– Вячеслав Брант, – сказала Ричардс.

– Солдат, – коротко ответила Анджелла.

– Джиллиан Бернски, – сказала Эмма.

– Девочка молодая, но способная, – сказала Анджелла. – Быстро учится.

– Когда ее нашли в будапештском притоне, она, будучи под кайфом, раскидала пятерых взрослых мужиков, – сказала Эмма. – Это ее талант?

– Это ее болезнь, – сказала Анджелла. – Ее отправили ко мне на лечение. Сейчас у нее проблем с наркотиками нет.

– А пятеро мужиков из специального полицейского подразделения? – спросила следователь.

– Если они остались живы – ничего страшного, – ответила Анджелла.

– Пол Стоддарт, – сказала Ричардс.

– Прости, что? – переспросила Анджелла.

– Пол Стоддарт. Из Интерпола. Вы с ним были в той психушке, – сказала Эмма.

– Ах, да, – улыбнулась Анджелла. Несмотря на срок давности, она тут же поняла, о ком идет речь, чем снова вызвала у Эммы легкое удивление. – Как же, припоминаю. Так вот, значит, как его звали…

– Каким образом он оказался замешан в ваши игры? – спросила Ричардс.

– Скажем так, однажды он оказался в должниках у одного из владельцев нашего ресторана, – поведала Анджелла. – Это как приобрести дом в ипотеку, расплачиваешься всю оставшуюся жизнь.

– Как так получилось, что Стоддарт сейчас выглядит дряхлеющим стариком, а ты вся блистаешь молодостью и красотой? – спросила Эмма.

– Прости, давай прервемся, – предложила Анджелла. – Девочки хотят пи-пи.

– Чего? – не поняла Ричардс.

– В дамскую комнату отведешь? – спросила Анджелла. – Или предлагаешь мне сделать лужицу прямо здесь?

– Пошли, – Эмма махнула пистолетом.

Анджелла покорно склонила голову и направилась в туалет. Следователь двинулась следом за ней, на некотором расстоянии.

– Наручники расстегнешь? – спросила Анджелла.

– Ты арестована, – парировала Эмма.

– Н-да, а трусики я как, по-твоему, должна снимать? – спросила Анджелла.

Эмма тяжело вздохнула, подошла к ней сзади, чуть присела и принялась задирать платье. Дойдя до талии, она одернула весь ворох атласной ткани и вложила его в руки Анджелле. Затем принялась стягивать с нее трусики-стринги из тончайшего кружева. Про себя с некоторой горечью отметила, что такое белье стоит, пожалуй, не одну ее зарплату.

– Чулочек не поправишь? – попросила Анджелла.

Эмма снова вздохнула и стала поправлять чулки на своей подопечной.

– Спасибо, ты очень мила со мной, – Анджелла улыбнулась и послала ей воздушный поцелуй. – Я быстро, обещаю. Свет включи?

Эмма щелкнула выключателем. Анджелла ухватила поудобнее задранный подол платья и гордо подняв голову, сжав бедрами приспущенные трусики, вошла в туалет. Эмма вошла следом. Брюнетка села на унитаз, вопросительно посмотрела на следователя.

– Чего еще не так? – раздраженно спросила Эмма.

– Будешь на меня смотреть – ничего не смогу сделать, – пожаловалась Анджелла.

Эмма внимательно оглядела совмещенный санузел.

– Не бойся, через унитаз я не убегу, – обнадежила ее Анджелла.

Ричардс вышла, захлопнув за собой дверь. Сначала внутри что-то зажурчало. Спустя некоторое время раздался звук спускаемой воды. Затем шелест ткани. В конце концов, дверь щелкнула и из туалета вышла Анджелла, плавными движениями расправляющая ткань платья.

– А как это ты… – произнесла Эмма и осеклась.

Услужливая память напомнила, как она собственными руками застегивает браслеты на запястьях своей подозреваемой. С руками, скованными за спиной, эта брюнетка не смогла бы самостоятельно одеться. Наручники и сейчас были на ней. Только вот цепочка была разорвана.

– Браслеты снимешь? Или мне самой снять? – спросила Анджелла и протянула руки.

Эмма почувствовала, как предательски дрожит и трепыхается рука с пистолетом.

– Поверь, чтобы убить человека – мне наручники снимать необязательно, – заверила ее Анджелла. – Так как?

Эмма убрала пистолет в сумочку, сняла с запястий Анджелла оковы и машинально спрятала их вслед за пистолетом.

– Без них мне психологически комфортнее, – сказала Анджелла. – Пойдем, мы еще не закончили наш разговор.

Эмма стояла, оцепенев, стараясь не шевелиться.

– Брось впадать в панику, – сказала Анджелла. – Я убиваю, в основном, когда почувствую опасность. Ты для меня опасности не представляешь.

Через мгновение Эмма вновь оказалась на том самом видавшем виды диване. Анджелла тем временем отошла к окну, присела на корточки, поддела ноготками несколько паркетных плиток, затем бесцеремонно выдернула вкладыш из ударопоглощающего материала и принялась извлекать из тайника один за другим пистолеты и коробки с патронами.

– Я хочу знать правду, – сказала, поборов себя, Эмма. – Как тебя зовут? Кто ты такая на самом деле?

Анджелла перестала копаться в своем тайнике, тяжело вздохнула, поднялась и посмотрела на следователя.

– Ты и вправду хочешь об этом узнать? – спросила она.

– Да, хочу, – подтвердила Эмма и тотчас в душу закрался червь сомнения, и подумалось, что эта жгучая брюнетка спрашивает неспроста…

Анджелла стояла у окна и глядела на засыпающий город. Редкими снежинками начинал падать снег.

– Ночью жуткая метель будет, – произнесла она задумчиво.

– Откуда ты знаешь? – спросила Эмма. – Синоптики передали всего лишь небольшой снег, и тот – временами.

– Я чувствую, – ответила Анджелла и вновь замолкла.

Снова наступила тишина.

– Знаешь, у меня тоже на погоду колени ломит… – начала было Эмма.

Брюнетка стояла вполоборота к ней и глядела на падающий снег.

– Меня зовут Анджелла Фрайхайт, – произнесла она чуть слышно. – Я родилась в 1935-ом году в Праге. И я вампир.

– Ты сумасшедшая, Анджелла… – произнесла Эмма неуверенно.

Анджелла лишь надменно усмехнулась.

– Тебе надо меньше всяких дурацких книжек читать, – сказала Эмма, кивнув головой на шкаф.

Внезапно ей стало дурно. Перед глазами, словно черно-белые кадры кинохроники, калейдоскопом побежали воспоминания: там был и умерший от потери крови наркодилер из церкви, и священник, спятивший от встречи с вампиром, и фотография, хозяйка которой не постарела ни на йоту за сорок лет, и Мартин Ильм, столкнувшийся с доселе неизвестным генотипом…

Эмма вдруг почувствовала, как к горлу подкатил огромный ком, и тотчас стало тошно, и задрожали колени.

– Нет… – она обхватила голову руками, согнулась пополам. – Нет, Господи, нет, пожалуйста!

Анджелла продолжала смотреть на город.

– Мне продолжать? – спросила она.

Эмма что-то бормотала себе под нос.

– Перестань причитать, – произнесла Анджелла твердо, повышая голос.

Это не подействовало. Тогда она ушла на кухню, а вернулась со стаканом холодной воды, из которого бесцеремонно окатила свою визави. Не ожидав такого проявления гостеприимства, Эмма взвизгнула и даже подпрыгнула, правда, невысоко.

– Пришла в себя? – осведомилась Анджелла.

– Немного, – ответила Эмма.

– Еще плеснуть? – предложила Анджелла.

– Пожалуй, не стоит, – ответила Ричардс.

Анджелла кивнула, поставила стакан на пол и снова погрузилась в свой тайник.

– Слушай, Анджелла, а как получилось, что вампир состоит на службе у мафиозного синдиката? – спросила Эмма.

– С чего ты взяла? – спросила Анджелла. – Я не того полета орлица, чтобы лезть в мафиозные разборки.

– А что же ты тогда говорила про вашу организацию? – спросила Эмма.

Анджелла тяжело вздохнула, принялась один за другим проверять извлеченные из тайника пистолеты.

– Наш Клан появился вместе с первыми человеческими государствами, – сказала она. – За прошедшие века мы накопили большую силу, прибрали к рукам многие и многие политические и экономические структуры, во многих организациях, корпорациях, отраслях и органах власти на ключевых постах стоят наши ставленники. Мы не вмешиваемся в ход человеческой истории, лишь отстаиваем свои интересы.