Игорь не успел ещё далеко отойти от здания фирмы, когда его окликнул высокий незнакомый мужчина примерно его лет, нагнав сзади.

— Игорь Никитич, — позвал он, — мне охранник показал Вас, когда я спросил, как к Вам пройти. Можете уделить мне немного времени?

— Пожалуй, могу, — охотно согласился Игорь, с интересом разглядывая незнакомца. Он произвёл на Игоря благоприятное впечатление своим открытым и уверенным взглядом.

— Медведевский, Александр, — представился мужчина. — Обычно меня Медведем зовут, не возражаю, если и Вы будете, если мы с Вами продолжим общение.

— На предмет? — полюбопытствовал Игорь.

— Всё сейчас расскажу, только давайте, зайдём в какое-нибудь кафе, — предложил Медведевский. — Погодка у вас тут для меня некомфортная. Знаете тут что-нибудь приличное, чтобы посидеть и побеседовать?

— Можно сюда зайти, — Игорь указал на вывеску "Пышечная". — Я раньше тут любил бывать, но уже давно не доводилось. Помнится, здесь было довольно уютно.

— Вам виднее, — согласился Медведь. — Пойдём в пышечную.

Они взяли по чашке кофе, по паре пышек и расположились за столиком в углу. Народу в это время было мало, им никто не мешал.

Когда приступили к еде, Игорь удовлетворённо кивнул.

— Вкус не изменился, такой же, как раньше.

— У нас эти пышки пончиками называют, — сообщил Медведь, с удовольствием прихлёбывая горячий кофе.

— У вас, это где? — уточнил Игорь.

— У нас, это в Южноморске, — ответил Медведь. — Знаете, где это?

— Знаю, — помрачнел Игорь. — У меня там друг пропал, со всей семьёй. Скоро уже семь лет будет, — тяжело вздохнул он.

— А я к Вам приехал по вопросу, как раз и связанному с Вашим пропавшим другом. Арсений и Вероника действительно погибли семь лет назад, но остались их дети, Настя и Николка.

— Как остались? — удивился Игорь. — Калерия сказала, все погибли.

— Ошиблась, — отмахнулся Медведь. — Дети находятся в детском доме, руководство детдома провело проверку, оказалось, что Зырянские успешно ведут фирму к банкротству. Решено этому воспрепятствовать.

— И каким же образом? — заинтересованно спросил Игорь. — Зырянские оформят опекунство над наследниками и продолжат свою деятельность по развалу фирмы.

— Обойдутся, — насмешливо заметил его собеседник. — Никто им детей в опеку не доверит, у нас серьёзные доказательства, что они узнали о гибели родителей и отказались помочь детям. Но и терять фирму нельзя, пока дети не вырастут и сами не решат, будут ли они заниматься делами фирмы или передадут её кому-нибудь другому. А я приехал к Вам с предложением от детского дома. Они предлагают всем сотрудникам фирмы, которые начинали работу с Арсением Горяйновым, перебраться на Кубань, чтобы создать там филиал фирмы. Сами знаете, что там и сырья много, и обойдётся оно гораздо дешевле. А Вам лично предлагается партнёрство в фирме, которое обещал Вам Арсений, и полная власть над филиалом. Что скажете? Долго будете думать?

— Слушай, ты с Мефистофелем не в родстве случайно? — засмеялся Игорь, с радостью осознавая, что есть возможность кардинально решить все его проблемы.

— Я представитель другой стороны, — тоже засмеялся Медведь. — Ну как, долго будешь думать?

— А чего тут думать? — изумился Игорь. — Глупцом надо быть, чтобы такой шанс упускать. Насчёт партнёрства уточни, с кем я буду партнёром.

— С младшими Горяйновыми, естественно, — ответил Медведь. — Это же фирма их отца, они владельцы, а ты становишься их партнёром и совладельцем.

— А как же Зырянский, у него же доверенность от Арсения? — спросил Игорь.

— Сейчас я тебе покажу один сюжет из прошлого, — загадочно пообещал Медведь, — который тебе и ответит на вопрос о Зырянском. Смотри, что было семь лет назад.

Медведь включил свой айфон и положил его на стол так, чтобы Игорю было хорошо виден экран. На экране Игорь увидел хорошо знакомый ему кабинет Арсения, и друга за столом. В дверь постучали, вошёл Кирилл Зырянский.

— Кирилл, я тебя вызвал вот зачем, — обратился к нему Арсений. — Я уезжаю в Южноморск, нужно отвезти лекарства деду, да и отдохнём там с детьми. Лекарства нужны срочно, так что я Игоря не могу ждать, он ещё пару месяцев будет в командировке. Вот держи, здесь доверенность на тебя, пока Игоря нет. Доверенность сроком на три месяца, с запасом. Как только Игорь вернётся из командировки, главный в фирме — он. Скажешь ему, что вернусь и оформлю его партнёром, давно надо было это сделать. Всё понял?

— Всё понял? — переспросил Медведь, выключая айфон.

— Цензурных слов не нахожу, а нецензурные в общественном месте выражать нельзя, — экспрессивно высказался Игорь. — Нет, ну какой подонок!

— Ну вот, что-то нашёл, — одобрил Медведь. — Дело прошлое, Бог с ним, давай о будущем думать.

— А откуда у тебя эта запись? — заинтересовался Игорь.

— А это возможности той стороны, которая противоположна Мефистофелю, — загадочно сказал Медведь. — Такая запись есть и на том диске, что я тебе привёз. Там ещё и наши предложения для тебя. Пока предварительные, приедешь в Южноморск, там всё и узнаешь. Ну что, поедешь послезавтра со мной? У меня забронированы четыре билета на воскресный рейс.

— Поеду, — с готовностью согласился Игорь. — А кто ещё двое?

— А вот тут мне твоя помощь потребуется. Ты младшую сестру Вероники хорошо знаешь?

— Раньше знал, часто встречались, но вот уже семь лет ничего о ней не знаю, спрашивал несколько раз Калерию, та не хочет ничего говорить, отмахивается, что не моё это дело. А что за дело, тоже не узнать.

— Я знаю, что с ней, и адрес знаю, но прийти с улицы как-то неудобно, она может испугаться и не станет со мной разговаривать. Если ты со мной пойдёшь, я тебе сейчас о ней и расскажу.

— Пойду, конечно, — пообещал Игорь и поторопил: — Давай, рассказывай.

12 апреля 2008 года, суббота.

Санкт-Петербург.

Суббота была для Тани Сытиной самым нелюбимым днём недели. По субботам к ней приходила старшая сестра, Калерия. Приносила деньги на неделю и "учила жизни". А племянника Калерия просто не замечала, он для неё не существовал. Слава Богу, когда в последние годы Глебка потихоньку пошёл на поправку, он сам понял, что при тёте лучше вести себя тихо, затаиться. Мама сделала ему "убежище" на широком подоконнике. Положила мягкий тюфячок, а когда Глебка усаживался там, она задёргивала половину шторы и отгораживала Глебку от комнаты. Он смотрел в окно, на шумный проспект, и терпеливо ждал, когда стихнет пронзительный голос тёти. Хорошо, что тётя бывала у них недолго.

Но сегодня Калерия задержалась. Выдав Татьяне две зелёных тысячных бумажки и оплаченные квитанции за квартиру (коммуналку оплачивал зять Кирилл), она помялась и сообщила:

— Мы с Кириллом готовим документы на принятие наследства после Вероники. Скоро будет 7 лет, как они объявлены безвестно отсутствующими, так что мы, как единственные близкие родственники, оформим на себя фирму и сможем продать квартиру. Деньги за квартиру мы с Кириллом решили отдать тебе. Не надо благодарить, — остановила она порывавшуюся что-то сказать Татьяну, — ты же нам не чужая. Мы поможем тебе купить домик в пригороде, оставшиеся деньги положишь в банк. Сможешь начать работать по специальности, учителя в сельских школах всегда нужны, я узнавала.

— Вы так и не выяснили, что случилось? — с горечью спросила Татьяна.

— Выяснили, — кивнула Калерия. — Я раньше тебе не говорила, пожалела. Арсений и Вероника, вероятнее всего, попали в сель, а дети потом погибли вместе с родственниками, при пожаре.

В это время в дверь постучали, голос соседки позвал:

— Таня, тут к тебе пришли.

Таня не слышала, она горько плакала, осознавая, как напрасны были её надежды, что хотя бы дети найдутся, будут с нею. Из воспоминаний о маленьких племянниках, которых она уже никогда не увидит, её вырвал резкий голос Калерии:

— Игорь? Ты что тут делаешь? И кто это с тобой?

Таня вытерла слёзы и посмотрела на двух вошедших мужчин. Одного она вспомнила — Игорь, друг Арсения. Второй был незнакомым.

— Здравствуйте, девочки, — Игорь улыбнулся им обеим. — Хорошо, что и Калерия здесь, я после Тани к тебе собирался. Знакомьтесь, — указал он на своего спутника, — Александр Медведевский, зовут обычно Медведь. Он приехал повидаться с Таней по поручению ваших племянников, Насти и Николки.

— Они живы? — радостно воскликнула Таня, жадно вглядываясь в спокойное уверенное лицо нового знакомого. — А Вероника? — робко спросила она.

Но надежда умерла, даже не возродившись, когда пришедший печально покачал головой.

— Ваши сестра и зять погибли семь лет назад, — подтвердил Медведь то, что она уже поняла. — Племянники ваши четыре года назад были отправлены в детдом, когда при пожаре умерли старики, у которых дети жили.

— Так дети не погибли при пожаре? — ошеломлённо спросила Калерия, судорожно соображая, что же теперь делать.

— Погибли только дедушка и бабушка, — повторил Медведь. — А на самом деле они были просто убиты при попытке завладеть их участком. По счастью, детей дома не было. После похорон, поскольку ничего не было известно о других родственниках, дети попали в детдом. Все эти четыре года дети содержались в ужасных условиях. Даже не буду о них рассказывать. Сейчас в детском доме полностью сменился персонал, с 1 апреля у воспитанников началась совсем другая жизнь. Новые воспитатели сразу взялись изучать дела воспитанников, искать их родных, если они где-то есть. Подробности, как вас нашли, я вам сообщать не буду, скажу главное. У Насти с Николкой в Южноморске есть собственность — участок земли, где стоял домик дедушки и бабушки. Есть завещание стариков на детей, с этим всё в порядке. Теперь их наследство от родителей, фирма и квартира. Дети согласны поручить управление их фирмой (при словах "их фирмой" Калерию перекосило) партнёру их отца, Касьянову Игорю Никитичу, и мне, как управляющему, назначенному опекунским советом до совершеннолетия Насти. Оно наступит, как вы знаете, через шесть лет. Дело в том, что Николка собирается стать штурманом дальнего плавания, фирмой он заниматься не хочет. Поэтому дети решили, что если Настя заинтересуется разработками отца и захочет продолжать его дела, то она включится в работу фирмы. Если же нет, тогда через шесть лет они и будут решать дальнейшую судьбу фирмы.