Но их широких чаш ещё струится вверх

Поблёкший аромат былых тысячелетий,

Как старое вино перебродивших вер,

Когда-то полных сил и радостных, как [ветер].

Мемфис, Микены, Ур, Альгамбра, Вавилон –

Гармония времён в их бронзе мне звучала,

Томленье терпкое мой дух влекло, вело,

По стёртым плитам их – к небесному причалу.

Сегодняшнюю ночь иной стране отдам –

Востоку дерзкому, возлюбленной отчизне,

Уйду на Ганг – по мудрым городам,

В истоках дней искать истоков жизни.

...И в смутный сон, где веют вайи,

Мечтой я властно погружён...

Над сонным сердцем, в пальцах майи,

Жужжит веретено времён.

На месте гор – желтеют мели...

И в дней обратных череду

Я вспять от гроба к колыбели

Прозревшим странником иду.

И вновь я застаю цветенье

Давно отцветших лепестков,

Благоухание веков –

Неизъяснимое волненье, –

Смертей, рождений лабиринт,

Моря, равнины и отроги...

И на восток, за жёлтый Инд,

Ложится пыль моей дороги.

1934

* * *

Индия! Таинственное имя*,

Древнее, как путь мой по вселенной!

Радуга тоскующего сердца,

Образы, упорные, как память...

Рассказать ли? – Люди не поверят,

Намекнуть ли? – Не поймут ни слова,

Упрекнут за тёмное пристрастье,

За непобедимое виденье.

Прикоснусь ли нищею рукою

К праху светлому дорог священных,

Поклонюсь ли, где меня впервые

Мать-земля из мрака породила?

1931

=========================================================================

* В этом стихотворении, как и в ряде других, Андреев рассказывает о

своей первой жизни в Индии. В. М. Василенко вспоминал: "Даня говорил и о

жизни своей на земле в Индии: он был воином, она жрицей храма, и свою

любовь он и она скрывали. Было это в давние времена, он подчёркивал –

"когда складывались стихи "Рамаяны" ". (Письмо к Б. Н. Романову от 23

августа 1988 г.) См. также стихотворение "Отрывок" и РМ.

=========================================================================

* * *

На орлиных высотах Непала,

Как цветок в снеговом хрустале,

Вся в заоблачных снах, увядала

Моя прежняя жизнь на земле.

Дольний мир, как отраву, отринув,

Собеседник седых ледников,

Принимал я от строгих браминов

Воду смерти – мудрость веков.

Праздно билась о горные стены

И, отхлынув, терялась вдали

Индостана народная пена,

Трубы войн, рокотанье земли.

Как гробница, короною белой

Надо мной возносился Непал,

Стыло сердце, душа леденела,

И блаженный покой наступал.

И я ждал в утихавшей печали,

Что кровавое сердце моё

Растворит непреклонная Кали*

В безначальное небытие,

Что уж близок искомый веками

Лучший цвет её лучших гирлянд –

Этот режущий гранями камень,

Этот чёрный, как смоль, бриллиант.

1934

=========================================================================

* Кали – одно из имен Махадеви, олицетворяющей силы природы, жены

бога Шивы и его женской ипостаси.

=========================================================================

* * *

Бенарес! Негаснущая радуга

Нашим хмурым, горестным векам!

Преклоняю с гордостью и радостью

Чашу сердца к этим родникам.

Шумным полднем, в тихом пенье месяца,

Мча на гребнях жёлтые венки,

Омывает каменные лестницы

Колыханье праведной реки.

Входят тысячи в её дыхание,

Воздевают руки на заре,

Чтоб взглянуло Солнце мироздания

На сердца, подъятые горе.

Материнской Гангой успокоены,

Омывают дух свой от тревог

Нищие, купцы, брамины, воины,

Девушки с запястьями у ног.

Льётся злато в чашу благочестия,

И, придя со всех концов страны,

Бьют литавры, движутся процессии,

Праздничные шествуют слоны.

Вечной верой, подвигами прошлыми

Этот город нерушим и твёрд,

И босыми жаркими подошвами

Каждый камень уличный истерт.

Вечер. Благосклонное и важное,

Солнце опускается в туман,

Молкнут в храмах возгласы протяжные

И игра священных обезьян.

Над речной колеблющейся бездною

Чёрных крон застыли веера;

Льёт в их прорезь чаша неба звёздного

Водомёт живого серебра.

Кажется: идет Неизреченная

Через город радужным мостом...

Необъятный храм Её – вселенная.

Бенарес – лампада в храме том.

1934

ОТРЫВОК

...На берег вышла. Солнце тканью

Из света – стан ей облекло;

Над грудью влажно расцвело

Жасмина сонного дыханье,

И – обернулась... В первый раз

Забыл я снег и лёд в Непале,

И прямо в душу мне упали

Лучи огромных, тёмных глаз.

Я вздрогнул: там, под влагой чёрной

Индийских бархатных ночей,

Сиял цветок нерукотворный,

Как чаша золотых лучей.

Мерцала в этом детском взоре

Тысячелетняя тоска

Старинных царств, уснувших в море

Под золотым плащом песка;

Неуловимые для слуха,

В нем реки звёздные текли

Неизмеримых странствий духа

Ещё до солнца и земли...

Я видел путь наш в море мира,

Сквозь плещущие времена,

И звук, ликующий как лира,

Из сердца рос: – Она! Она!

1934

МИЛАРАЙБА*

Позади – горы, белый шёлк снега,

А внизу – пажить и луг зелёный.

Там, внизу, – селенье:

Там идет стадо,

Пастухи смеются,

Мычат яки,

И с одной чаши – к другой чаше

Перепархивают по цветам пчёлы.

– Голоса Времени, – друзья сердца!

Это – лишь узоры, пёстрый шёлк Майи**,

Это – только тени моего сознанья,

Погружённого, навсегда слитно,

В Вечно-Сущее,

В глубину света...

– Голоса Времени, – плеск ручьёв жизни!

Зацвела Юность,

Как бутон мовы.

Я ушёл рано с белых гор Дзанга,

Я скитался долго по шумному миру,

Предаваясь страстям и бурям.

В городах – пели, трудились люди,

И купец в дороге понукал мулов...

– Голоса Времени! Игра Майи!

И в обитель скорбных я ушел, плача:

Бодисатв молил я, заклинал духов,

Духов злых и добрых,

Что в лесах и в реках,

И в порывах ветра снуют шумно...

И постиг ум мой:

Нет врагов у сердца,

Чей исток в небе, в Истинно-Сущем...

– Голоса Времени, – голоса братьев!

И теперь – только

Душистый ветер

Колыхает ветви над моей пещерой,

Да летят птицы,

Идут люди,

Прибегают волки вести беседу

О путях спасенья, о смысле жизни...

– Голоса Времени! Друзья сердца!

1935

=========================================================================

* В АС с заголовком "Из Миларайбы", подзаголовком "вариация" и

примечанием: "Буддийский поэт-отшельник, живший в IX веке в Тибете, одно

из замечательнейших лиц пантеона "Махаяны".

** Майя – в индийской религии и философии иллюзия мира, творимого

божеством; в русской поэзии начала века этот образ встречается у К. Д.

Бальмонта (стихотворение "Майя"), у Ф. К. Сологуба и других.

=========================================================================

СЕННААР*

Меж горьких трав в равнинах шелестел

Горячий ветр пустынного Аккада**,

Крепя орало, тёмный пахарь пел,

Нагой пастух гнал к водопою стадо.

Волы мычали. Медленно быки