ство должно было «служить народу», т. е. тем идеологиче­

ским целям, которые определяла руководящая элита. Глав­

ной из всех целей пролетарской культуры было воспитание

нового материалистического мировоззрения, в котором подъ­

ем экономики важнее морали, эстетики и духовности идеа­

листического искусства прошлых веков.

Эпицентром интереса многовековой культуры был чело­

век во всем многообразии его проявлений, культура рас­

сматривала внутреннюю жизнь человека, проявляющую се­

бя в процессе борьбы с окружающим миром, с объективно

существующими в обществе силами. В этой борьбе проис­

ходило становление личности. Но у массового общества

другие задачи и цели. Не становление личности, а фор­

мирование нового человека. Как писал Горький: « Человек не

цель культуры, а eе объект. Цель культуры созда­ние

нового человека».

Новый человек это, прежде всего, человек труда, со­

зидатель, строитель нового мира. Созидание требует че­

ловека действия, экономика в нем видит лишь инструмент,

ценный только тем, что он создает.

Осип Брик, один из наиболее влиятельных советских

идеологов 20­х годов, отмечал: « Мы ценим человека не

по тому, что он переживает, а по той роли, которую

он играет в нашем деле. Поэтому интерес к делу, к

действию у нас основной, а интерес к человеку произ­

водный».

265

Михель Гофман. Американская Идея

Арватов, один из лидеров «Пролеткульта», следующим

образом определял задачи мастеров искусств: «… . художник

проникается идеей целесообразности, обрабатывая мате­

риал не в угоду субъективным вкусам, а согласно объек­

тивным задачам производства, организуя общий продукт.

Руководствуясь не личными побуждениями, а выполняя за­

дания класса…»

Работники западной индустрии массовой культуры ни­

когда не делали таких откровенных заявлений, но они так

же, как и советские «инженеры человеческих душ», выпол­

няли задание управляющего класса. Формирование нового

сознания, необходимого системе восприятия мира, соответ­

ствующего интересам заказчиков.

Индустриальное производство нуждалось в средствах для

восстановлении сил работника в свободное от работы время.

Культура должна была стать «культурой досуга», но она не

только давала работнику возможность «культурного отды­

ха», она также отвлекала от «ненужных вопросов», навязы­

вая те ответы, которые соответствуют целям руководящей

элиты.

До появления массовой культуры низшие общественные

классы, не имевшие доступа к образованию, прививающее

интерес к культуре, видели в плотских радостях жизни,

еде, вине, сексе, единственно доступные им формы отды­ха

и развлечений. На определенном витке развития эконо­

мики, когда индустриальная цивилизация превратилась в ци­

вилизацию технологическую, потребовавшую полной вовле­

ченности работника в трудовой процесс, эти формы прове­

дения свободного от работы времени стали восприниматься

как отклонение от новых норм жизни. Они отнимали энер­

гию работника, которую он должен был использовать для эф­

фективного труда в течение рабочей недели.

Культурный досуг, о котором так много говорила совет­

ская пропаганда, ограничивался несколькими газетами,

несколькими сотнями книг, одним фильмом в неделю, гово266

Глава 14. Культура для масс

рившим, по преимуществу, только о трудовом энтузиазме,

поэтому подавляющее большинство проводило свое свобод­

ное время с «бутылкой на троих». Как и вся советская эконо­

мика народного потребления, индустрия досуга создавала де­

фицит всех продуктов культуры.

Тем не менее, хозяева жизни понимали значение, которое

играет культура в воспитании масс. Заказывая музыку ис­

полнителям, они вооружали их необходимыми технически­

ми средствами. Особое внимание было уделено кинематогра­

фу, как говорил Ленин: « Самым важным из всех искусств

для нас является кино, так как наше население по преиму­

ществу безграмотно».

Советские фильмы 20­х годов, « Броненосец Потемкин»,

« Октябрь», « Конец Санкт­Петербурга», « Юность Макси­

ма», были не только шедеврами киноискусства, но и шедевра­

ми манипуляции массовым сознанием, исторической фальси­

фикацией, принятой массами как единственно возможная

трактовка событий революции.

Шедевром был также фильм классика американского кино

Гриффитса « Рождение Нации» (« The Birth of a Nation») (1915 г.),

с необычайной художественной силой провозглашавший идео­

логию Ку­клукс­клана как двигателя цивилизации. Шедевром

был также и фильм Лени Рифеншталь « Триумф Воли», пропа­

гандирующий идеи фашизма.

Идеологический гламур возник не в ХХ веке, глянцевые

картинки, декорирующие сложную реальность, создавались и

раньше. « Пятнадцатилетний капитан» Жюль Верна пока­

зывал колонизацию африканского континента, превратившую

свободные племена в почти бесплатную рабочую силу для

европейских предпринимателей как триумф прогресса, несу­

щим высокие гуманистические ценности «отсталым народам».

Приключения трех мушкетеров Дюма проходили во

времена трагической эпохи европейской Реформации, но в

романе цен­тральной была история алмазных подвесок

королевы. Многие поколения читателей были воспитаны на

этих книгах, а их

267

Михель Гофман. Американская Идея

влияние на формирование массовых представлений было го­

раздо более значительным, чем занудные работы профессио­

нальных историков.

Популярное искусство имеет свою специфику, оно не ставит

свой задачей показ реальной жизни, ее назначение — развле­

кать, но развлекательная литература и искусство прошедших

эпох существовали на периферии культурных интересов обще­

ства. Обращенная к образованному классу традиционная куль­

тура приобщала индивида к богатству чувств и мнений миро­

вой цивилизации, она помогала индивиду в процессе поиска ис­

тины найти свой уникальный, индивидуальный путь, подтал­

кивала все общество к осмысленному подходу к проблемам жиз­

ни… Культурой определялась принадлежность к социальной

иерархии, что придавало ей в глазах низших общественных

классов престиж, ценность ее обладанием. Массовая же культу­

ра ХХ века сменила приоритеты, рынок культуры определил

иерархию ценностей, в которой культура как развлечение по­

лучила доминирующую роль, а сложность и глубина традици­

онного искусства потеряли свой былой статус.

Сегодняшний потребитель массовой культуры не обсужда­

ет содержание, качество увиденного или услышанного. Об­

суждая новый фильм или книгу, он говорит о них в катего­

риях рынка, сколько было вложено в производство и сколь­

ко копий было продано, и сколько миллионов они получили

в прокате.

Как производители, так и потребители массовой культу­

ры видят произведения искусств как товар, а ценность това­

ра не в том, что он расширяет объем знаний и понимание

происходящих общественных процессов, не тем, насколько

он богат в своей эстетике, в глубине и силе чувств, а в том,

как он отвечает на запросы рынка. Культура такой же бизнес,

как и любой другой.

Недаром Голливуд называли « фабрикой общественных ил­

люзий», а советское производство фильмов « кинофабрикой».