– Костя, успокойтесь ради Бога. Вы не сумасшедший.

– Как не сумасшедший?

– Конечно, вы нормальный. Вы отдаете себе отчет в своих действиях. Вы активно пытаетесь сопротивляться.

– Но ведь стало хуже.

– Конечно, станет хуже, ведь вы сопротивляетесь. А хозяин голоса раздражается. Один вы не справитесь. Вам помощь нужна.

Леня и Даша стали наперебой предлагать свои услуги.

И тогда я сказала:

– Первое условие в помощи – ничего не бояться. А раз вы смелые и мужественные, сейчас мы этот голос послушаем.

Я затевала эту показательную демонстрацию не для себя и не для Кости. Мне нужно было убедить Дашу и Леню, что их помощь сопряжена с огромной ответственностью, большой опасностью и крайне необходима.

Поэтому я усадила Костю на кушетку, взяла его за руку и, преодолевая боль в солнечном сплетении и тошноту, обрушившиеся на меня, начала читать молитвы. Я произносила слова, глядя Косте прямо в глаза и пытаясь установить внутренний контакт. Через семь-восемь минут он резко опустил голову, а еще через пару минут по его телу прошла судорога. Тогда он снова поднял голову, и эти серые насмешливые глаза не могли быть его глазами. Он произнес: «Ты в меня не лезь». А дальше пошла матерная брань. А потом визгливым женским голосом: «Ой, напугала, напугала, сейчас как дам – костей не соберешь». Леня и Даша замерли с открытыми ртами. Я закончила чтение молитвы Святому Духу и отодвинулась от него. Несколько минут он приходил в себя, а затем понял: что-то не так, и от всего пережитого расплакался, как ребенок.

Леня осторожно попытался спросить: «А что это было?» Я ответила не сразу. В который раз мне пришла в голову мысль, что нет популярной литературы, которую можно было бы порекомендовать ребятам. Потом я начала рассказывать:

«Прицепилась к вашему Косте одна очень неприятная сущность. Глазом ее не видно. И живет она в человеке, как паразит. Только питается она не жирами, белками и углеводами, а нервно-психической энергией. И надо бы ее любым способом вытравить». Даша всплеснула руками: «Но как же она туда попала?» «По-разному бывает, – ответила я. – К одним сущность присоединяется в результате целенаправленных действий магов, специальных заговоров, обрядов. Другие получают их в наследство от родителей и других очень близких людей, с которыми они находятся в тесном общении. Третьи – своей жизнью, своими поступками призывают это сущности к себе. Причина одна: дыры в духовной жизни человека, слабые места в его морали, его греховная природа. Поэтому такие неприятные эпизоды требуют не просто какого-то обряда изгнания этого духа, а пересмотра всей системы ценностей человека, всей его жизни».

Костя спросил: «Но как же мне снова стать нормальным?» И я в который раз рассказала о потребности человеческой души в молитве, о необходимости соблюдения постов и обрядов. Но для начала я предложила им просто помолиться вместе и показала, как правильно читать домашние молитвы.

Конечно, с первого раза они мало что поняли. В который раз у меня были пациенты, которые хотели от духовной работы такой же помощи, как от таблетки. Но мне было так жалко этого парня, что несколько раз я сама сводила его в церковь.

Эффект был потрясающим, На первой же литургии у Кости началось резкое расстройство функций кишечника. Он выбегал раза три. А на четвертый раз голос заговорил. Он уже не говорил насмешливо и нагло, а верещал противным фальцетом: «Ой, ты меня куда? Я же тебе ничего плохого не сделал, посидел только. Я с тобой как с другом, а ты? Ой-ой-ой, ты зачем меня к иконам? А к мощам ходить не надо!» А когда хор запел «Милость мира…», слова уже стали нечленораздельны. Мы еле вывели Костю из храма, он был очень слаб.

Утром он сразу позвонил мне. Еще слабый, он рассказал мне свой сон. Во сне он видел врача-психотерапевта, которая его кодировала от курения. Она снилась ему на фоне грязной серой стены и говорила ему: «Ты никогда не будешь курить. Курение для тебя – смерть. Если ты закуришь хотя бы один раз, ты умрешь». А потом она вытащила из кармана маленькую плюшевую игрушку, похожую на обезьяну. Она протянула эту игрушку Косте и сказала: «А это я дарю тебе. Он мне больше не нужен». Во сне Костя не взял игрушку. Он спросил меня: «Так это психотерапевт сделала мне магию?» А я, в который раз удивившись информации, получаемой человеком в сонном видении, ответила: «Конечно, нет. Просто любые игры с подсознанием, в том числе гипноз и кодирование, чреваты большой опасностью. Перед врачом пациент становится психически незащищенным. И в этот момент он может быть заражен психической «бациллой». Врач должен настолько блюсти себя, чтобы не причинить пациенту вред, что очень мало людей могут работать в такой сложнейшей области, как психиатрия». Скорее всего, врач была носителем этого паразита и неосознанно передала его Косте, у которого одержание приняло катастрофические формы.

Но основные разговоры у нас были позже. Эффект от кодирования после проведенной духовной работы исчез, и Косте сильно захотелось закурить, но он боролся с тягой уже другими – собственными – волевыми методами. Он так и не закурил.

Позднее Костя признался мне, что полное излечение у него произошло только через полгода после описанных событий. Еще целых полгода он боялся себя, боялся причинить вред близким людям. Еще ему мерещилось, что вот-вот в его голове прозвучит какой-нибудь скандальный голосок, но не прозвучал. И молитвы, читаемые ежедневно, отдаляли и отдаляли это ощущение.

Однажды Костя спросил меня: «А если бы я был православным до кодирования, со мной бы эта гадость не приключилась?» Я ему ответила: «Настоящий православный человек никогда не пойдет на кодирование. Он получит свою помощь от Бога. Нельзя сказать, что психотерапия не нужна. Она нужна. Для тех, которые уже поняли, что психика человека управляет его физическим телом, но еще не поняли, что психикой, как и телом, управляет Господь Бог».

Для каждого этапа самосознания человека есть свои методы лечения. На одном этапе человек ничего не примет, кроме таблетки. На другом – человек будет готов к йоговским асанам, голоданию и аутотренингу. А на третьем он с верой обратится к Богу и доверится ему в выборе врача, метода лечения или будет исцелен Духом Святым. Но никогда нельзя допускать, чтобы в подсознание человека профессионал-психотерапевт профессионально посылал угрозы, препятствующие свободному развитию души.

Раздел третий

На грани

Это место соприкосновения мира живых и мира мертвых Здесь многие бывали, а некоторые живут

Мать

К концу недели в реанимацию привезли больного с острым инфарктом правого желудочка. Больному Максимову было всего сорок девять лет. А такой инфаркт – практически безнадежное заболевание, ведь правый желудочек намного слабее и незащищеннее, чем левый.

Максимов лежал в первом блоке у стены, почти без сознания, а на мониторе отражалась свистопляска сердечного ритма. Заведующий отделением направил меня к нему, и я наблюдала за ним с порога. Настроение было пессимистическое, ведь я знала о возможном исходе, к тому же ощущались холодные флюиды смерти.

Конечно, я попробовала поколебать эту стену, но тут же обожглась. Что же делать? Руки опускаются. Помолилась. Слова получаются ватные, обволакивающие, не способные пробить брешь в этой стене. Я дважды в течение часа подходила к Максимову. А потом сказала заведующему: «Не могу». Он, ободренный предыдущими нашими успехами, не поверил: «Да быть такого не может». Я удивилась его реакции, ведь кто бы другой сказал – нормально, а он прекрасно знает эту патологию. Но он наседал: «Попробуй еще». Попробуй – значит попробуй. Я вошла в блок с большой внутренней силой и увидела ее.

Призрачная женская фигура в черном, блестящие глаза, твердо поджатые губы. Она склонилась над Максимовым и резко выпрямилась, когда увидела мою растерянность. Она поняла, что я ее вижу.