С его смотровой площадки видны все прилегающие и отдаленные районы, притом так, что от восхищения захватывал дух. Других слов, почему-то не удаётся подобрать. Даже наш друг Гурам Левонович на время забыл тяжесть своих проблем и только произносил время от времени: «Грандиозно! Великолепно!» От Эмпайр-Стейт Билдинга мы доходим пешком до главного здания Публичной библиотеки, а уже оттуда направляемся к Рокфеллеровскому Центру. Здесь зимой устраивают самую высокую елку в городе, рядом с открытым катком. На каждом шагу имеются достопримечательности, театры, концертные залы. Музей восковых фигур Мадам Тюссо. Как не зайти и не сфотографироваться на память с Джонами Кеннеди и Траволтой, Стивеном Спилбергом и Мерилин Монро. Затем перемещаемся к театрально-концертному комплексу «Линкольн-центру», в состав которого входит и «Метрополитен-опера» со своими знаменитыми витражами нашего соотечественника, витеблянина Шагала. От «Линкольн-центра», через Центральный парк можно выйти к «Метрополитен-музею». Здесь, как говорится, не разбежишься. Здесь нужно остановиться, и не спеша посмотреть всё, на что хватит времени…

– Простите, Гурам Левонович, может быть, я что-то не понимаю. Почему такое самобичевание? Сделаете новый препарат. Вы ведь знаете его формулу.

– Не в этом дело, – ответил мой собеседник. – Когда я возвратился домой, то обнаружил, что моя лаборатория разграблена, остатки препарата похищены, а мыши куда-то исчезли. Кого мог интересовать мой препарат? Только того, кто уже опробовал его действие на себе, что, в свою очередь, чревато тяжелейшими последствиями.

– Опять не понимаю, – сказал я, – что значит, опробовал на себе? С какой стати, даже круглый идиот будет опробовать на себе всё, что попадается под руки. К тому же, для получения результата необходимо ждать несколько лет. И кого могут интересовать опыты генетика-геронтолога? Да они и знать не знают что это такое. И вообще, стоит ли беспокоиться, за то, что несколько бандитов в качестве расплаты за свои художества сократят себе жизнь. Считайте, что это ваш личный ответ бандитам. Я бы даже ввёл такую кару и другим неисправимым бандюгам и убийцам, имеющим генетическую склонность к бандитизму. Я бы законодательно принял, – но я не закончил свои рассуждения потому, что увидел на лице моего собеседника, неодобрительную гримасу.

– Подождите, подождите минутку. У вас, мой друг, здесь, по крайней мере, два вопроса и я попытаюсь ответить на них. Во-первых, то, что на мою лабораторию было совершено нападение, мне, абсолютно однозначно говорит, что мой препарат был принят ими за наркотик. И это моё утверждение не лишено оснований. Конечно, об этом я могу судить только теоретически, поскольку ни я, ни мои помощники пробовать его на вкус не решались. К тому же он и внешне ничем не отличался от наркотиков, применяемых в виде таблеток, и входящие в него компоненты содержат морфин, альфа-метилтриптамин и прочие химикалии. Нормальный человек, конечно, не будет пробовать то, что попадается под руки, а наркоманы – они ведь не нормальные люди. Во-вторых, мне кажется, что вы недостаточно полно понимаете степень опасности, которая нависла над обществом. Поэтому, я попробую коротко объяснить вам главную суть проблемы. Послушаем экскурсовода…

– … Музеи Нью-Йорка. Они являются объектом особой гордости американцев. В числе самых выдающихся музеев мира, наряду с Лувром, Эрмитажем и Прадо, стоит имя Метрополитен-музея. Располагается он в Манхеттене на Пятой Авеню и содержит более тридцати миллионов произведений искусства. С самого своего основания в 1870 году он был задуман для создания коллекции шедевров всех времен и народов. В нем представлены не только великие произведения живописи и скульптуры, но и коллекция холодного и огнестрельного оружия с рыцарских времен до конца XIX века, крупнейшее в мире собрание музыкальных инструментов, предметы быта различных эпох, коллекции фарфора, хрусталя и т. д.

Автором первого проекта был известный архитектор Кольверт Вуо. Но над различными пристройками и его расширением уже работали большие архитектурные мастерские. Поэтому свой нынешний вид здание приобрело лишь в 1926 году. Представляет интерес тот факт, что весь музей состоит в основном из частных коллекций различных дарителей, и Государство к этому не имело никакого отношения. Так, например, первый дар-коллекция бывшего американского консула на Кипре генерала Чеснола состоит примерно из девяти тысяч произведений декоративно-прикладного искусства и памятников античности. Банкир Бенд Альтман подарил музею такие шедевры живописи как «Автопортрет» Рембрандта, картины Дюрера, Веласкеса, Боттичелли, Тициана, Вермера. Вдова «сахарного магната» Луиза Хавемейр завещала музею коллекцию шедевров, включающих картины Рембрандта, Эль Греко, Ф. Гойи, Сезанна, Э.Мане, К.Моне, Дега и других…

– Значит так. Человек, принявший дозу моего препарата, становится носителем модифицированного гена, отвечающего за долголетие. Как мы уже говорили, этот ген не увеличивает, а наоборот, уменьшает жизнь его обладателя. Примерно в десять раз. Это значит, что организм этого человека проходит все стадии своего развития не за положенных ему семьдесят-восемьдесят лет, а за семь-восемь. Но мы об этом, кажется, уже с вами говорили. Если принять репродуктивный возраст человека, то есть возраст, в течение которого человек способен оставлять после себя потомство, упрощенно от пятнадцати до пятидесяти лет, то человек, носитель модифицированного гена, будет в состоянии оставлять после себя потомство с возраста от полутора до пяти лет. И это не фантазии. Поскольку в полтора года этот человек физически разовьется до состояния близкому к взрослому человеку, а в два года он будет выглядеть как двадцатилетний мужчина или женщина. Это понятно? Идём дальше.

Физически он ничем не будет отличаться от нормальных людей. У него будут те же инстинкты, те же потребности и те же физиологические функции, но вот умственно, он всё же останется ещё ребёнком, поскольку наш мозг развивается крайне консервативно и только под влиянием полученного объёма информации. Если человека после рождения лишить всякой информации, то и его мозг останется без единой извилины. А получить и освоить большой объём информации за короткий отрезок времени он просто не в состоянии из-за ограниченной пропускной способности канала связи. Это, я думаю, вы знаете не хуже меня, и, естественно, это утверждение не вызывает возражения.

Пойдем дальше. Что может делать человек, обладающий интеллектом ребёнка до пяти лет? Питаться, играть в примитивные игры, выражать не сложные мысли. А ещё что? Я думаю, теперь вы мне ответите уже более квалифицированно.

– Да, Гурам Левонович, вы подвели меня, как говорится, за ручку. И мне уже становится многое ясно. Но я попробую. А вы меня своевременно поправьте. Итак, наш модификант может быстро размножаться. Даже слишком быстро. Боюсь, что мы что-то интересное пропустили…

– … Очень хорошо представлен филиал музея Клойстерс (дворики) в Верхнем Манхеттене, в парке Форт Вашингтон. Джон Рокфеллер купил участок земли на берегу Гудзона и за четыре года построил целый средневековый комплекс. Здесь на большом пространстве раскинулись фрагменты пяти средневековых монастырей и церквей, перенесённые из Европы и снова сложенные, кирпич к кирпичу. Замок с центральной башней, скульптуры и коллекции мебели зажиточного испанского горожанина, старинные гобелены, целые коллекции резьбы по камню, фрагменты старинных монастырей и т. п…

– Если век половой активности принять, как вы сказали, от пятнадцати до пятидесяти лет, – начал я свои рассуждения, – то он равен тридцати пяти годам. За этот срок нормальная женщина способна, теоретически, родить тридцать пять детей. Нет, если теоретически, то больше. Примерно на одну пятую часть, так как вынашивание, с учётом послеродового периода, следует принять за десять месяцев. Всего будет тридцать пять плюс семь, минуточку, сорок два ребёнка. Да, немало. Но нормальная женщина не показывает таких феноменальных результатов. Будь она даже трижды мать-героиня. Потому, что она способна ограничивать свои, как вы называете, репродуктивные способности. Этому способствуют и взгляды культурного общества. Я правильно говорю?