Гамма

Ветер корсарский нить разговоравырвал у нас и унес на Азоры.— Видишь, — сказал я, — позолотилиночь океана рыбы-светильни.Тихо коснулся коралла губами…Судно Азорскими шло островами.Плыли, качаясь, глаза ее рядом.Юные пряди плыли, ныряя.Так и осталось: очи-озерана широте полуночных Азоров.

Ночной порт

В бочках дубовых вина угрюмы:очень печально им на причале.Бочки мечтают ночью о трюмах.Пахнет щемяще устрицей ветер.Полночь — рыбачьи мокрые сети.Спиннинги-мачты ловят созвездья;бакены-лодки в лунном асбесте.Вспыхнул фонарик на полубаке,взвившись, как факел рыбы летучей;льются чешуйки света во мраке.На горизонте контур шаланды, —словно команда сгинувшей шхуныпереправляет смерть контрабандой.

Судьба

Глядя на мачты из-под ладони,корпусом всем подавшись вперед,где-то в Голландии незнакомойменя незнакомая женщина ждет.Пристань, каналы в каменных плитах,мельница с черным крестом на горбувыйдут навстречу, перевернувшитак неожиданно мне судьбу.Старому саду стану хозяин,станет хозяином мне огород.Буду ласкать фруктовые губы,глядя, как яблоней сын растет.С трубкой, набитой травой забвенья,выучившись вечера коротать, утром однажды взойду по трапуна мокрую палубу я опять.Глядя на мачты из-под ладони,корпусом всем подавшись вперед,мне с рубежа незабытого молаженщина молча косынкой махнет.

Клара фон Рейтер

Как яблоко в вазе, сиропом облитый,твой голос взлетает на пятый этажв прозрачном кубике лифта.Метро укачало подземное ложе,но в темном тоннеле вагон озаренсвеченьем твоей апельсиновой кожи.Автобус струит на проспекты столицыпод взмахом твоих серповидных очейтвои золотисто-ржаные ресницы.И легче, чем тонкая нота колибри,в стеклянной тетради крутящейся дверимелькает твой профиль — изящный экслибрис.

Одна из версий земли

Добро пожаловать, о новый день!Вернулись в мастерскую глазарисунок, цвет и светотень.Вот мир огромныйвесь в упаковке из чудес:и мужественность дерева,и благосклонность бриза и небес.И розы механизм.И колоса архитектура.Земля без перерыва занятаего зеленой шевелюрой.А сок, невидимый строитель, строитс помостов воздуха наклонныхи вверх шагает по ступеням света,который стал объемным и зеленым.А землемер-река проделывает описьокрестностей.А горы моют темные бокана дне небесном.Вот мир растительных столбов дорожных,и водяных дорог,и механизмов, и строений, —одушевляет их таинственный поток.А дальше — прирученные цвета и формы,живые воздух, свет и даль;все это собрано в Творенье человека, —он дня живая вертикаль.

Зарисовки городов

ГуайякильПро солнце твердят витрины,и лодки, и рябь залива,и этот причал пустынный.А воздух под белым игомкаленого солнцепекаисходит истошным криком.ГаванаСахарных заводов трубы —тростниковыми стеблями…Уезжает сахар с Кубы.Эмигрируют чащобы,уезжают ром и румба.Дружно всходят небоскребы.Нассау,Багамские островаНассау, палитра лета.Здесь ветер пронизан солью,а свет изнемог от цвета.Зеленым стеклом играя,качается в море город,как перышко попугая.Сент-Джордж[3]Чайки да изумрудыводорослей плавучих —не за горой Бермуды.вернуться

3

Сент-Джордж — город на острове Сент-Джорджес (Бермудские острова).