— Вопросы? — обратился теперь уже ко всем полковник. Выждав паузу и не дождавшись вопросов, он коротко распорядился, — тогда, все свободны.

Я поспешила выйти сразу вслед за лейтенантом Гото и окликнула ее:

— Касуми… — она обернулась и мы отошли в сторону, чтобы не стоять в проходе, — возможно будет жарко…возможно тебе пригодится хороший пистолет, — сказала я, передавая ей свой.

— Отличная штука, — хитро улыбнулась она, покрутив в руках HMWP, — на время или насовсем?

— Бери насовсем, — ответила я, - только…

— Поняла, — снова улыбнулась губами Касуми и успокаивающе взяла меня за руку, — не беспокойся, с такой игрушкой Волкова у меня никто не отобьет.

— Спасибо, — я признательно сжала ее пальцы. В этот момент ко мне подошла Дейдра.

— Увидимся, — улыбнулась диверсантка мне и Соренсен и оставила нас двоих.

— Пошли в каюту, — сказала я подруге, — немного времени еще есть.

— Пойдем, — согласилась она.

Оказавшись внутри, я больше не таилась и рухнула ничком на кровать. Дейдра присела на краешек.

— Выпьешь что-нибудь? — спросила я.

— Сейчас нет, — покачала головой Дейдра и обняла меня. Мы пролежали так какое-то время и обе успокоились.

— Будь осторожна, — сказала я ей, — не хочу потерять тебя из-за твоей горячности.

— Буду, — буркнула она, — ты тоже, тем более, что рискуешь гораздо больше.

— Мне не привыкать, — отмахнулась я.

— Джейн, — осторожно произнесла она мое имя.

— Да?

— Полковник Харти сказал тебе о базе данных? — спросила Дейдра.

— О какой такой базе? — удивилась я в очередной раз.

— Значит, не сказал, — задумчиво отреагировала Соренсен, — недавно мы фактически взорвали Альянс.

— Не поняла, что ты имеешь в виду? — я даже привстала.

— Ох, — вздохнула Дейдра, — обстановка так быстро меняется, что я уже плохо соображаю. Если коротко, то оказывается, у нас были, мягко говоря, компрометирующие сведения на всю верхушку Альянса. И Харти дал этим сведениям публичный ход.

— Подумаешь, компромат, — я снова откинулась на кровать, — все знают, сколько там грязи.

— Если бы обычный компромат, еще куда не шло, — удрученно хмыкнула Дейдра, — там практически готовые крупные и громкие дела для военного и уголовного Суда.

— И что теперь? — напряглась я. Проблема перестала казаться простой.

— Мы говорили об этом с Сайей Гин, то есть Хакманн, она считает, что в Альянсе произойдет силовой переворот, будут беспорядки, возможно даже будет спровоцирована гражданская война или вовсе развал Альянса, — огорошила меня Соренсен.

— Неужели все настолько серьезно? — хмуро спросила у нее я.

— Угу, — кивнула Дейдра.

— Но зачем? — попыталась понять я логику полковника.

— По прогнозу полковника этот удар нейтрализует или серьезно займет ключевые фигуры, в том числе Контору и Армию, через которую ведется поддержка Цербера, — ответила Дейдра, — Сайя считает, что у полковника есть и другие цели, но он их скрывает.

— А на простых людей, которые пострадают в этих событиях, ему плевать? — с ожесточением задала я риторический вопрос и сама же раздраженно махнула рукой, — он что-то мутит, к тому же развел секреты на ровном месте.

— Да уж, — согласилась со мной подруга и поежилась, — Харти умен и, наверное, хороший командир, но с ним… неуютно.

«Неуютно»?! Малышка Дейдра - горе-вояка, с грустью подумала я, глядя на нее.

— Не забивай себе голову, ерундой, — мои руки взяли ее за плечи, — вначале вытащим Сергея, а потом разберемся со всем остальным.

— Ну вот, — прикрыла ресницы Дейдра, — хотела тебя поддержать, а получилось как обычно.

— А ты меня на самом деле поддержала, — постаралась улыбнуться я, и добавила с признательностью, когда вспомнила, как она меня обняла, — спасибо!

— Мне пора, помни, что обещала быть осторожной, — встала Дейдра, — и если услышишь про базу данных, сделай удивленное лицо, ведь мне тебе якобы нельзя было рассказывать этот секрет.

— Хорошо, — встать с кровати оказалось несложно, — провожу тебя до шлюза.

Попрощавшись с Дейдрой, я направилась искать полковника Харти. Он нашелся в медблоке и возился с каким-то терминалом, попутно разговаривая с Карин Чаквас.

— Добрый день, Карин, — поздоровалась я с доктором Чаквас, вспомнив, что мы с ней давно не виделись, хотя находились на одном корабле и получила ее ответное приветствие. А затем пригласила Харти к беседе, — полковник, можно вас на пару слов?

— Конечно, — кивнул он, — где будем разговаривать?

— Прямо здесь, — ответила я, направившись к отдельному отсеку медблока, который раньше занимала Лиара. Полковник послушно пошел за мной.

Заперев за ним дверь, я пристально посмотрела на него.

— О чем вы хотели поговорить, Шепард? — спросил он, желая поскорее вернуться к своим делам.

— Зачем вы пытались заминировать «Нормандию»? — без обиняков поинтересовалась я.

— Любопытно, как это выяснилось, — улыбнулся Харти, попытавшись вытянуть из меня информацию. Но вряд ли он мог рассчитывать на откровенность с моей стороны после своего поступка, да и про Джокера рассказывать лишнее этому человеку у меня намерений не было.

— На вашем месте, лучше ответить на мой вопрос поскорее и как можно понятнее.

Кай неожиданно сел в кресло и устало сказал:

— Может, это было лишним, но планировалась как мера предосторожности на крайний случай. Есть вероятность провала операции и контрзахвата со стороны Цербера. Навигационный ВИ «Нормандии» содержит данные о мю-ретрансляторе на Илос. Я смог пояснить свои мотивы?

— Желаете все контролировать… даже то, что вам не принадлежит? — задумчиво проговорила я.

— Желаю, — не стал отрицать Кай.

Мне пришлось сделать незаметный, но глубокий вздох, чтобы удержаться от резкого замечания накануне ответственной миссии. Но и оставить, как есть, было нельзя:

— На будущее вам придется воздержаться от подобных шагов, полковник.

— Договорились, — без сожалений согласился он, что не добавило ему доверия с моей стороны. Но видимо он решил пооткровенничать и потому продолжил, — хорошо, что вы печетесь о своем корабле и экипаже, Шепард, но меня беспокоит… даже мучает другой вопрос…

— Какой? — возникшая пауза на полуслове меня начала раздражать.

— Почему Цербер не атаковал Илос?

— Хорошо, что не атаковал, — не согласилась с ним я.

— Если не атаковал, значит, либо не знают где он, либо что-то задумали такое, о чем я не могу догадаться, — раздражающе снисходительно посмотрел на меня Кай.

— Что они могли задумать? — слегка агрессивно переспросила я, не понимая, что именно беспокоит полковника, — им нужно ударить как можно скорее и насмерть, разве не вы это объясняли?

— Объяснял, — покладисто согласился Харти, — считайте это максимой и непреложной истиной, но в этом случае, выходит, что Волков не сообщил им координаты, понимаете?

Я невольно поежилась от его колючего взгляда, все еще не понимая, к чему он ведет.

— Значит, Сергей не сознался, — прозвучало мое возражение, при котором я испытала надежду и невольную гордость.

— Сергей мог не сообщить им координаты только в одном случае, если он сумел умереть… — он надолго замолчал, — потому что, нет такого человека, который может выдержать пытки и не сказать то, что от него требуется.

До меня, наконец, дошло, что он имел в виду...

— Если случилось именно так, тогда мы единственная надежда Цербера добраться до Илоса. И они уже устроили ловушку в расчете на то, что мы как-нибудь узнаем, где Волков и попытаемся его выручить, — завершил свою мысль Харти.

Холодная логика полковника подвела меня к мысли, что Сергей уже мертв, но мое внутреннее «я» иррационально отказалось верить в подобные выводы. Наверно кто-то когда-нибудь скажет про меня, что я не раз отвергала очевидные истины. Но ведь я столь же часто оказывалась права!

Сергей жив, думать иначе я не собиралась, пока… не буду думать и все.

Помимо этого я поняла также и другое. Харти был подавлен грузом тяжелых сомнений. Он оказался в сложной обстановке, полной неизвестности. Ему пришлось принимать решения и брать ответственность сходу без подготовки, в сроки, когда обдумать спокойно не было никакой возможности. Причем думать пришлось не только за себя или корпорацию «Щит», а в гораздо более крупных масштабах. Вспомнилось признание Дейдры, видимо, решение по пресловутой «базе данных» полковнику Харти также далось нелегко. Не исключено, что он уже сожалеет и считает это решение ошибочным, а признаться некому. Что ж, я его прекрасно могу понять, поскольку сама оказывалась в схожих ситуациях и наверняка еще окажусь.