джон

Как Робин и Джон повстречались в лесу, Поведаю вам без прикрас. Про это знакомство узнает потомство, И вас рассмешит мой рассказ. Маленький Джон был крепко сложен, Скорей дороден, чем худ. Семь футов росту детина имел, И весил кулак его пуд. Хоть маленьким люди прозвали его, Кому была жизнь дорога, От юного Джона не ждали разгона, А сами пускались в бега. В дубраве себя дожидаться велел Веселым стрелкам их вожак. — Пусть каждый стрелок услышит рожок, Если я попаду впросак. Две долгих недели не видели мы Ни дерзких забав, ни утех. От этакой скуки рассохнутся луки! Размяться мне, право, не грех! Беспечно отправился в путь Робин Гуд И видит — шагает чужак, Семи футов росту, по узкому мосту. Нельзя разминуться никак! Не тронутся с места ни тот ни другой; Обычай у них не таков. Никто на пядь не отступит вспять. Уперлись, как двое быков. Стрелу из колчана берет Робин Гуд С широким гусиным пером. — Тетиву натяну, и пойдешь ты ко дну, Когда не уступишь добром! У нас в Ноттингэме, — сказал Робин Гуд, Играть мы приучены так! — За эту игру я шкуру сдеру С тебя, — обещал чужак. А Робин воскликнул: — Ты просто осёл! В надменное сердце твое, Прежде, чем глазом успеешь моргнуть, Вопьется стрелы острие. — Ты трус! — говорит незнакомец ему.— С чего поджимаешь ты хвост? При мне только сук, зачем же за лук Хвататься, ступив на мост? — Я слышал упрек, но им пренебрег. На землю сложив свой лук, Я разве не вправе себе в дубраве Выбрать увесистый сук? Торопится Робин из чащи лесной Покрепче дубину принесть: — Неужто не муж я и мне без оружья Нельзя отстоять свою честь? Сказал Робин Гуд: — Уговор будет прост: Кто с моста в проток угодил — Считай, что погиб, кормить ему рыб! А кто устоял — победил! Чужак согласился: — По мне — уговор! Не любишь ты обиняков. Я тоже не струшу, за милую душу Тебе надаю тумаков. Робин дубиной хватил чужака Так, что звякнул костяк. Сказал незнакомец: — Тебе возмещу С лихвой за этот пустяк! Мне страшно твоим должником умереть, Поверь моим словам! — Дубье, как цепы, что молотят снопы, Гуляло по их головам. Смельчак в это время дубиною в темя Нанес Робин Гуду удар. Как брызнет оттуда кровь Робин Гуда! Его даже бросило в жар! Незлобен был Робин, однако способен Сто за сто воздать за зло. Росла свирепость ударов и крепость, А пуще всего — их число. Метнул незнакомец убийственный взор На Робина — и неспроста: Он с видом дерзким ударом зверским Противника сбросил с моста. — Ау, — вскричал со смехом чужак,— Откликнись, приятель, ты — где? — Клянусь, я тут! — отвечал Робин Гуд, Стуча зубами в воде. — Ты малый отважный, повадка твоя Мне, право, пришлась по нутру. Да будет известно, что выиграл честно Ты нынче нашу игру! Схватился герой за кустарник сырой И выбрался вон из воды. Не вплавь, так вброд, — говорит народ,— Робин Гуд ушел от беды. В рожок затрубив, пробудил Робин Гуд Дремавшее эхо долин. В одеждах зеленых — что твой изумруд — Стрелки собрались как один. — В чем дело, хозяин? — Вилл Статли спросил. С чего ты до нитки промок? — Промок я до нитки затем, что прыткий Юнец меня бросил в проток! Тут лучники, крепко схватив чужака, Кричат: — Не уйдешь невредим! Ты тоже в проток нырнешь, как нырок, А вынырнуть мы не дадим! — Моих сподручников, метких лучников — Семьдесят без одного! Ты парень отважный, — сказал Робин Гуд.— Не бойся теперь никого. Зеленый наряд, приятный на взгляд, Придется тебе по плечу. По красному зверю тебя я сам Из лука стрелять научу. — Джон Маленький — люди прозвали меня. И, сколько осталось мне жить, Пусть проклят я буду, когда Робин Гуду Не стану верно служить! Сказал Вильям Статли: — Придется сменить Имя ему в добрый час! Я рад быть крестным, но день этот постным Не должен остаться для нас. На случай крещенья вкусней угощенья Никто не придумал досель, Чем жирная лань или нетель оленья И добрый разымчивый эль. Малыш миловидный — крепыш был завидный: Семь футов рост — не порок! А стан в перехвате был у дитяти, Что кряжистый дуб, широк. Вокруг младенца — новокрещенца — Лучники стали кольцом. Вилл Статли краткую речь произнес, Будучи крестным отцом: — Джон Маленький — имя ему не под стать. Но мы переставим слова, И Маленьким Джоном его будет звать Везде и повсюду молва. Тут клик веселый холмы и долы Потряс — и унесся ввысь. Обряд крестильный свершив, за обильный Пенистый эль принялись. В зеленый наряд, ласкающий взгляд, Дитя Робин Гуд одел Из собственных рук и дал ему лук С колчаном отточенных стрел. — Нам злато жалеть нет нужды, заметь! Ты станешь отважным стрелком. Нам волей небес дан Шервудский лес И епископ с тугим кошельком. Как сквайры, как лорды, беспечны и горды Живем от забот вдали! Вина — что воды и вдоволь еды. Без фута земли — короли! Помедлив, багряное солнце сползло На лесом поросший склон. Шла пляска, покуда людей Робин Гуда Не принял в объятья сон. Их крестник был мужем, рослым и дюжим. Вдобавок на диво сложен, Храбр и не лжив, и, — сколько был жив,— Он звался Маленький Джон.