12 июля сожжено здание сельсовета деревни Каймишки Даугавпилского уезда.

14 июля три гранаты брошены в помещение волисполкома волости Синолес, убит физрук Валкского уездного исполкома Цалис и ранен боец истребительного батальона.

17 июля убит председатель исполкома волости Валвес Екабпилского уезда

Будвига.

В 1946 году 26 января в деревне Видага Гауенской волости Валкского уезда отряд националистов до 25 человек напал на избирательный участок. Обезоружили двух бойцов истребительного батальона, порвали документы сельсовета, забрали списки избирателей, пять лошадей, захватили председателя и директора коннопрокатного пункта. В трёх километрах от деревни были настигнуты оперативно-войсковой группой и разбежались, оставив уведённых лиц.

Инспектор Я.Я.Диман побывал в Арбенском уезде по поручению ЦК компартии Латвии. В докладе сказано: «На 5 июля 1945 года из 57 сельсоветов разгромлены и не работают 24. Разгромлены и сожжены два волостных центра – Берзпилский и Тылженский. По всему уезду идёт истребление сельского актива. Нападения совершаются днём. Все главные дороги в уездный центр контролируются бандитами».

Только за январь 1946 года в Латвии зафиксировано 24 бандитских нападения, убито 22 человека.

В мае 1945 года было создано «Национальное объединение патриотов Латвии» из отрядов, действовавших на территории Вилякского, Валкского и Лудзенского уездов. За 1945 год ими совершено 300 террористических актов. Возглавлял агроном Суппе по кличке «Цинитис». После его ликвидации с апреля 1946 организацию возглавил бывший ксёндз Букш по кличке «Клинтс».

К установлению советской власти в Латвии сталинские исполнители привлекли латышей, проживающих в Латвии и присланных из России.

Современные прибалтийские историки справедливо обвиняют Сталина и сталинский режим в том, что республики Балтии были присоединены по сговору с Гитлером в результате оккупации. Подчёркивают, что народы в своём большинстве были против присоединения к СССР, были обмануты, введены в заблуждение, а выборы фальсифицированы. В этом вопросе предстоит еще разбираться. Коммунистические партии до сорокового года во всех республиках были малочисленны. Не соверши Сталин акт оккупации, советская власть в сороковом году усилиями трудового народа под руководством социалистов и коммунистов не была бы провозглашена.

Но было бы неправильно исследовать этот вопрос без учета численности трудового народа той же Латвии. Народ Латвии и в сороковом и в сорок четвёртом был представлен не только мелкой буржуазией, хуторянами и прочими обеспеченными сословиями. Не менее 2/3 населения составляли батраки и рабочие. Вряд ли они против провозглашения социализма. По крайней мере, в то время. Следует помнить, малоимущие в любом обществе составляют большинство.

Знакомясь с материалами по Латвии, Аркадий Львович был повергнут в изумление биографией и судьбой главы советского латвийского правительства Вилиса Лациса.

Родился в Риге в 1904 году. В 1917 перед оккупацией немцами Риги семья переехала в Барнаул. Латышей в сорок первом, за неделю до начала войны, и в сорок девятом будут ссылать в Сибирь. А семья Лацисов самостоятельно уехала туда на местожительство.

В 1921 году, когда по мирному договору между республикой Латвия и РСФСР было предусмотрено возвращение российских граждан в Россию, а латышей на свою родину, Лацисы вернулись в Латвию. В том же году молодой Вилис начинает печататься в периодических изданиях. Статьи, новеллы. В 1933 году заканчивает трилогию «Бескрылые птицы». Становится самым печатающимся и самым популярным писателем Латвии. С 1928 года член Коммунистической партии Латвии. Но его творчество нравится главе правительства диктатору Ульманису, и это спасает его от политического преследования. В 1940 Лацис становится во главе правительства Латвийской ССР. В годы войны находится в Москве, возглавляет формирование и организацию партизанского движения в оккупированной немцами Латвии. После окончания войны продолжает возглавлять правительство Латвии. Не оставляет литературной деятельности. В 1947 ему присвоено звание «Народный писатель Латвийской ССР». В 1949 году Сталинская премия за трилогию «Буря». Критика неодобрительно отозвалась о романе «К новому берегу». Но как в своё время в судьбу Лациса вмешался диктатор Ульманис, так в 50-е Сталин обеспечил покровительство писателю. В 1952 году роман «К новому берегу» удостоен Сталинской премии.

Историки вправе не оставить без внимания, что Вилис Лацис подписал в 1949 году постановление о депортации из Латвии кулаков и других неблагонадёжных элементов.

Но многие ли латыши сегодня знают, что в 1946 году председатель СНК Латвии Вилис Лацис и первый секретарь ЦК КП(б) Латвии Ян Калнберзин обратились к Молотову, как заместителю председателя СНК СССР, с просьбой вернуть на родину латышей – бывших легионеров немецкой армии. Мотивировали тем, что «отправка бывших легионеров вглубь страны вызвала отрицательные настроения среди населения Латвии». Указывали на то, что для восстановления и развития промышленности и сельского хозяйства республики нужна рабочая сила. Понятно, что просьба не была исполнена. Но сам факт обращения о многом говорит.

Как бы ни был успешен Лацис и в литературном творчестве и на государственной службе, беда и его не обошла. С подачи Пельше в Латвии обвинили ряд ведущих руководителей в национализме. Первый секретарь ЦК КП Латвии Ян Калнберзин в 1959 году освободил место для Пельше, заняв почётный пост председателя Президиума Верховного совета Латвии, а классик латышского социалистического реализма «сибирский латыш» Вилис Лацис в 55 лет ушёл на пенсию, посвятив остаток жизни литературному творчеству.

Малолетка Аркадий не смог решить, можно ли считать «лесных братьев» бандитами. Но и постаревшему Аркадию Львовичу после провозглашения независимости Латвии не просто было ответить на этот вопрос.

16. Детские игры

Чем запомнилась детство каждому из нас? Правильно! Играми.

Во все времена мальчишки играли «в войну». Тем более мальчишки после победы над ненавистными фашистами. С самодельным оружием, чаще всего это были палки, изображавшие автомат, с сучком, за который можно держаться, как за рожок магазина. В книжках русские автоматы изображались с дисками. Немецкие были с рожком. Находили в лесу, к сожалению ребятишек, без затвора, пострелять было невозможно. А лес ещё долго будет хранить следы и памятные свидетельства прошедших здесь боев.

После игры самоделки, изображавшие оружие, выбрасывались, чтобы в следующий раз изготовить заново.

Собравшиеся играть делились на две команды, назначались командиры, по жребию определяли, кто будет играть «русских», кто «немцев». Играли во дворах, в лесу, на берегу речки, поросшем кустарником и одинокими деревьями. Выстрелы обозначали выкрикиванием «кхы-ы, кхы-ы» или «тра-та-та», если стреляли из пулемёта. Войну вели по-партизански. Надо выследить противника и первым выстрелить, при этом остаться незамеченным для других вражеских бойцов, самому не быть «убитым». «Убитые» выбывали из игры, дожидаясь её окончания, кто победит.

Пока учились в младших классах, верховодили Минин и Минско. Когда перешли в пятый, семиклассники обособились, образовали своё сообщество, малышня их уже не интересовала. Но у малышни появился свой вожак. Это был Коля Озеровский. По возрасту, ровесник семиклассникам, общался с ними, но во внеурочное время жил одной жизнью с одноклассниками. Все охотно тянулись к нему, подчинялись без всякого принуждения. Коля был удивительный паренёк. Почти отличник, хотя особо не усердствовал, и не зазнавался своими успехами в учёбе. С ним было легко и просто общаться. Председатель совета пионерской дружины. Это принималось, как само собой разумеющееся. А в играх и мальчишеских забавах был со всеми, был на равных, но признавали его как старшего, как непререкаемый авторитет. И ничего он такого не говорил, ничего не делал, а все охотно тянулись к нему, общались, составляли его окружение. Учителя никогда не ставили его в пример, он и без того был для всех примером. Не книжным героем, как Павка Корчагин, а что ни на есть живым воплощением того, каким может и должен быть вожак.