говаривается ли оно с корветом. Как видно, на корвете тоже не знали, что это за судно, и попытались даже пере¬ менить курс. Но теперь уже поздно было колебаться. Противники неслись прямо друг на друга, подгоняемые свежим ветром. — Приготовиться, друзья! — скомандовал Ладлоу ти¬ хим, но твердым голосом. Сам он остался на юте, а штур¬ ману знаком приказал спуститься на палубу. — Мы от¬ кроем огонь после первого их выстрела! Все замерли в напряженном ожидании. Два стройных корабля неодолимо стремились вперед, они были уже в пределах досягаемости человеческого голоса. На «Кокет¬ ке» царила такая глубокая тишина, что вся команда ясно слышала, как плещет вода под ее носом, словно глубоко вздыхает какое-то чудовище, собираясь с силами перед могучим прыжком. Зато на корвете не смолкали громкие крики. Когда оба судна вышли друг другу на траверз, было слышно, как молодой Дюмон в рупор приказал от¬ крыть огонь. Ладлоу презрительно усмехнулся. Команда, готовая повиноваться малейшему движению: капитана, не сводила с него глаз. Вот он поднял свой рупор, и словно по воле самого судна все пушки выпалили разом. Почти тотчас же последовал ответный бортовой залп, и против¬ ники понеслись в разные стороны. Ветер отнес дым назад, к англичанам, и клубы его, ненадолго окутав палубу, поднялись к парусам и уплыли прочь вслед за взрывной волной. Сквозь грохот пушек послышался свист ядра и треск дерева. Проводив взгля¬ дом вражеский корабль, который продолжал идти преж¬ ним курсом, Ладлоу с юта стал нетерпеливо осматривать такелаж. — Что случилось, сэр? — спросил он у Триселя, чье хмурое лицо только теперь цоказалось сквозь клубы ды¬ ма. — Какой это парус так сильно полощет? — Ничего страшного, сэр, ничего страшного... Эй, вы, пошевеливайтесь живей, помогите закрепить снасти на фока-рее! А то ползаете, как улитки, танцующие менуэт! Ядро сорвало фор-марса-шкот с подветренного борта, сэр. Но мы живо опять расправим крылышки... Вяжи его, ре¬ бята, покрепче! Вот так. Да вытяните булинь! Эй, руле¬ вой, одерживай, слышишь, одерживай! Дым рассеялся, и капитан быстро оглядел судно. Трое или четверо марсовых уже поймали полощущий парус иг 740

Почти тотчас же последовал ответный бортовой залп, и противники понеслись в разные стороны.

усевшись на ноке фока-рея, крепили его. В других пару*« сах чернели одна-две дыры да кое-где болтались мел¬ кие снасти, оборванные ядром. Повреждений в кормовой части крейсера капитан не заметил* На палубе картина была иная. Немногочисленная прислуга торопилась перезарядить пушки, орудуя при¬ бойниками и банниками со всем напряжением сил, на ка- кое люди способны в трудную минуту. Олдермен никогда не был так поглощен своими счетными книгами, как те¬ перь — обязанностями канонира; юноши, которым при¬ шлось поручить командование батареями, охотно делились с ним своими знаниями и опытом. Трисель стоял у шпи¬ ля, хладнокровно отдавая команды и следя за тем, как матросы исправляют повреждения, — он глядел вверх, не замечая ничего вокруг. У Ладлоу сжалось сердце, когда он увидел на палубе кровь — убитый матрос лежал совсем близко, до него можно было дотянуться рукой. В обшивке, куда угодило смертоносное ядро, зияла дыра, палуба была пробита. Решительно сжав губы, капитан «Кокетки» перегнулся через поручни и взглянул на рулевого. Матрос, крепко держа штурвал, стоял выпрямившись, бесстрастный взгляд был направлен на шкаторину переднего паруса так же неуклонно, как стрелка компаса указывает на север. На все это Ладлоу потребовалось не более минуты« Несколько быстрых взглядов — и ему все стало ясно, при¬ чем он ни на секунду не терял из виду французский кор¬ вет. А тот уже делал поворот оверштаг« Необходимо было немедля произвести ответный маневр.; Едва Ладлоу отдал команду, как «Кокетка», словно чуя опасность, быстро увалилась, уходя от вражеского продольного огня *, а когда французский корвет готов был снова дать бортовой залп, она уже могла ответить ему тем же. Суда снова сблизились и, выйдя на траверз друг другу, изрыгнули пламя. Ладлоу видел сквозь дым, как тяжелый рей на корвете закачался под ветром и грот-марсель, заполоскав, стал биться о мачту. Спустившись с юта по только что обо¬ 1 Продольный огонь — самый опасный, так как пушегь ное ядро при этом приносит наибольшие разрушения. 742

рванной ядром снасти, он стал на шканцах рядом со штурманом. — Ворочай рей! — сказал он взволнованно, но по^ прежнему тихо и ясно. — Вытянуть булинь.., привестись, сэр, привестись, круче к ветру! Рулевой откликнулся звонко и уверенно, матросы проворно делали свое дело, и «Кокетка», все еще изрыгая пламя, встала круче к ветру. А еще через минуту огром¬ ные клубы дыма, которые заволокли оба судна, соедини¬ лись и образовали одно белое подвижное облако, которое быстро покатилось по воде, обгоняя ядра, а потом взви¬ лось вверх и грациозно поплыло по ветру. Молодой капитан быстро обошел батареи, сказал ма¬ тросам несколько ободряющих слов и вернулся на ют. Медлительность французского корвета и меры, принятые Ладлоу, чтобы выиграть ветер, начали сказываться, и крейсер королевы Анны оказался в выгодном положении. Корвет обнаруживал какую-то нерешительность, и она не укрылась от Ладлоу, у которого быстрота, казалось, была в крови. Кавалер Дюмон любил развлекаться на досуге, листая морскую историю своей страны и читая, как того или другого капитана превозносят за то, что он, сблизившись с врагом, брал паруса на гитовы. Не понимая разницы между судном, действующим в строю, и одиночным про¬ тивником, он решил тоже не ударить лицом в грязь. В тот самый миг, когда Ладлоу стоял на юте, пристально следя за каждым движением своего крейсера и корвета против¬ ника, лишь взглядом или жестом указывая бдительному Триселю, остававшемуся внизу, что нужно сделать, на шканцах французского корвета разгорелся горячий спор между моряком из Булони и беспечным завсегдатаем са¬ лонов. Они спорили о целесообразности маневра, сделан¬ ного по приказу капитана, желавшего доказать свою храбрость, в которой никто не сомневался. Время, потерянное ими в споре, имело решающее зна¬ чение для английского крейсера. Отважно идя прежним курсом, он вскоре уже был не¬ досягаем для французских пушек; и, прежде чем булонцу удалось убедить своего начальника в его ошибке, против¬ ник лег на другой галс и, беря круче к ветру, пересек кильватер французского корвета. Только теперь фран¬ цузы обрасопили марса-реи, но было уже поздно = пре¬ 743

жде чем корвет успел снова набрать скорость, тень не¬ приятельских парусов уже легла на его палубу. Теперь «Кокетке» было нетрудно выиграть ветер. В этот решаю¬ щий миг грот-марсель англичан был распорот ядром почти надвое. Крейсер перестал слушаться руля, снасти спутались, и оба корабля столкнулись. Однако у «Кокетки» теперь были все преимущества. Мгновенно поняв это, Ладлоу поспешил закрепить успех, дав залп шрапнелью. Когда суда очутились борт о борт, молодой Дюмон вздохнул с облегчением — теперь-то он знал, что делать. Видя, что пушки корвета молчат, а по его палубе только что хлестнула смертоносная шрапнель, он приказал матросам броситься врукопашную. Но Лад¬ лоу со своей слабой командой не решался на такой риск и предпочел бы избежать рукопашного боя, так как не мог предвидеть всех его последствий. Корабли соприкоснулись только в одном месте, и здесь борт английского крейсера ощетинился мушкетами. А пот тому, как только пылкий молодой француз появился у поручней на юте своего корвета с целой толпой матросов, смертоносный залп почти в упор скосил их всех до еди^ ного. В живых остался лишь сам Дюмон. Глаза его дико горели; не в силах остановиться, подгоняемый своим неукротимым духом, он прыгнул, и в то же мгнове¬ ние его бездыханное тело упало на палубу вражеского судна. Ладлоу наблюдал все происходящее со спокойствием, которое не могли нарушить ни чувство личной ответствен¬ ности, ни шум, ни головокружительная смена событий во время этой ужасной сцены. — Ну, а теперь наш черед перейти врукопашную! — воскликнул он, делая Триселю знак сойти с трапа и про¬ пустить его наверх. Но старый штурман крепко взял его за руку, указывая в ту сторону, откуда дул ветер: — Покрой парусов и высокие мачты не оставляют сомнений — это тоже француз! Один взгляд убедил Ладлоу, что штурман прав; вто¬ рого было достаточно, чтобы решить, как действовать дальше. — Руби канат переднего крюка, живей, молодцы! — скомандовал он через рупор громким и властным голо¬ сом, перекрывая щум боя. 744