подойти к контрабандистам так, чтобы до их шлюпки можно было дотянуться веслом. — Ну вот, я исполнил ваше желание, сэр. Я оставил свое судно и прибыл вести переговоры на самой малень¬ кой из моих шлюпок. *— Незачем и говорить, где остальные, — заметил Рум¬ пель, и на его твердом ляще мелькнула едва уловимая усмешка. — Вы неутомимо охотитесь за нами, сэр, и не даете бригантине передышки. Но дело опять не выгорело! — Однако вчера мы сделали неплохой маневр и счи¬ таем, что это предвещает удачу. — Я понимаю вас, сэр! Бурун попал в руки слуг ко- ролевы... но остерегайтесь! Если этому юноше будет нане¬ сен какой-нибудь ущерб словом или действием, найдутся люди, которые сумеют достойно отплатить за это! — Какие возвышенные слова слышу я из уст чело¬ века, который прячется от закона! Но я буду снисходите¬ лен, учитывая ваши побуждения. Ваша бригантина, мас¬ тер Румпель, потеряла в лице Бороздящего Океаны своего капитана, а потому вам следовало бы прислушаться к го^ лосу благоразумия. Если вы готовы вести переговоры, то знайте — я пришел сюда не для того, чтобы вымогать. т

— Это меня как нельзя более устраивает, потому что я намерен предложить выкуп, который королева Айна, если она любит свою казну, не пожелает отвергнуть. Но из уважения к ее величеству я сначала выслушаю ее ко¬ ролевскую волю. — В таком случае, позвольте мне, как моряку, знаю¬ щему свое дело, охарактеризовать положение обеих сто¬ рон. Я уверен, что «Морская волшебница», хоть она и скрыта сейчас в тени гор и ей благоприятствует даль¬ ность расстояния и слабая освещенность, стоит в заливе. Выход надежно охраняется; вы сами видите, что крейсер подстерегает ее у мыса. Мои шлюпки размещены так, что все пути к тайному бегству через северный пролив отре¬ заны; короче говоря, все выходы для вас закрыты. Как только рассветет, мы увидим, где бригантина, и начнем Действовать. — Ни на одной карте все мели и рифы не обозначены более ясно, чем в вашей речи! И, чтобы избежать всех этих опасностей... — ...сдайте бригантину и уходите. Хотя вы и вне за¬ кона, мы удовольствуемся тем, что отберем у вас это за¬ мечательное судно, используемое вами во зло, в надежде, 23* 691

что, лишившись средства творить зло, вы вернетесь на праведный путь... — ...благодаря молитвам святых отцов, которые про¬ сят бога ниспослать нам раскаянье! А теперь, капитан Ладлоу, выслушайте мое предложение. В ваших руках че¬ ловек, который пользуется большой любовью среди под¬ данных леди в зеленой мантии; в наших — бригантина, которая наносит немалый ущерб владычеству королевы Анны в водах этого полушария. Если вы отпустите плен¬ ника на свободу, мы обещаем покинуть эти берега на¬ всегда. — Право, только сумасшедший может согласиться на такой договор! Вы предлагаете мне отпустить главного злодея, а взамен не получить никаких гарантий, кроме слова его подчиненного! Нет, мастер Румпель, положи¬ тельно успехи вскружили вам голову. Я сделал свое пред¬ ложение лишь потому, что жалел этого несчастного и бла¬ городного человека и... возможно, у меня были на то еще другие причины, но не злоупотребляйте моим добросер¬ дечием. Если нам придется применить силу, чтобы захва¬ тить ваше судно, закон может расценить ваше упорство очень сурово. От поступков, которые наше милосердное законодательство сейчас карает так- мягко, всего один шаг до преступления! — Что ж, ваше недоверие вполне понятно, — сказал контрабандист, видимо смиряя свою заносчивость и уяз- влепную гордость. — Слово контрабандиста не многого стоит в глазах королевского офицера. Мы с вами по-раз¬ ному воспитаны и одно и то же видим в различном свете. Я выслушал ваши условия и очень благодарен вам за благие намерения, но вынужден отвергнуть их, так как они для меня совершенно неприемлемы. Наша бриган¬ тина, как вы справедливо изволили заметить, замечатель¬ ное судно. На всем океане нет равной ей по красоте и быстроходности. Поверьте моему слову! Я скорее готов пренебречь улыбкой прекраснейшей женщины в мире, чем хоть па миг допустить мысль о разлуке с этой жем¬ чужиной морского искусства! Вы видели ее много раз, капитан Ладлоу, — в шторм и в штиль, с расправленными и сложенными крыльями, днем и ночью, вблизи и изда¬ лека, открыто и тайно, и я прошу вас, скажите честно и откровенно, по-морскому, разве она не достойна того, чтобы завладеть сердцем моряка? 692

Я не отрицаю ни достоинств бригантины, ни ее красоты — жаль только, что у нее такая дурная слава. — Я знал, что вы не станете кривить душой! Но ко¬ гда я говорю о бригантине, то становлюсь совсем ребен¬ ком. Что ж, сэр, каждый из нас высказался, остается только подвести итог. Я скорее дам выколоть себе глаза, чем пожертвую по доброй воле хоть одной щепочкой с этого чудесного судна. Но, может быть, вы согласитесь взять за взношу какой-нибудь другой выкуп? Что вы ска¬ жете о закладе в. золоте, которое будет конфисковано, если мы нарушим условие? — Вы требуете невозможного. Уже одно то, что я вступил в подобные переговоры, само по себе роняет ав¬ торитет королевского офицера, потому что, как я уже го¬ ворил, Бороздящий Океаны — не ровня простым матросам, которые идут против закона бессознательно. Бригантина или ничего! — Скорее я отдам жизнь, чем бригантину! Сэр, вы забываете, что наша судьба — под покровительством той, которая смеется над тщетными усилиями вашего флота. Вы думаете, что окружили нас и, когда рассветет, вам останется только направить на бригантину пушки крей¬ сера и вынудить нас молить о пощаде. Но вот эти чест¬ ные моряки могут подтвердить, что вы напрасно на это надеетесь. «Морская волшебница» уходила от всех ваших кораблей, и ни одно ядро не обезобразило ее красоты! — Однако посланец с моего крейсера все же помял ей косточки. — Этот лисель-спирт не получил благословения на¬ шей повелительницы, — поспешно перебил его Румпель, покосившись на своих гребцов, которые внимательно и недоверчиво прислушивались к разговору. — Мы легко¬ мысленно подобрали кусок дерева в море и приспособили его к делу, не справившись в книге. Но все, что попадает на борт бригантины по совету морской волшебницы, неу¬ язвимо. Вот вы мне не верите, и это вполне понятно. Но если вы не хотите слушаться повелительницы бриган¬ тины, то послушайтесь, по крайней мере, ваших собствен¬ ных законов. В каком преступлении можете вы обвинить юношу, которого держите под арестом? — Грозного имени Бороздящего Океаны достаточно, чтобы лишить его покровительства закона, — сказал Лад- лоу с улыбкой. — Хотя у нас и нет прямых доказательств 693

преступления, мы имеем право его арестовать, потому что он вне закона. — Вот она, ваша хваленая справедливость! Негодяи, стоящие у власти, сговорились и осудили отсутствующего человека, который не может защищаться. Но не думайте, что насилие над этим юношей сойдет вам безнаказанно, потому что есть люди, глубоко заинтересованные в его судьбе. — Какой нам смысл обмениваться угрозами, — мягко сказал капитан крейсера. — Если вы принимаете мое пред¬ ложение, скажите прямо, если нет — готовьтесь к худшему, — Я готов! Но, если нам не удалось договориться как победителю и побежденному, расстанемся друзьями. Вашу руку, капитан Ладлоу, простимся, как подобает двум храбрым людям, хотя бы через минуту им предстояло вцепиться друг другу в горло. Ладлоу колебался. Предложение было сделано так ис¬ кренне, с таким открытым и мужественным лицом и вся фигура контрабандиста, когда он слегка перегнулся через борт, настолько не соответствовала его предосудительному ремеслу, что Ладлоу, не желая показаться невежливым и уступить своему собеседнику в благородстве, неохотно протянул ему руку. Контрабандист воспользовался этим, чтобы подтянуть шлюпки борт о борт, и, к общему удив¬ лению, смело ступив в шлюпку Ладлоу, сел на банку на¬ против пего. — Мне нужно сказать вам кое-что такое, что не пред¬ назначено для чужих ушей, — тихо произнес моряк, после того как перешел на шлюпку с такой решимостью и уве¬ ренностью. — Будьте со мной откровенны, капитан Лад¬ лоу. Скажите, вы держите пленника в одиночестве и не¬ известности, как же он находит утешение, зная, что кто- то интересуется его судьбой? — У него нет недостатка в утешении, мастер Рум¬ пель, потому что вместе с ним скорбит красивейшая жен¬ щина Америки. — А! Красавица Барбери не зря слывет благородной! Я угадал? — Увы, это так. Влюбленная девушка жить без него не может. Она до такой степени пренебрегла приличиями, что последовала за ним на мой крейсер. Румпель ловил каждое слово капитана* и его омра*ч чениое тревогой лицо прояснилось^ 694