Следующий очерк повествовал о сельских электриках. Обслуживание маленьких сельских электростанций, содержание в исправном состоянии электрической сети, механизация работ в животноводстве при посредстве электричества. Не зря Ленин сказал, что коммунизм – это есть советская власть плюс электрификация всей страны. Такая важная и ответственная специальность. Тем более, что и дома и в школе пользуемся до сих пор керосиновой лампой.
Поразил и изумил рассказ о доярах. Да, да. Не о доярках, а о доярах. Мы как привыкли? На ферме в стойлах разместилось целое стадо колхозных коров. Утром чуть свет доярки приходят на дойку. Стадо уходит на пастбище. Днём доярок везут в поле на обеденную дойку. Вечером дойка опять на ферме. Труд доярок тяжелый. Поэтому в советском государстве ведётся работа по механизации всех работ на ферме: чтобы напоить коровушек строится водопровод, для раздачи корма лебёдка с электромотором, дойка тоже электрифицируется. Доярки больше не нужны. На такой ферме два человека в состоянии управится со стадом в сто и даже двести коров. Тут теперь нужен технически подготовленный человек. Заниматься техническим обслуживанием фермы мне показалось не очень привлекательным. Не вызвали у меня энтузиазма профессии агронома и ветеринара. Никто не спорит, нужные профессии. Но мне по душе работа с техникой и её управлением.
Ещё в пятом классе увлекла физическая география. Географы совместно с геологами исследуют поверхность земли, расположение и строение её недр, изучают моря и океаны. Одним словом это путешественники. Вот это настоящая жизнь. С проникновением туда, где не ступала нога человека, с опасностями и трудностями выживания вдали от городов и человеческих поселений.
А когда мы стали изучать химию, сестра на день рождения подарила книгу Ферсмана «Занимательная геохимия». Я уже умел читать химические формулы. Вот это специальность.
Ферсман мне был хорошо известен. Он увлекательно рассказывает о геологических экспедициях, как он во главе таких экспедиций открыл нужные стране богатые месторождения полезных ископаемых. Стать геологом, как Ферсман, было бы здорово. При этом я заметил, что меня интересует поиск, нахождение месторождений. Разработка, строительство шахт, промышленная добыча меня не привлекали. Хотелось быть первопроходчиком, поисковиком, первооткрывателем. Осваивать придут другие люди, кому больше по душе оседлый образ жизни, наличие нормальных бытовых условий, без экзотики палаток и дыма костра, на котором готовится пища.
Конечно, я был бы не против стать учёным. На уроках физики, химии, биологии учителя обращают внимание, сколько еще не открытых тайн, сколько в науке всего неизвестного, какие великие открытия ждут будущих учёных. При этом мне хотелось быть не просто учёным-физиком или учёным-химиком, мне хочется быть таким как Ломоносов. Проводить исследования в самых разных науках, сделать великие открытия во множестве областей научного знания. Размышляя о Ломоносове, его достижениях во всех науках, к каким он проявлял интерес или внимание, я задался вопросом: «Сталин выше Ломоносова, или нет? Ведь Сталин также занимается и обеспечивает развитие всех наук, промышленности, авиационной техники. Нет такой области человеческой деятельности, куда бы не проникал мудрый взгляд вождя. И это не просто интерес, это непосредственное участие в разрешении научных и технических проблем. Но они занимают разное положение. Ломоносов – учёный, он непосредственно проводит научные опыты, чтобы прийти к великим открытиям. Сталин обладает не меньшими знаниями, но он руководит всей страной, организует и воплощает самые великие проекты. И самое главное, Сталин в результате многогранной деятельности, недоступной даже для такого учёного как универсальный Ломоносов, возглавляет строительство коммунизма, открывает реальные возможности для перехода всего человечества к коммунистической организации жизни. В этом отношении Сталин безусловно превосходит Ломоносова. И если бы Сталин был не вождём, а академическим учёным, то, работая в лабораториях, сделал бы гораздо больше открытий, чем числятся за Ломоносовым.
После всех этих рассуждений признавал, что и Ломоносовым стать совсем неплохо. В любом случае учёный, сделавший великие открытия, сколько бы их ни было, уже обессмертит своё имя. Другого бессмертия для человека не существует. Чтобы стать бессмертным, надо стать великим, известным своими достижениями во всём мире.
Время от времени в клубе выступали театральные коллективы, не уступающие профессиональным. Мне особенно запомнилось выступление народного танцевального ансамбля. Красиво выступали. Задорно. Весь зал от души аплодировал артистам. Я тоже испытал сильное вдохновение и не щадил ладоней. Но на протяжении всего концерта меня не оставляли философские размышления. Ансамбль исполняет коллективные номера. Здесь нет вокалистов. Красота исполнения в одновременном участии множества артистов. В жизни каждый в отдельности артист, самостоятельная личность. Но выступая в коллективе, утрачивает своё лицо, растворяется в массе. Зритель видит сразу всех участников, не успевает разглядеть и запечатлеть каждого в отдельности. Выступать на сцене в коллективе, который пользуется успехом, признанием, восхищением зрителей, почётно. Слава коллектива распространяется на каждого участника. Но каждый вне коллектива оказывается безвестным. Захотел бы я быть танцором в ансамбле? Однозначно нет. Я хочу, чтобы знали меня, признали мои выдающиеся способности, чтобы открытый в физике закон носил моё имя. Моим именем была бы названа горная вершина или кратер на Луне. Может я индивидуалист? Нет, я понимаю, что в современном мире все жизненно важные задачи решаются коллективами. Да и любая профессия носит массовый характер. Сколько в Советском Союзе лётчиков? Видимо-невидимо. Но среди них есть менее способные и более способные. Конечно, я хочу и рассчитываю оказаться среди более способных. Но таких тоже великое множество. Значит, я должен летать так, как на это делают единицы. Быть среди этих единиц лучшим – это и есть настоящий жизненный успех.
Участие в ансамбле такой перспективы не открывает. Или взять артиста, играющего в спектакле. Его игру смотрела заполнившая зал публика по числу имеющихся мест и проданных билетов. На следующие спектакли придут другие зрители. И всё же их число ограниченно. Автор пьесы может получить всемирное признание и славу. Артист останется известным только тому кругу лиц, которые побывали на его спектакле, видели его игру. За счёт гастролей его узнают в других городах, о его игре могут написать в газетах, круг его известности расширится. Театры, побывавшие с гастролями в иных странах, ещё больше поспособствуют известности актёра. И всё же узок круг известности актёра. К тому же он привязан к своему времени. В новые эпохи старые роли, а тем более новые, будут играть другие актёры. Недолговечна известность актёра. Даже киноактёра. Новые поколения увлечены игрой своих современников, они не будут считать своими кумирами актёров пятидесятилетней и, тем более, столетней давности. Но, видимо, не всем дано и не все рассчитывают на посмертную славу. Разве рассчитывает искусный печник или пекарь на посмертную известность и славу. Так что избравший профессию актёра изначально должен быть готов к тому, что посмертной славы ему не иметь.
На посмертную славу не могут рассчитывать люди любой профессии. Подвиг в жизни может совершить каждый человек при определённых благоприятных обстоятельствах. Благоприятных не в смысле последствий. Подвиг нередко приводит к гибели героя. Благоприятными обстоятельствами называю ситуацию, в которой человек, если преодолеет растерянность, забудет о страхе, о присущей ему трусости и инстинкте самосохранения, сделает решительное действие, не пытаясь думать о возможных последствиях для себя. Согласен, не каждый решиться в такой ситуации на самопожертвование. Но такие люди есть. Их деяния называем подвигом, а самих – героями. Но повторяю, для этого должна выпасть на долю человека такая критическая ситуация.