остались только мистер Грант и могиканин — и еще Бенд¬ жамен, который задержался, чтобы закрыть дверь за индейцем и по всём правилам проводить мистера Гранта в столовую. — Джон, — сказал священник, когда судья Темпл, за¬ мыкавший шествие, покинул зал, — завтра мы празднуем рождество нашего благословенного спасителя, и церковь повелевает всем своим детям возносить в этот день благо¬ дарственные молитвы и приобщиться таинству причастия. Раз ты принял христианскую веру и, отринув зло, пошел стезей добра, я жду, что и ты придешь завтра в церковь с сокрушенным сердцем и смиренным духом. — Джон придет, сказал индеец без всякого удивле¬ ния, хотя он почти ничего не понял пз речи священника. — Хорошо, — сказал мистер Грант, ласково кладя ру¬ ку на смуглое плечо старого вождя. — Но мало присутст¬ вовать там телесно; ты должен вступить туда воистину в духе, своем. Спаситель умер ради всех людей — ради бед¬ ных индейцев так же, как и ради белых. На небесах ко знают различия в цвете кожи, и на земле не доляшо быть раскола в церкви. Соблюдение церковных праздников, Джон, помогает укреплять веру и наставляет на путь истинный. Но не обряды нужны богу, ему нужно твое сми¬ рение и вера. Индеец отступил на шаг, выпрямился во весь рост, под¬ нял руку и согнул один палец, словно указывая на себя с неба. Затем, ударив себя в голую грудь другой рукой, он сказал твердым голосом: — Пусть глаза Великого Духа посмотрят из-за облаков: грудь могиканина обнажена. — Отлично, Джон, и я уверен, что исполнение твоего христианского долга принесет тебе душевный мир и успо¬ коение. Великий Дух видит всех своих детей, и о жителе лесов он заботится так же, как о тех, кто обитает во двор¬ цах. Спокойной ночи, Джон. Да будет над тобой благосло¬ вение господне. Индеец наклонил голову, и они разошлись: один вер¬ нулся в бедную хижину, а другой сел за праздничный стол, уставленный яствами. Закрывая за индейцем дверь, Бенджамен ободряюще сказал ему: — Преподобный Грант правду говорит, Джон. Еслп бы на небесах обращали внимание на цвет кожи, то, пожалуй, 537-

туда и меня не пустили бы, хоть я христианин с рожде¬ ния, — и только из-за того, что я порядком загорел, плавая у экватора. Хотя, если на то пошло, этот подлый норд-вест может выбелить самого что ни на есть черного мавра. От¬ дай рифы на твоем одеяле, не то обморозишь свою крас¬ ную шкуру. Глава VIII Встречались там изгнанники всех стран, И дружбой чуждая звучала речь. Томас Кэмпбелл, «Гертруда из Вайоминга» Мы познакомили читателя с характером и националь¬ ностью главных действующих лиц нашего повествования, а теперь, чтобы доказать его правдивость, мы попробуем вкратце объяснить, каким образом все эти пришельцы из дальних стран собрались под гостеприимным кровом судьи Темпла. В описываемую h¿mh эпоху Европу сотрясали первые из тех бурь, которым затем суждено было так изменить ее политический облик. Людовик .Шестнадцатый уже лишил¬ ся головы, и нация, прежде почитавшаяся самой утончен¬ ной среди всех цивилизованных народов земли, преобра¬ жалась с каждым днем: жестокая беспощадность сменила былое милосердие, коварство и ярость — былое великоду¬ шие и доблесть. Тысячам французов пришлось искать убе¬ жища в других странах. Мосье Лекуа, о котором мы уже не раз упоминали в предыдущих главах, также принадле¬ жал к числу тех, кто, в страхе покинув Францию или ее заморские владения, нашел приют в Соединенных Штатах. Судье его рекомендовал глава крупного ныо-йоркского тор¬ гового дома, питавший к Мармадьюку искреннюю дружбу и не раз обменивавшийся с ним услугами. Познакомив¬ шись с французом, судья убедился, что он человек воспи¬ танный и, очевидно, знавал лучшие дни. Из некоторых на¬ меков, оброненных мосье Лекуа, явствовало, что прежде он владел плантациями на одном из вест-индских островоов —- в ту пору плантаторы бежали с них в Соединенные Штаты сотнями и жили там в относительной бедности, .а то и про¬ сто в нищете. Однако к мосье Лекуа судьба была милости¬ 538

вее: правда, он жаловался, что сохранил лишь остатки сво¬ его состояния, но этих остатков оказалось достаточно, что¬ бы открыть лавку. Мармадьюк обладал большим практическим опытом и хорошо знал, что требуется поселенцам в новых краях. По его совету мосье Лекуа закупил кое-какие ткани, бакалей¬ ные товары, изрядное количество пороха и табака, желез¬ ные изделия, в том числе множество складных охотничьих ножей, котелков и сковородок, весьма внушительный на¬ бор грубой и неуклюжей глиняной посуды, а также многое другое, что человек изобрел для удовлетворения своих по^ требностей, в том числе такие предметы роскоши, как зеркала и губные гармоники. Накупив этих товаров, мосье Лекуа стал за прилавок и благодаря удивительному уменью приспособляться к об¬ стоятельствам исполнял столь новую для себя роль со всем присущим ему изяществом. Его любезность и изысканные манеры снискали ему всеобщую любовь, а кроме того, жи¬ тельницы поселка скоро обнаружили, что он обладает тон¬ ким вкусом. Ситцы в его лавке были самыми лучшими, то есть, другими словами, самыми пестрыми, какие только привозились в эти края; а торговаться с таким «милейшим человеком» было просто невозможно. По всем этим причи¬ нам дела мосье Лекуа снова шли отлично, и жители «па¬ тента» считали его вторым человеком в округе —после судьи Темпла. Слово «патент», которое мы здесь употребили, а воз¬ можно, будем употреблять и впредь, обозначало обширные земли, которые были когда-то пожалованы старому майо¬ ру Эффингему английским королем и закреплены за ним «королевским патентом»; Мармадьюк Темпл купил их по¬ сле того, как они были конфискованы республиканским правительством. Слово «патент» широко употреблялось во вновь заселённых частях штата для обозначения таких вла¬ дений, и к нему обычно добавлялось имя владельца, как-то: «патент Темпла» или «патент Эффингема». Майор Гартман был потомком человека, который вме¬ сте с другими своими соотечественниками, забрав семью, покинул берега Рейна, чтобы поселиться на берегах Мохо- ка. Переселение произошло еще в царствование королевы Анны *, и потомки этих немецких колонистов мирно и в 1 Английская королева, царствовала с 1701 по 1714 год. 539

большом довольстве жили на плодородных землях краси¬ вой долины реки Мохока. Эти немцы, или «западные голландцы», как их называ¬ ли в отличие от настоящих голландских колонистов, были весьма своеобразным народом. Столь же трудолюбивые и честные, как и эти последние, они были менее флегматич¬ ны, хотя и отличались такой же серьезной важностью. Фриц или Фредерик Гартман воплощал в себе все по¬ роки и добродетели, все достоинства и недостатки своих земляков. Он был довольно вспыльчив, хотя и молчалив, упрям, чрезвычайно храбр, непоколебимо честен и отно¬ сился подозрительно ко всем незнакомым людям, хотя его преданность друзьям была неизменна. Да он и вообще ни¬ когда не менялся, и только изредка его обычная серьез¬ ность уступала место неожиданной веселости. Долгие ме¬ сяцы он оставался суровым молчальником й вдруг недели на две превращался в добродушного шутника. Познако¬ мившись с Мармадьюком Темплом, он проникся к нему горячей симпатией, и наш судья был единственным чело¬ веком, не говорившим по-немецки, которому удалось за¬ служить его полное доверие и дружбу. Четыре раза в год он покидал свой низенький; каменный домик на берегах Мохока и, проехав тридцать миль по горам, стучался в дверь темплтоновского «дворца». Там он обычно гостил не¬ делю и, по слухам, проводил это время в пирушках с ми¬ стером Ричардом Джонсом. По все его любили, даже Доб¬ родетель Петгибон, которой он доставлял лишние хлопо¬ ты, — ведь он был так искренне добродушен, а порою так вёсел! На этот раз он приехал, чтобы отпраздновать у судьи рождество; но не пробыл он в поселке и часа, как Ричард пригласил его занять место в санях и отправиться вместе с ним встречать хозяина дома и его дочку. Перед тем как перейти к описанию обстоятельств, при¬ ведших в эгги края мистера Гранта, мы должны будем об¬ ратиться к первым дням недолгой истории Темплтона. Нетрудно заметить, что люди всегда склонны сначала заботиться о своих телесных нуждах и лишь потом вспоми¬ нают, что надо бы позаботиться и о душе. Когда поселок только строился, жители «патента Темплтона», рубя де¬ ревья и корчуя пни, почти не вспоминали о религии. Одна¬ ко большинство приехало сюда из благочестивых штатов Коннектикут и Массачусетс, и, когда хозяйство, их было налажено, они стали подумывать о том, чтобы обзавестись 540