- Сомневаюсь, что гроссмейстеру нашего Ордена будет в ближайшее время до катастрофы в Гуцегу, - ядовито изрёк раздосадованный Кайл, - скорее всего, отражение атаки на город озаботит его без остатка.

   - И вы не сделаете попытки его предупредить?

   - Кехо! - взорвался Кайл. - Я вижу, вам не терпится повторить подвиг Руфа. Так вот: не переоценивайте свои силы. Фехтуете вы довольно однообразно и станете лёгкой добычей Дрю!

   Коротышка в посланничьем плаще обиженно засопел, но овладел собою и произнёс бесстрастно:

   - Вы правы, Кайл, мне не стоит пытаться победить Дрю на поединке. Поэтому я сделаю другое. Воспользуюсь его любезным приглашением присоединиться к штурму.

   - Но что это вам даст? - тряхнул головой Кайл.

   - Возможность посетить Абалон.* * *

   Кайл из Хэрда и Гар из Маара ушли по оврагу пешком на север, а Кехо из Дахо остался с отрядом Дрю - он так выбрал. Коня ли пожалел, начальнику ли не пожелал подчиниться, или всерьёз хотел посетить Абалон - кто бы определил?

   Недоверчивый Кло шепнул, что ему решение Кехо внушает серьёзные подозрения: уж не собирается ли коротышка сорвать штурм. Дрю в ответ безразлично бросил:

   - Там увидим.

   Подъём по западному склону оврага отыскался легко. Утоптанная сапогами и копытами тропа говорила об оживлённости сообщения между Абалоном и землёй Гуцегу. Только, судя по следам, обратно из Гуцегу мало кто возвращался.

   - Обратно выбрались единицы, - вздохнул Кехо. - Глупая война. Деревья раздавили весь цвет нашего Ордена, а толку... - синий коротышка явно пытался установить доверие с Дрю. Но говорил искренне.

   По выходе из оврага следовало распределить добычу, принесённую встречей с четырьмя конными посланниками. Крылатого коня Кайла оседлал сам Дрю, кони Руфа и Гара достались Амуру и Кло, Пендрис же продолжал идти пешком, направляя танец демонических конных утопленников.

   - На этих конях мы запросто сойдём за четверых посланников Смерти. Только плаща одного не хватает, даже если снимем с Руфа, - огорчился Амур, - по-моему, зря мы тех двоих просто так отпустили. Может, догнать?

   Дрю терпеливо напомнил, что плащ посланника Смерти - не простая одежда. Кто знает, какие некромантские заклинания вплетены в его ткань. И чужого плаща лучше не надевать - целее будешь.

   В дороге, поскольку Кехо изъявил желание быть полезным, Дрю расспросил его о последних событиях в Ордене, ввязавшемся в обуздание деревьев.

   - В разговоре с Кайлом вы упомянули знакомого мне рыцаря Стузо. Он, как я понял, выбился в гроссмейстеры Ордена совсем недавно?

   - Этой весной.

   - За какие заслуги?

   - О том ведает Владыка Смерти. Всё, что я знаю, за его заслуги Ордену пожалована честь хранения важного артефакта - Рунного Камня.

   - Вот как? - Дрю даже не счёл нужным разыгрывать удивление. - Стало быть, Рунный Камень сейчас в Абалоне.

   - Да, это так, - после некоторой заминки признал Кехо. Наверняка пожалел, что проговорился.

   - И каков посланник Стузо в роли гроссмейстера?

   - Хорош, - гримаса Кехо выразила далеко не воодушевление, - только вот Орден при нём, того и гляди, перестанет существовать. Гроссмейстер Стузо собрал в Абалоне всех, кого смог - и бросил под корни деревьев, чтобы отвести угрозу от города.

   - А сам он при том остался в Абалоне?

   - Да, он ведь теперь слеп.

   - Слеп?

   - Он повздорил с одним магистром некромантии, и тот наградил его временной слепотой.

   - А как звали магистра некромантии?

   - Не припомню. Короткое такое имя...

   - Может, Гру?

   - Кажется, да. Гру.* * *

   Дрю из Дрона узнал от Кехо всё, что хотел. Поскольку его вопросы закончились, инициативу вежливо перехватил коротышка. Он выразил заинтересованность идеей "демонического права", упомянутого Дрю в беседе с задержанным Кайлом.

   Кло и Амур следили за расспросами подозрительного посланника с напряжённым вниманием, да и сам Дрю прекрасно понимал, что Кехо выспрашивает неспроста. И всё же правда о демонах сама властно просилась наружу. Скрывать её от кого бы то ни было? Да зачем?

   Кехо слушал, и лицо его вытягивалось, а фигура всё больше вжималась в седло. Глядя на сию метаморфозу, зубоскал Кло не преминул намекнуть Амуру: мол, ещё немного, и отшибинские карлики признают в низкорослом посланнике своего собрата.

   Посланники Смерти вообще-то не прощают насмешек, но Кехо пропустил колкость мимо ушей. Либо рассказ о демонах, поселившихся в мертвецах, его всерьёз увлёк, либо же... забыть о гордости его заставила какая-то важная миссия. Если так, на подъезде к Абалону новый союзничек себя покажет!

   Впрочем, Абалон ещё впереди. А пока Дрю говорил. И о том, что Шестая раса своими Порогами Смерти душит расу Седьмую. И о том, что посмертие - чистое жульничество, опирающееся на демонические силы. И о том, что срединный мировой ярус, где испокон веков жили живые люди, в Запорожье разлагается и разрушается. И о широченных бездонных пропастях, одна их которых видна с небесных замков аккурат за Абалоном.

   Когда зашла речь о провалах в здешнем мире, Кехо видимо разволновался - даже конь его, подчиняясь неверно понятому приказу, глупо развернул кожистые крылья.

   - Вы точно знаете... о провалах?

   Дрю подтвердил своё знание примерами, которые без труда выудил из памяти:

   - Вспомните, Кехо, главные правила проезда по Запорожью, которым и вы и я следовали долгие годы. Ничего не настораживает?

   - Вы о том, что не рекомендовано сворачивать с дорог, вымощенных заговорённым серым камнем?

   - Именно. Зачем, по-вашему, серым камнем замостили не только Большую тропу мёртвых, но и все города и более-менее важные дороги?

   - Неужели не для красоты и удобства?

   - Тогда почему обитатели Запорожья в большинстве своём никогда не сворачивают с этих дорог? - поинтересовался Дрю не без иронии.

   - Почему?

   - Можно провалиться, - объяснил Дрю.

   - Куда?

   - Думаю, в нижний ярус. Во всяком случае, туда, куда долго и далеко падать.

   Тут Кехо неожиданно и весьма некрасиво побледнел - синий бальзам отлил от щёк, оставив неровные пятна. Дрю не спешил выяснять, в чём дело, и спустя добрый десяток минут коротышка признался сам. Голос его вибрировал от напряжения:

   - Знаете, посланник Дрю, я... происхожу из Дахо. Это - крайний запад здешнего мирового яруса, который вошёл в состав Запорожья самым первым. Доехать туда непросто, а отпуск посланника Смерти обычно недолог, сами знаете. Так вот... Уже несколько лет я хочу найти дорогу в Дахо - и не могу.

   - Но туда ведёт Большая тропа мёртвых, - заметил Дрю, - ошибиться трудно.

   - Да, но в одном месте она, говорят, обвалилась, а объехать - не удаётся. Только, бывало, начинаю объезжать, как связывается со мной Владыка Смерти и велит спешно выполнить очередную миссию. Где-нибудь на востоке.

   - Печально, - кивнул Дрю.

   - И вот ещё что, - добавил Кехо, - в восточных владычествах нашей некрократии встречается очень много мертвецов родом из Дахо. Так вот, из тех, с кем мне случалось говорить, никто в последние годы не бывал на родине. Как вы считаете, посланник, Дахо больше нет?

   - Не знаю, - честно ответил Дрю, - но ваш рассказ меня впечатлил.

   И тут лицо Кехо залилось густой синевой, а слова зазвучали с уверенностью и силой:

   - Я должен признаться, посланник Дрю, что отправился с вами в Абалон с единственной целью помешать штурму. Но после всего сказанного я вижу: вы совершенно правы. Абалон должен быть захвачен. Можете мною располагать.* * *

   Расстояние от оврага до города оказалось вдвое короче, чем предполагал Дрю. Впрочем, учитывая жуткие дыры, разрывающие здешний мировой ярус, можно было заранее предполагать, что в пришедшем в движение Запорожье много чего сместится.

   Может, потому Шестая раса всеми правдами и неправдами стремится сдвинуть Западный Пороги Смерти на восток, что сам запад неустойчив: участки Запорожья то сваливаются в пропасть, то отползают в направлении чёрной стены. Жуткая картина! Представляя её, даже Владыку Смерти можно оправдать: он честно печётся о своих подданных, поселившихся в наземном мире.