Я проснулась в своей кровати. Как только я осознала, где я, сразу же заглянула под одеяло. Все ясно, Роберт позаботился обо мне, как и у себя дома в Англии. В дверь постучали.

– Можно, Алекса? – этот голос ангела я ни с каким другим не перепутаю.

– Да, конечно, входи, Роберт! – ответила я, улыбнувшись про себя.

Открылась дверь, и сначала появился поднос с тарелками и соком, а только затем Роберт, который прикрыл за собой дверь ногой.

– Доброе утро! Надеюсь, ты выспалась? Вот и наш завтрак, – сказал он и поставил раскладной столик передо мной, а сверху поднос, уставленный едой и фиалками в голубой тонкой вазе посередине.

– Доброе утро, Роберт! Что это? Я в раю? – спросила я и, посмотрев на бутерброд с мясом индейки и яичницу с соком, поняла, что жутко проголодалась: вчера мы не ели весь день.

– Почти в раю! Я перенес тебя в кровать и раздел, прости, – извиняющимся тоном сказал Роберт.

Я улыбнулась в ответ:

– Спасибо за заботу. Как поживают все остальные?

– Отлично. Они уже проснулись и в гостиной обсуждают нашу драку.

Я засмеялась. Определение «драка» к вчерашней схватке не очень-то и подходило.

– А где Митчеллы?

– Они ночевали в моем доме и уже приехали сюда.

– Роберт, а почему ты родителей не поселил в своем доме, когда они приехали из Англии?

Он прищурился и сказал:

– Во-первых, там идет ремонт, во-вторых, если бы они там остались, твой отец поселился бы с ними. Нашим старикам времени не хватает, чтобы наговориться, – он улыбнулся.

– Скажешь тоже, старики. Им и сорока нет.

– Давай позавтракаем и пойдем вниз, – предложил Роберт, уплетая яичницу.

Мы с удовольствием опустошили поднос. Я отправилась в ванную принимать душ, а Роберт с подносом спустился на кухню. Переодевшись, я спустилась в гостиную, где стоял дикий хохот. Видимо, вчерашний выброс адреналина дал о себе знать: наши родители, все Томпсоны, включая четверку, бурно обсуждали вчерашний день, радуясь благополучному исходу.

– Нет, ты помнишь, как я хорошенько влепил Шону, так что тот отлетел к стене и сполз по ней, как разбившееся яйцо? – смеялся Джеймс.

– Я помню, когда дрался с одним из дружков Винсента, мне что-то мешало над головой. Я только потом понял, что это была Лаура. То ли она бегала, то ли летала, разобрать было невозможно, – вспоминал Адам, содрогаясь от смеха.

В дверях появились Митчеллы: высокие, статные, красивые и свежие, будто вчера ничего и не было.

– У нее крылья за спиной, – гордо ответил Филипп, сходу присоединяясь к веселой беседе.

– Проходите, друзья, завтрак в самом разгаре, – пригласил их отец.

Пока его друзья занимали свои места, Роберт стоял возле окна и смотрел на фонтан. Я подошла к нему, а он повернулся ко мне и с усилием проговорил:

– Алекса, давай выйдем на улицу в сад.

Его тело было напряжено, и меня это испугало. Я подошла к нему и, взявшись за руки, мы вышли к чудесному саду, который находился за нашим домом. Благодаря фонтану веяло прохладой, позволяющей дышать воздухом, которого не хватало легким от томительного ожидания того, что мне скажет Роберт. Видно было, что и Роберту тяжело дышать. Мы подошли к фонтану, и Роберт плавно повернул меня к себе.

– Что случилось, Роберт? Я чувствую, в каком ты напряжении. Что-то не так? – я испуганно смотрела на него, ожидая услышать, что Винсент снова начал преследование.

– Все так, Алекса! Даже более чем! – ответил он, а я с облегчением вздохнула. – Ты можешь мне отдать ключи от моего дома?

От удивления я открыла рот, а затем, спохватившись, полезла в карман и отдала ему связку ключей с брелком в виде сердца. Он посмотрел на эти ключи и сказал:

– Ты знаешь, кому принадлежат эти ключи?

– Нет, не знаю, – мое тело снова напряглось, но внешне я сохраняла спокойствие.

– Теперь они принадлежат тебе, – он протянул мне связку ключей обратно. – Я хочу, чтобы ты взяла их. Они твои и дом твой.

Я не торопилась их брать, а только непонимающе смотрела, переводя взгляд со связки на Роберта.

– Но…

Роберт долго раздумывать мне не позволил. Он всучил мне ключи, а затем притянул меня к себе и нежно поцеловал. Я ответила на его поцелуй, все еще не понимая, что он затеял. Затем он вновь посмотрел на меня, но я снова жаждала его губ, и он, будто прочитав мое желание, привлек мое лицо к себе своими ладонями, и волна страсти вновь охватила нас.

– Я хочу, чтобы так продолжалось всегда, Роберт, – прошептала я, восстанавливая дыхание.

– Так и будет, обещаю, по крайней мере, пока мы живем на этом свете, – его теплая рука скользнула по моей щеке, и наши губы вновь соединились.

– Не останавливайся, прошу тебя.

– Я люблю тебя, Алекса.

– Я тебя тоже люблю. Не исчезай из моей жизни никогда.

Мы шептали слова друг другу на ухо, будто старались скрыть тайну от посторонних, хотя рядом и так никого не было. К тому же страсть и ровное дыхание, – абсолютно несовместимые вещи, которые не давали нам четко выражать свои мысли словами и замечать окружающий мир.

– Сейчас моя задача – уберечь тебя от лишних проблем, – сказал Роберт, все еще касаясь моих губ и поглаживая большими пальцами мою шею. – Позволь мне решить проблему с Винсентом.

– Я не хочу, чтобы ты пострадал! Ты думаешь, он не оставит нас в покое?

– Я хочу, чтобы ты была счастлива и окружу тебя заботой и дам тебе чувство безопасности.

– Я тоже хочу всегда о тебе заботиться, Роберт!

– Алекса, ты позволишь мне еще раз представить тебя своим родителям?

– Зачем? – я высвободилась из его объятий и удивленно посмотрела на него.

– В качестве невесты… – прошептал он, причем неуверенно, будто боялся отказа.

– Невесты?

– Когда в замке Винсента я услышал, как ты кричишь, не стесняясь огласить свои чувства, я понял, что если мы выберемся, я тебя уже никогда не отпущу, несмотря ни на что. Я тебя тоже люблю и хочу, чтобы об этом знали все!

Роберт опустился на одно колено передо мной и открыл черный футляр. Ослепительный блеск кольца из белого золота с бриллиантом в форме Маркиз заставил мои глаза прищуриться. Не успела я сообразить, к чему такой дорогой подарок и торжественность, как Роберт задал мне вопрос, который тут же сбил мое дыхание:

– Алекса, ты выйдешь за меня замуж?

Набрав много воздуха в легкие, чтобы не упасть от нехватки кислорода, я выждала все же несколько секунд, наслаждаясь моментом, от которого сердце порхало, словно бабочка, а затем, найдя в себе силы, я все же еле прошептала:

– Да.

Роберт взял мою руку и надел на палец изящное кольцо.

– Я люблю тебя, Алекса! Я тебя никогда не оставлю! Обещаю! – он обнял своими теплыми сильными руками мое лицо.

– И я люблю тебя, Роберт! И хочу быть с тобой навсегда!

Он нежно прикоснулся к моему носу, затем к губам.

– Второе знакомство с родителями уже не так страшно, – сказала я, и мы облегченно вздохнули от окутавшего нас облаком счастья.

Нас прервал чей-то кашель. Мы с Робертом еле оторвались друг от друга и оглянулись. На нас смотрели все присутствующие в доме.

– Ну что, молодые люди, мы все видели, – сказал Джеймс.

– Мистер Стюарт, – Роберт сделал паузу. Остальные стояли и, затаив дыхание, ждали, что скажет Роберт. – Позвольте мне официально просить руки вашей дочери. Я обещаю вам, что я о ней позабочусь.

Мейдлин и Ноэль скрестили на груди руки от умиления и в их глазах застыли слезы счастья, а остальные внимательно слушали.

– Ну конечно, Роберт! Я всегда знал, что вы достойная пара! Будьте счастливы, дети мои!

Роберт повернулся к своим родителям.

– Мама, папа, я хочу вам представить свою невесту!

Несмотря на то, что с родителями Роберта я подружилась и относилась к ним как к лучшим друзьям, именно в этот момент у меня перехватило дыхание. Я судорожно вдохнула, а Роберт сжал мою ладонь, как обычно он это делал, и мне стало сразу легче.

– Роберт, Алекса! – воскликнула Мейдлин. – Я так рада за вас! У меня появилась долгожданная дочка!