Проверка длилась долго, очень долго. Комиссия из четырех видящих во главе с Натригом скрупулезно копались в моей голове. На этот раз я не собиралась ничего скрывать. Просто расслабилась и ждала, когда они закончат.

За окном начинало смеркаться, когда я, наконец, услышала:

— Уровень способностей сверхвысокий.

Устало прикрыла глаза.

— Оставить в подчинении Департамента тайной канцелярии, — продолжил монотонно тот же голос.

Постаралась скрыть довольную улыбку.

— Обязать пройти курс повышения квалификации под руководством Тиана Натрига.

Застыла, сжав кулаки, но тут же заставила себя расслабиться.

— Срок следующей проверки — через год, — закончил голос.

Открыла глаза.

— Эллиз Рин, вы поступаете в непосредственное подчинение Тиана Натрига. У вас есть вопросы?

— Я могу идти? — спросила спокойно, глядя на седого мужчину с впалыми щеками и уставшим взглядом. Он был удивлен моим вопросом, но вида не показал. Зато я заметила, как цепко разглядывает меня Натриг. Впрочем, он не сводил с меня глаз с того самого момента, как я заняла стул в центре просторного кабинета без окон, но с очень высоким потолком.

— Можете, — медленно кивнул мужчина.

Я не спеша поднялась и направилась к тяжелым дверям из почти черного дерева. Цвет говорил о том, что на нее наложено заклинание, защищающее зал от прослушивания и постороннего вмешательства.

— Эста Рин, — окликнул меня Натриг. Его голос, преумноженный эхом, прозвучал слишком громко.

Я остановилась и оглянулась.

— Да, эст Натриг?

— Я хочу с тобой поговорить. Зайди в мой кабинет. Сейчас.

Тон, с которым было сказано последнее слово, не принимал отказа. Я молча кивнула и вышла в коридор. Дышать как будто стало легче.

Натрига долго ждать не пришлось. Он в пустой приемной прошел мимо меня широкими уверенными шагами. Дверь в кабинет оставил открытой. Я сочла это за приглашение и вошла следом. Садиться не стала. Во-первых, не разрешили, во-вторых, не хотела здесь задерживаться. Дома ждал ужин, горячая ванна и книга. Да, с некоторых пор я полюбила читать. Натриг устроился за столом и уставился на меня. Смотрел долго, пристально и так, словно пытался заглянуть в душу или в голову. Я выдержала его взгляд, не отвернувшись и не опуская глаз.

— Думаешь, справишься? — ухмыльнулся он, откидываясь на высокую спинку жесткого кресла.

— Постараюсь, — ответила прямо.

И снова этот изучающий взгляд.

— Ты берешь на себя слишком много, — без капли злости или раздражения произнес Натриг.

— Это мой выбор.

Молчание, которое на этот раз длилось долго. Наконец, глава тайной канцелярии поднялся из-за стола и отошел к окну. На фоне позднего вечера я могла разглядывать его хищный и жесткий профиль. Впрочем, он меня интересовал мало. Любопытство вызывало другое.

— Спрашивай, — великодушно разрешил Натриг, глядя на город за стеклом.

— Почему вы не слепой?

— Тридцать лет назад я подвергся той же процедуре, что и ты.

Сказать, что я была удивлена, это ничего не сказать.

— Вас тоже пытались лишить дара?

— Меня пытались убить, — спокойно ответил глава тайной канцелярии и посмотрел мне прямо в глаза. У меня не было слов. Хотя чему тут удивляться? Натриг умел заводить врагов.

— С помощью магии? — спросила осторожно.

— Да.

— Разве эта теория появилась не недавно?

— Этой теории несколько десятков лет. Она была тщательно засекречена, пока Ормис не выкрал документы.

— Вы знали, что маги и мой брат были правы, надеясь лишить нас дара, — догадалась я.

— Знал, — он кивнул. — Но рассказывать об этом не собирался. Ты бы сразу кинулась искать того, кто лишил бы тебя дара.

— Мой брат мог бы остаться жив, — произнесла в пустоту.

— Нет, твой брат все равно был обречен на казнь, — отмахнулся Натриг. — На его счету были убийства нескольких магов и видящих.

— Почему у него не получилось лишить их дара?

— Потому что тогда Истрис не знал, как на самом деле работает эта теория. До него только дошли слухи. А когда Ормис обратился к нему, предложив сотрудничество и полную документацию, тот согласился. А чтобы избавиться от твоего брата, выдумал болезнь и инсценировал самоубийство.

Мне стало больно за Данвира. Он поверил Истрису. По его указке убивал магов, надеясь помочь мне. И был так жестоко предан. Впрочем, я от сумасшедшего ученого недалеко ушла, поступив с братом не лучшим образом.

— Ты поступила правильно, — неожиданно произнес Натриг. — Он бы не выжил на шахтах.

— Я могла бы помочь ему бежать.

— Тебя бы казнили за измену империи, — как бы невзначай ответил глава тайной канцелярии. — А его все равно бы нашли. И тоже казнили.

Да, крыть тут было нечем. Натриг был прав.

— Ты совсем не расстроена, что дар остался при тебе и даже возрос, — чуть склонив голову на бок, произнес мой бывший наставник. — Помнится, ты жаждала избавиться от него любой ценой. Ненавидела. Что же изменилось сейчас, Рин?

— Я пересмотрела свои взгляды, — ответила спокойно, впервые за весь разговор опустив голову и тут же подняв ее на Натрига.

— Но не смирилась, — вздохнул он. Я молчала. Ложь глава тайной канцелярии распознает тут же, а правда уже прозвучала. — Ты еще год будешь находиться у меня на обучении. Мы будем общаться очень тесно, Рин. Очень тесно.

Он смотрел на меня с кривой насмешкой.

— Я знаю, — кивнула спокойно.

— Куда делся твой страх, Рин? — ни капли удивления в голосе.

— Умер вместо меня. Там, в пещере на острове.

Натриг довольно улыбнулся, но глаза остались холодными.

— Уверена?

— Да.

— Мы это не раз проверим.

Я видела, что он уже предвкушал, как будет снова надо мной издеваться. Нет, удовольствия мой бывший наставник от этого больше не получит. Я стану покорной. И самой лучшей ученицей, которая когда либо была у Натрига.

Он снова вернулся за стол.

— Я сломаю тебя, Рин, — пообещал мой будущий наставник.

Я молчала.

— У тебя ничего не выйдет, — добавил он, не дождавшись от меня ответа, но будто зная, о чем я думала. Впрочем, не удивилась бы, если бы так и было. — Ты слишком слаба. И слишком рассеиваешь свое внимание на ненужные мелочи вроде сочувствия и жалости. Но я это исправлю. Я тебе обещаю, Рин. Ты пожалеешь, что не умерла на том острове.

И снова я не проронила ни звука.

— Упрямая, — процедил Натриг зло.

Уголки моих губ дрогнули.

— Пошла вон. Завтра в моем кабинете. Опоздаешь — пеняй на себя. Поверь мне, годы в школе ты еще будешь вспоминать как самые счастливые, Рин, — прошипел он взбешенно.

Я молча развернулась и ровным шагом вышла в приемную, тихо прикрыв за собой дверь. Там, не останавливаясь, прошла по длинным коридорам, спустилась на первый этаж и, наконец, оказалась на улице. В небе светила полная луна. Ни один листок не шевелился на ближайшем дереве. Стояла невероятная тишина, несвойственная большому городу даже ночью. Спустившись с крыльца, я дошла до машины. Там остановилась, но оборачиваться не стала, уверенная, что Натриг в эту минуту смотрел в окно. Уж слишком сильно горела моя спина. Дернув на себя дверцу, скользнула на заднее сиденье. И уже через полчаса была дома. Сегодняшний вечер я собиралась провести так, как никогда не могла себе позволить — с удовольствием. Потому что на ближайший год мне не придется о нем даже мечтать.

Так и получилось. Натриг из всех сил старался исполнить свои угрозы. Я же стоически терпела, лишь иногда позволяя себе огрызаться в ответ. За что тут же получала наказание. Нет, в сырых подвалах на ночь меня, конечно, никто не запирал и голодом не морил, но нагрузка становилась просто непомерной. Порой некогда было даже есть и спать. Временами моя ненависть к Натригу достигала просто невероятной силы и я боялась, что еще чуть-чуть и убью его прямо здесь и сейчас. И будь что будет. Мне казалось, что он прекрасно знал об этом и ему мое желание доставляло удовольствие. Бесконечные придирки, недовольство, все возрастающие требования и проверки снова и снова. Я уже почти жалела о том, что осталась жива. Но потом вспоминала то, ради чего все это терпела, стискивала зубы и продолжала выполнять любые указания наставника.

Однажды он выдернул меня из постели ровно в тот момент, когда я едва закрыла глаза. И это после трех суток почти без сна.

— Что? — я не сразу поняла, что мне говорит Этиль.

— Там внизу вас ожидает эст Натриг, — она была напугана. А в руках держала платье. Красивое, нежно-зеленого цвета. И к униформе видящих оно не имело ни малейшего отношения, потому что предназначалось для… бала?

— Что это? — опешила я.

— Платье, — немного смущенно произнесла Этиль.

— Вижу. Откуда?

— Эст Натриг передал, — ответила она, опуская глаза.

— В смысле передал? — тут я проснулась окончательно, решив, что наверное мне послышалось.

— Эст Натриг просил, чтобы вы надели его, эста Рин, привели себя в порядок и спустились вниз.

— З-зачем? — часто заморгала я. Он, что, спятил? Я понимаю, что ему очень хочется меня доконать, но даже здесь мой наставник перешел все границы.

— Не могу знать, — Этиль сделала шаг назад. Видимо, на моем лице было написано столько злости, что она испугалась расправы.

Я одним рывком отбросила одеяло и вскочила с постели.

— Где он? — потребовала ответа, пытаясь сунуть босые ноги в шлепанцы. Никак не получалось, от чего я злилась еще сильнее.

— В гостиной, — пролепетала горничная.

Я вылетела из спальни, на ходу надевая халат. Если раньше покупкой одежды для меня занималась прислуга, которая почему-то решила, что черный и темно-синий — мои любимые цвета, то теперь я сама стала ходить по магазинам. И у меня в гардеробе появились оттенки от пастельных до глубоких бордовых, синих и зеленых. Вот и халат на мне был светло-желтого цвета.

— Это как понимать? — я бежала вниз по лестнице, глядя на спину Натрига. Остановилась только на третьей ступеньке. Мой наставник в этот момент смотрел на догорающее пламя в камине. Один резкий поворот и на его лице появляется бешенство.