1966

Песня о сентиментальном боксере

Вторая серия предыдущей песни — про того же человека, когда он стал боксером. Это самая быстрая моя песня — я иногда сам даже не очень соображаю, в чем там дело.

Удар, удар… Еще удар… Опять удар — и вот Борис Буткеев (Краснодар) Проводит апперкот. Вот он прижал меня в углу, Вот я едва ушел… Вот апперкот — я на полу, И мне нехорошо! И думал Буткеев, мне челюсть кроша: И жить хорошо, и жизнь хороша! При счете семь я все лежу — Рыдают землячки. Встаю, ныряю, ухожу — И мне идут очки. Неправда, будто бы к концу Я силы берегу, — Бить человека по лицу Я с детства не могу. Но думал Буткеев, мне ребра круша: И жить хорошо, и жизнь хороша! В трибунах свист, в трибунах вой: — Ату его, он трус! — Буткеев лезет в ближний бой — А я к канатам жмусь. Но он пролез — он сибиряк,— Настырные они — И я сказал ему: «Чудак! Устал ведь — отдохни!» Но он не услышал — он думал, дыша, Что жить хорошо и жизнь хороша! А он все бьет — здоровый, черт,— Я вижу — быть беде. Ведь бокс не драка — это спорт Отважных и т. д. Вот он ударил — раз, два, три — И… сам лишился сил,— Мне руку поднял рефери, Которой я не бил. Лежал он и думал, что жизнь хороша. Кому хороша, а кому — ни шиша.

1966

Профессионалы

Эту песню я написал после игры СССР — Канада в хоккей, когда наши в пятый раз стали чемпионами мира. А за основу взята только одна — самая ответственная игра. Счет был 2:1 в нашу пользу, все волновались, переживали… Дело в том, что все беспокоились перед началом игры: как это выдержат наши — в канадской команде несколько профессиональных игроков, и все они здорово владеют силовыми приемами, и они обязательно наших всех побьют. Ну, как выяснилось, наши игроки тоже умеют это делать, и не хуже. В общем, там помимо хорошего хоккея была и драка настоящая. И один из профессионалов, Бревер его фамилия, ходил весь третий период заклеенный двумя пластырями. Мне рассказывали хоккеисты, что там был один такой случай, когда какого-то игрока кто-то так принял на силовой прием, что он упал и потерял сознание. Его подняли и прижали к бортику, пока он очухался. А канадцев перед этим пастор водил молиться, — но они все равно проиграли. В общем, такая игра была — серьезная и трагическая.

Я нервничал около телевизора, — телевизор был чужой — нельзя было разбить. В общем, много было расстройств, и вся эта энергия вылилась вот в такую песню, которая посвящена нашим ребятам, выигравшим первенство мира.

Эта песня — она сейчас любимая песня у наших хоккеистов. Я встречался с ними перед их выездами на ответственные соревнования, они всегда просят петь эту песню и даже возят с собой пленку — для того, чтобы поднять боевой дух. И если хотя бы один процент или полпроцента есть моей заслуги в их победе — я просто счастлив.

А «пять» можно поменять на «семь», потому что они и в седьмой раз выиграли первенство мира — и тогда песня становится как будто бы новая. (1967–1972)

Профессионалам — зарплата навалом, — Плевать, что на лед они зубы плюют. Им платят деньжищи — огромные тыщи, — И даже за проигрыш, и за ничью. Игрок хитер — пусть берет на корпус, Бьет в зуб ногой и — ни в зуб ногой. А сам в итоге калечит ноги — И вместо клюшки идет с клюкой. Профессионалам, отчаянным малым, Игра — лотерея, — кому повезет. Играют с партнером — как бык с матадором, — Хоть, кажется, принято наоборот. Как будто мертвый лежит партнер твой, — И ладно, черт с ним — пускай лежит. Не оплошай, бык, — бог хочет шайбы, Бог на трибуне — он не простит! Профессионалам судья криминалом Ни бокс не считает, ни злой мордобой, — И с ними лет двадцать кто мог потягаться — Как школьнику драться с отборной шпаной?! Но вот недавно их козырь главный — Уже не козырь, а так — пустяк. И их оружьем теперь не хуже Их бьют, к тому же — на скоростях. Профессионалы в своем Монреале Пускай разбивают друг другу носы, — Но их представитель (хотите — спросите!) Недавно заклеен был в две полосы. Сперва распластан, а после — Пластырь… А ихний пастор — ну как назло! — Он перед боем знал, что слабо им, — Молились строем — не помогло. Профессионалам по всяким каналам! То много, то мало — на банковский счет, — А наши ребята за ту же зарплату Уже пятикратно уходят вперед. Пусть в высшей лиге плетут интриги И пусть канадским зовут хоккей — За нами слово — до встречи снова! А футболисты — до лучших дней

1967

Песня про правого инсайда

Мяч затаился в стриженой траве, Секунда паузы на поле и в эфире. Они играют по системе «дубль-ве»,— А нам плевать, у нас — «четыре — два — четыре» Ох инсайд! Для него — что футбол, что балет, — И всегда он играет по правому краю. Справедливости в мире и на поле нет — Потому я всегда только слева играю. Мяч затаился в стриженой траве, Секунда паузы на поле и в эфире. Они играют по системе «дубль-ве», — А нам плевать, у нас — четыре — два — четыре» Вот инсайд гол забил, получив точный пас. Я хочу, чтоб он встретился мне на дороге, — Не могу: меня тренер поставил в запас, А ему сходят с рук перебитые ноги. Мяч затаился в стриженой траве, Секунда паузы на поле и в эфире… Они играют по системе «дубль-ве», — А нам плевать, у нас — «четыре — два — четыре» Ничего! Я немножечко повременю, И пускай не дают от команды квартиру — Догоню, я сегодня его догоню,— Пусть меня не заявят на первенство миру. Мяч затаился в стриженой траве, Секунда паузы на поле и в эфире… Они играют по системе «дубль-ве»,— А нам плевать, у нас — «четыре — два — четыре». Ничего! После матча его подожду — И тогда побеседуем с ним без судьи мы,— Пропаду, чует сердце мое — попаду Со скамьи запасных на скамью подсудимых. Мяч затаился в стриженой траве, Секунда паузы на поле и в эфире… Они играют по системе «дубль-ве»,— А нам плевать, у нас — «четыре — два — четыре».