не забыть потом уплатить ей за выпитое, как подобает честному человеку. — Вот оно что! — проговорил шериф, с весьма недо¬ вольным видом рассматривая эти новшества в дневнике. — И неужели ты нё мог нарисовать стакан получше? Он боль¬ ше смахивает на череп и песочные часы. — Признаться, сквайр, ром так пришелся мне по вкусу, что после проповеди я опять завернул к Бетти, опорожнил второй стаканчик и поставил его на дно первого, вот это у -меня здесь и нарисовано. Но я побывал у Бетти и в третий раз и уже заплатил за выпитое сполна, так что ваша честь может преспокойно стереть губкой все разом. — Я куплю тебе отдельную доску для твоих личных дел, — сказал шериф. — Мне не нравится, что твои записи в журнале пестрят такими вот пометками. — Да нет, сквайр, не надо мне доски. Я уже смекнул, что, как видно, пока в этом бочонке не покажется дно, мне придется частенько заглядывать к Бетти Холлистер, ну, я и договорился с ней, и уж она сама начала теперь вести счет выпитым стаканам, все отмечает у себя на внутренней стороне двери. А я делаю зарубки вот тут. — И Бенджамен показал шерифу деревянную палку, на которой было ста¬ рательно сделано пять крупных, глубоких зарубок, Шериф, мельком глянув на этот новый вид бухгалтер^ ского гроссбуха, спросил: — А что такое произошло в субботу в два часа дня? Ба, да тут, я вижу, была настоящая пирушка! Стоят две опрокинутые вверх дном рюмки! — Нет, ваша честь, то не рюмки, то мисс Лиззи и дочка пастора. — Но они-то зачем попали в твои записи? — восклик¬ нул шериф удивленно. — Они потому попали сюда, сэр, что чуть не попали в пасть рыси, вот почему, — последовал невозмутимый ответ. — Вот этот зверь — он малость похож на крысу, это верно, но на самом-то деле это и есть рысь. А это, килем вверх, валяется бедняга Воин. Цогиб на поле брани, словно адмирал, сражающийся за своего короля и отечество. А вот' это... — ...огородное пугало? — Может, он и смахивает на пугало, но только, ваша честь, я так полагаю, что лучшего портрета мне рисовать еще не доводилось. Это Натти Бампо, он застрелил рысь, 784

которая разорвала собаку и которая съела бы обеих мисс, а то еще и похуже что натворила бы. — Черт возьми, объясни же толком, что все это зна¬ чит! — воскликнул шериф, теряя терпение. — Как «что значит»? Здесь все точно записано, как в настоящем корабельном журнале. Тут шериф перешел к прямым вопросам, получил на них уже более вразумительные ответы и наконец кое-как разобрался во всем случившемся. Когда изумление Ричар¬ да, а также, скажем мы к чести шерифа, и его волнение несколько улеглись, он снова принялся разбирать иерогли¬ фы своего дворецкого. — А это еще что? Кулачный бой? В поселке произошла драка? Стоит мне уехать, и... — Это судья и молодой мистер Эдвардс,, — весьма бес¬ церемонно перебил его Бенджамен. — Дьюк дрался с Оливером? Дьявол, что ли, во всех вас вселился? За те тридцать шесть часов, что меня здесь не было, событий произошло больше, чем за последние пол¬ года. — Верно, сквайр. Я помню, однажды была погоня и по¬ том большое сражение, так и то в корабельном журнале не столько было записано, сколько у меня здесь на доске. Впрочем, до настоящей потасовки у них дело йе дошло, только обменялись крепкими словечками. — Ну говори, говори же!— воскликнул Ричард.— Они, конечно, ссорились из-за тех копей... Вот это фигура чело¬ века с киркой на плече. Значит, ты слышал весь их раз¬ говор? — Да, кое-что слышал, окно-то в гостиной было откры¬ то, и, верно, копий они наломали немало. Но только это не кирка на плече человека, а якорь: видите, вторая лапа яко¬ ря у него на спине, — пожалуй, я нарисовал ее малость близко, — а это значит: парень снялся с якоря. — Эдвардс покинул дом? — Ну да! После длительных и подробных расспросов Ричарду удалось вытянуть у Бенджамена все, что тому было изве¬ стно, включая историю с обыском у Кожаного Чулка, на стороне которого были нежнейшие симпатии Бенджамена, и последовавшие затем события. Выслушав до конца, ше¬ риф схватил шляпу и вышел из дому, велев опешившему дворецкому запереть за ним дверь и ложиться спать. 50 Фенимор Купер. Том II 785

Еще минут пять после того, как шериф ушел, Бенджа¬ мен стоял, уперши руки в бока и уставясь на дверь. Нако¬ нец, опомнившись, он отправился выполнять распоряжение шерифа. Выше было сказано, что окружной суд, возглавляемый судьей Темплом, должен был заседать на следующее утро. Констебли, сопровождавшие арестованных фальшивомо¬ нетчиков, прибыли в поселок не только по этой причине, но также и затем, чтобы выполнить обычные свой обязанности во время судебной сессии. Шериф, хорошо знавший своих подчиненных, был уверен, что большинство из них, если не все, находятся сейчас у тюремного смотрителя и обсуж¬ дают качества его вин. Поэтому он сразу направился по тихим в этот час улицам поселка к небольшому и непроч¬ ному на вид строению, в котором сидели горемыки — несо¬ стоятельные должники и все те, кто так или иначе прови¬ нился перед законом; в этом же здании правосудие разбирало жалобы тех неразумных, которые готовы были выбросить на судебную тяжбу два доллара, лишь бы оття¬ гать один доллар у соседа. Прибытие четверых преступни¬ ков под охраной десятка стражников являлось в те времена настоящим событием в Темплтоне, и еще издали, только подходя к тюрьме, шериф убедился, что его подручные за¬ думали отметить это событие достойным образом. В ответ на знак шерифа к двери подошли двое констеб¬ лей, вызвавших затем, в свою очередь, еще шестерых или семерых. С этим отрядом Ричард прошествовал через весь поселок до берега озера в полной тишине, нарушаемой лишь лаем двух-трех дворняжек, встревоженных мерным топотом отряда да тихими голосами переговаривавшихся между собой и с шерифом констеблей, желавших выяснить цель похода. Пройдя по сложенному из нетесаных бревен мосту через Саскуиханну, они свернули с проезжей дороги и двинулись дальше по долине, где еще недавно была одер¬ жана победа над голубями. Затем предводительствуемый шерифом отряд вошел в чащу молодых елей и орешника, разросшихся по берегу озера там, где старые деревья были срублены, но плуг так и не прошелся по земле. Вскоре от¬ ряд углубился в чащу; здесь Ричард остановился и собрал всех вокруг 'себя. — Мне потребовалась ваша помощь, друзья мои, — на¬ чал он вполголоса, — чтобы арестовать Натаниэля Бампо, известного здесь под именем Кожаного Чулка. Он оскорбил 786

магистрата и оказал вооруженное сопротивление констеб¬ лю, пытавшемуся произвести у него обыск. Короче говоря, Бампо восстал против властей, и теперь он как бы вне за¬ кона. Его подозревают и в других проступках — в наруше¬ ниях закона о неприкосновенности частной собственности. Сегодня йочыо, во исполнение своего служебного долга, я намерен произвести арест вышеупомянутого Бампо и от¬ править его в тюрьму, а завтра утром он предстанет перед судом и ответит на все предъявленные ему тяжкие обвине¬ ния. Исполняйте ваш долг смело, друзья мои и сограждане, но соблюдайте осторожность: будьте смелы и не дайте запу¬ гать себя какими-либо беззаконными попытками преступ¬ ника воспротивиться вам — он, возможно, станет угрожать огнестрельным оружием или натравит на вас собак, — но смотрите также, чтобы он не ускользнул от вас, и следите за тем, как бы не случилось чего-нибудь такого, о чем, я думаю, мне вам и говорить не надо. Окружите хижину и по моему приказу «вперед», не дав Натти времени опомнить¬ ся, врывайтесь в дом и хватайте преступника. Для этого рассыпьтесь по одному, а я с кем-нибудь из вас спущусь с пригорка к берегу и займу там позицию. Все сообщения докладывайте непосредственно мне туда, где я буду стоять, — под обрывом перед хижиной. Эта речь, которую шериф готовил про себя всю дорогу, произвела соответствующее впечатление, то есть заставила констеблей очень ясно представить себе всю опасность опе¬ рации. Отряд разделился — одни углубились дальше в лес, чтобы первыми неслышно занять позиции, остальные про¬ должали идти вперед, соразмеряя шаг так, чтобы подоспеть к месту всем одновременно; но каждый думал о том, как ему отбиться от собак и не попасть под пулю. Все затаили дыхание, момент был крайне напряженный. Когда, по расчетам шерифа, обе части отряда уже до¬ брались до хижины, он громко выкрикнул пароль, нарушив тем безмолвие леса: раскаты зычного голоса шерифа глухо прокатились под сводами деревьев и замерли. Однако вме¬ сто ожидаемого ответного шума, крика и воя собак не по¬ слышалось ничего, кроме треска веток и сучьев, — это все еще пробирались сквозь чащу кодстебли. Но вскоре затих¬ ли и эти звуки — все разом, как по команде. Нетерпение и любопытство шерифа взяли верх над его осторожностью, и он бросился вверх по пригорку. В следующее мгновение он уже стоял на широкой вырубке перед тем местом, где 50* 787