Восьмого сентября на уроке истории Алексей Григорьевич, молодой учитель-фронтовик напомнил ребятам, что в этот день состоялась Куликовская битва. Стал расспрашивать, что им известно про знаменитое сражение, как вооружены были воины, как проходила битва.

После урока Коля Озеровский предложил ребятам в ближайшие дни изготовить оружие, доспехи и в воскресенье сыграть в Куликовскую битву. По жребию определились, кто будет русским воином, кто татарским. Соответственно изготовить щит, меч или саблю, пику-копьё. Русские воины должны быть в остроконечных шлемах. На груди каждый должен прикрепить полоску из бумаги. У кого во время битвы бумажный знак будет сорван, тот считается убитым. Коля, понятное дело, был признан Дмитрием Донским. Другу Аркаши Витьке досталось быть Мамаем. Он был на год старше, но парень крупный, широкоплечий, весь в отца, у того рост превышал метр восемьдесят. Так что Мамай выглядел внушительно, серьёзный противник.

Аркаша старательно готовился к предстоящему сражению. Из полосок картона склеил шлем и покрасил алюминиевой краской, выглядел, как серебряный. Меч изготовить труда не составляло. Для щита нашлось круглое сиденье от старого стула. Оставалось закрепить два ремня: один, чтобы надеть на руку, второй – держать в зажатой ладони. Копье делать не стал, мечом повоюет.

В назначенный день собрались на поляне за речкой. В конце города, недалеко от улицы, где жил Озеровский. В игре участвовали мальчишки из других классов. Всего воевать собралось более пятидесяти человек. По распоряжению Коли войска выстроились друг против друга на расстоянии двадцати-тридцати метров. Был объявлен поединок богатырей. Установить, кто победил, оказалось невозможно, у обоих бумажки оказались сорваны. Потом по сигналу войска начали сходиться, а когда сошлись, началась настоящая битва. Каждый хотел победить, каждый хотел проявить свою удаль. Аркаше удалось сорвать бумажку у татарина, но тут же подоспевший другой его «убил», ловко сорвав бумажку кривой саблей. Горестно покинул «убитый» воин поле битвы. Обидно. В самом начале. С грустью смотрел, как другие самоотверженно продолжали сражаться. Кому досталась победа в сражении, установить не удалось. Пришедшие в азарт воины с порванными бумажками не хотели покидать поле, признавать себя «убитыми». Так что к концу сражения, если считать по бумажкам на груди, ни у той, ни у другой стороны в живых не осталось никого. Итог игры решили подвести поединком князя Дмитрия Донского и хана Мамая. Но тут уж в исходе никто не сомневался. Коля Озеровский одержал блистательную победу. Так что игра, как и настоящая битва, закончилась победой русского войска. Возвращались домой радостные и возбуждённые. Даже поверженные «татары». Ведь сражались они мужественно и лихо. Только Аркадий был удручён. Вот и в этот раз, и в этой игре он оказался неудачником. Не везёт ему в играх. Всё из-за маленького росточка и физического слабосилия. Это не позволяло на равных играть во многих играх.

Взять ту же лапту. Прибегает сосед Сашка, кричит: «Аркашка! Айда играть в лапту». Не может отказаться Аркаша, неловко перед ребятами. Идёт с неохотой, знает, у него ничего хорошего не получится.

Вот подошла очередь бить по мячу Аркаши. Мяч в этот раз кто-то принёс арабский, он тяжелее обычного резинового, потому летит в случае удачного удара значительно дальше. Мальчишки постарше забивают так далеко, все успевают добежать до кона и обратно, пока один из водящих завладеет мячом. Аркаша не знает, почему мяч называют «арабским», на самом деле это теннисный мяч, но в те годы никто из мальчишек у них в городе про теннис не слышал и не видел в глаза теннисной ракетки.

Водящий знает, что Аркаша – «левша». Ему приходится стать спиной к тем, кому надо бежать до кона. Это неудобно, может проследить и вовремя не застукать бегущих. Но для левши делается исключение. Мяч подброшен, Аркаша размахивается битой, пытается с силой попасть в мяч, но промахивается.

– Мазила, – слышит неодобрительный возглас от ожидающих очереди метателей.

Разрешается три попытки. Но уже на второй Аркаша битой попадает по мячу. Бил осторожно, чтобы не промазать. Мяч отлетает совсем недалеко, не долетел до близстоящего водящего. Тому потребовалось время, чтобы приблизится к мячу и взять в руки. Этого оказалось достаточно, чтобы ожидающие удара игроки добежали до кона.

Аркаша становится на черту, надо изловчиться во время удара по мячу следующего игрока успеть сделать пробежку до кона.

И, несмотря на крайнюю неумелость левши играть в лапту, его команда одерживает победу. Никто не надсмехается над Аркашей, никто не попрекает неумелой игрой. Все видят, что Аркаша не вышел ростом, худенький и маломощный, но парень свой, компанейский, не продаст и не предаст, надёжный одним словом. Да и привыкли быть все вместе.

Мальчишки-латыши жили своей компанией. У них были свои игры и развлечения. Друг друга не трогали, не задирались, но и совместно не играли. В русской компании иногда случались ссоры между отдельными экземплярами, в игре всякое бывает. Случалось какая-нибудь парочка сорванцов подерётся. Например, возьмутся бороться. Один другому подножку подставит. А по правилам подножки ставить нельзя. Разозлится пострадавший и с кулаками драться лезет. Начинается потасовка. В лицо не бьют. В грудь да в бока. Повалятся на землю, сцепившись. Поволтузят друг друга кулачонками, устанут, расходятся недовольные. Вот и вся драка.

Таким манером и Аркаша один раз подрался с одноклассником. Равные были по росту и силе. Виталька, рассердившись, стал дразнить Аркашу, обзывать всякими обидными словами. Аркаша не стерпел, полез драться. Набили друг другу бока, вывалились в песке, разошлись, угрожая, в следующий раз надавать, как следует. Только следующего раза не представилось.

Не из-за чего было драться. Во-первых, большинство одноклассников были старше и сильнее. Во-вторых, и это самое главное, не было причин. Споры и ссоры во время игр возникали. Только детские ссоры и обиды быстро забываются. Уже на следующий день в одной компании играли, забыв про драку.

Одно время возникла мода в городки играть. Ловко получалось у ребят. Появились чемпионы. Аркаша несколько раз попробовал. То бита не долетит, то едва коснётся фигуры, развалит, и все рюхи в городе остались. Так что после нескольких неудачных попыток Аркаша в городки не играл.

Другое дело в чижика. Тут Аркаша не уступал даже старшим по возрасту своим друзьям. Чаще всего играли с Витькой. Жили по соседству. В этих поединках Аркаша часто становился победителем.

Город обозначали квадратом. Под один конец чижика – небольшую круглую палочку – клали такую же поперёк. По выступающему концу чижика бьёшь палкой, тот высоко подскакивает. В это время успеваешь размахнуться и далеко зафитилить в сторону водящего соперника. Тот изо всех сил старается поймать чижика, чтобы ход перехватить. Но не тут-то было. Аркаша так высоко пошлёт чижика, что Витьке не достать. Вот это игра так игра. В чижика можно часами играть и не надоест.

Побывал как-то с поручением директора Аркадий в квартире классной руководительницы Мильды Яновны, латышский язык преподавала в русской школе. Разглядел подвешенную на стене схематическую модель планера. Сам Аркаша такие ещё не делал, ни чертежей, ни соответствующих материалов не было. Но в моделях разбирался. У схематической крыло упрощённое, обтянуто только сверху папиросной бумагой, а фюзеляж – простая рейка нужного сечения. Рассказал Аркадий Коле про модель:

– Вот бы нам такую построить.

– А что? – стал размышлять Озеровский. – Если Мильда Яновна доверит нам модель, мы по этому образцу без всяких чертежей построим такую же. Папиросная бумага у меня есть, на модель должно хватить. А откуда у Мильды Яновны планер?

– Так у неё сын в латышской гимназии учится, в шестом или седьмом классе. Он из готового набора смастерил. В наборе все заготовки были, и бумага для обтяжки крыла, стабилизатора и киля, и даже клей специальный. Я берусь договориться с учительницей.