слов, то с видом людей, дорого ценящих свое мнение. По¬ всюду между хижинами виднелось множество принадлеж¬ ностей для охоты, но никто не брался за них. Там и сям ка- кой-нибудь воин осматривал свое оружие. Иногда глаза многих воинов сразу устремлялись на большую хижину в центре поселка, словно она составляла предмет размышле¬ ний всех этих людей. На самом краю плоской возвышенности, на которой был расположен лагерь, внезапно появился какой-то че¬ ловек. Он был безоружен, и разрисовка скорее смягчала, чем увеличивала природную суровость его строгого лица. Когда он приблизился настолько, что делавары могли ви¬ деть его, он сделал жест, выражавший его дружественные намерения, сначала подняв руку к небу, а затем вырази¬ тельно прижав ее к груди. Жители поселения ответили на его приветствие и пригласили подойти ближе. Ободренный этой встречей, смуглый незнакомец покинул край природ¬ ной террасы, где он стоял, резко выделяясь на фоне за¬ алевшего утреннего неба, и важной поступью пошел к се¬ редине стана. По мере того как он приближался, слы¬ шалось легкое бряцание серебряных украшений на его руках и шее да звон маленьких бубенчиков, окаймлявших его кожаные мокасины. Он любезно приветствовал муж¬ чин, не обращая никакого внимания на женщин. Когда не¬ знакомец дошел до группы людей, по гордым лицам кото¬ рых можно было догадаться, что это вожди племени, он остановился, и делавары увидели статную, стройную фигу¬ ру хорошо знакомого вождя гуронов, известного под име¬ нем Хитрой Лисицы. Его встретили серьезно, молчаливо и настороженно. Стоявшие впереди воины расступились, пропустив лучше¬ го делаварского оратора, говорившего на всех языках се¬ верных туземцев. — Добро пожаловать, мудрый гурон! — сказал дела¬ вар на языке макуасов. — Он пришел отведать сакка-туш1 вместе со своими приозерными братьями? Он пришел, — повторил Магуа, наклоняя голову с величием восточного государя. Вождь, протянув руку, взял гурона за запястье, и они снова обменялись дружескими приветствиями. Потом де¬ 1 Сакка-туш — блюдо, приготовляемое из размолотого маиса и бобов. 778

лавар пригласил гостя войти в хижину и разделить с ним утреннюю трапезу. Приглашение было принято, и оба вои¬ на спокойно ушли в сопровождении трех-четырех стари¬ ков, покинув остальных, снедаемых желанием узнать при¬ чины такого необычайного посещения. Однако они не выразили ни единым жестом, ни словом своего нетерпения. Разговор в продолжение скромного завтрака вели с чрезвычайной осмотрительностью; речь шла только о при¬ ключениях на охоте, в которой недавно участвовал Магуа. А между тем каждый отлично знал, что посещение это должно иметь какую-то тайную цель и большое значение для их племени. Когда все насытились, а женщины убра¬ ли остатки кушанья и бутыли с. напитками, обе стороны приготовились к словесному поединку. — Обратил ли мой великий канадский отец снова свое лицо к его детям — гуронам? — спросил оратор делаваров. — Разве было когда-нибудь иначе? — возразил Ма- гуа. — Он называет мой народ самым любимым. Делавар торжественно наклонил голову, будто бы соглашаясь с тем, что он считал заведомой ложью, и про¬ должал: Томагавки ваших воинов были очень красны! Так было прежде, но теперь они блестящи и тупы, потому что ингизы мертвы, а делавары — наши соседи. Вождь ответил на этот умиротворяющий комплимент только движением руки и замолчал. Тогда Магуа, как будто вспомнив о чем-то при упоминании о резне, спросил: — Не беспокоит ли моя пленница моих братьев дела¬ варов? = Мы рады ей. — Путь между делаварами и гуронами короток и от¬ крыт пришли ее к моим женщинам, если она беспокоит моего брата. — Мы рады ей, — возразил вождь делаваров внуши¬ тельнее прежнего. Магуа, сбитый с толку, молчал в продолжение несколь¬ ких минут, по-видимому равнодушный к тому, что первая попытка вернуть Кору не увенчалась успехом. — Оставляют ли мои воины делаварам место для охо¬ ты в горах? — заговорил он после некоторого молчания. — Ленапь1 господа в своих собственных горах! —^ ответил вождь несколько высокомерно* 779

— Это хорошо: справедливость управляет поступками краснокожих. Зачем им чистить томагавки и точить ножи друг против друга! Разве мало здесь бледнолицых? Трое из присутствующих издали одобрительное вос¬ клицание. Магуа подождал немного, чтобы слова его могли по¬ действовать смягчающим образом на делаваров, и потом прибавил: — Не видали ли мои братья следов чужих мокасин в лесах? Не нападали ли они на следы белых людей? — Пусть приходит мой канадский отец, — уклончиво ответил вождь, — вго дети готовы видеть его. — Великий вождь приходит курить трубку с индей¬ цами в их вигвамах. Гуроны также бывают рады видеть его. Но у ингизов длинные руки и ноги, которые никогда не устают. Моим молодым людям показалось, что они ви¬ дели следы ингизов вблизи селения делаваров. — Они не найдут ленапов спящими. — Это хорошо. Воин, глаза которого открыты, может видеть врага, — сказал Магуа, еще раз меняя тему раз¬ говора, так как убедился, что ему не обмануть своего собе¬ седника. — Я принес подарки моему брату. Хитрый вождь встал, заявив о своих щедрых намере¬ ниях, и торжественно разложил подарки перед ослеплен¬ ными взорами хозяев. Подарки состояли большей частью из дешевых безделушек, снятых с женщин во время резни в крепости Уильям-Генри. Лукавый гурон выказал не меньше умения в распределении побрякушек, чем в выбо¬ ре их. Самые драгоценные он отдал двум из важнейших вождей, остальные подарки он роздал младшим с такими любезными и кстати сказанными комплиментами, что ни¬ кто из них не имел повода быть недовольным.. Этот хорошо рассчитанный ход вождя гуронов немед¬ ленно дал положительные результаты. Торжественное вы¬ ражение лиц делаваров сменилось более, радушным. Пере¬ мена в особенности отразилась на вожде. Неско'лько време¬ ни он рассматривал доставшуюся на его долю обильную часть добычи и затем проговорил очень выразительно: — Мой брат — мудрый вождь. Мы рады ему. — Гуроны любят своих братьев делаваров, — ответил Магуа. — И почему им не любить своих братьев! Они окрашены тем же солнцем, и их праведные люди будут 780

после смерти охотиться в одних и тех же местах. Красно¬ кожие должны быть друзьями и смотреть во все глаза на белых людей... Не встречал ли мой брат шпионов в лесу? Делавар, имя которого в переводе означало «Твердое Сердце», забыл на этот раз о непоколебимости. Выражение его лица смягчилось, и он снизошел до того, что стал го¬ ворить более определенно: — Возле моего лагеря были чужие мокасины. Следы их дошли до моих хижин. — Мой брат выгнал собак? — спросил Магуа, не на¬ поминая вождю его прежние увиливания от прямого ответа. — Этого нельзя сделать. Странник — всегда желанный гость для детей племени ленапов. — Странник, но не шпион. — Разве ингизы послали бы шпионами своих жен¬ щин? Не сказал ли вождь гуронов, что он взял в плен женщин во время сражения? — Он не солгал. Ингизы послали своих разведчиков. Они были в моих вигвамах, но не нашли никого, кто мог бы приветствовать их. Тогда они убежали к делаварам, по¬ тому что, говорят они, делавары — наши друзья; .их души отвратились от канадского отца. Удар был нанесен великолепно и в более цивилизован¬ ном обществе доставил бы Магуа репутацию искусного дипломата. Недавнее отсутствие делаваров во время сра¬ жения вызвало, как им хорошо было известно, много упреков со стороны их французских союзников, и они чувствовали, что впредь те будут относиться к их поступ¬ кам недоверчиво и настороженно. Нетрудно было предви¬ деть, что подобное положение окажется весьма невыгод¬ ным для них впоследствии. Отдаленные поселения делава¬ ров, их места охоты и сотни их женщин и детей — все это находилось на французской территории. Поэтому тре¬ вожное известие было принято, как и рассчитывал Магуа, если не со страхом, то с явным неудовольствием. — Пусть мой отец взглянет в лицо мне,—сказал Твер¬ дое Сердце, — он не увидит в нем перемены. Правда, мои молодые люди не вышли на тропу войны — они видели ве¬ щие сны, в которых им было указано не делать этого. Но они любят и почитают великого белого вождя. — Поверит ли он этому, когда услышит, что величай¬ 781