– Тогда, может, хотя бы снимешь куртку? – постарался проявить гостеприимство мистер Рочестер.

– Я ненадолго, – пояснил Александр и, не дожидаясь ответа, по-хозяйски двинулся дальше.

Чарльз с Сулой последовали за ним.

– Присаживайся, – показал мистер Рочестер на кресло в гостиной и сам опустился на диван. – Слушаю тебя.

– У тебя есть ноутбук? – парень полез рукой в карман куртки и вытащил оттуда флеш карту.

– Разумеется.

– Могу я его позаимствовать?

– Тебе нужен ноут? – переспросил мужчина, будто надеясь, что гость передумает – никакого настроения, и уж тем более желания, решать дела этого студента у Чарльза не наблюдалось. Но вежливость – прежде всего и поэтому преподаватель поднялся с места. – Хорошо. Сейчас принесу.

«Так бы сразу и сказал, что ему нужна консультация, – досадливо проворчал он про себя, направляясь в кабинет. – Ох уж эти студенты. Морока с ними одна. Даже дома житья не дают. Он же знакомый Жаклин, вот пусть бы она с ним и возилась».

В кабинете мужчина отключил ноутбук от сети и, закрыв на нём свои вкладки, принёс в гостиную.

Получив гаджет в своё распоряжение, Александр вставил флеш карту в гнездо, и чуть подождав пока устройство «увидит» новое оборудование, вошёл в него и раскрыл единственную имеющуюся там папку.

– Вот, – с этим словом он развернул ноутбук экраном к Чарльзу.

Тот взглянул на то, что было предложено его вниманию, и вообще ничего не понял: что это такое и зачем оно ему? Какая-то непонятная фотография какойто спящей девушки или даже женщины. И только лишь спустя несколько мгновений он узнал в этой незнакомке свою жену, столь неожиданным был для него поворот событий.

– Что это? – с совершенно искренним удивлением или даже ошеломлением посмотрел он на юношу. Тот уже откинулся в кресле, облокотился о боковые валики и, скрестив щиколотки ног и сцепив кисти рук в замок, вращал друг вокруг друга большими пальцами.

– Фотография, – равнодушно пожал он плечами, – как видишь.

– Это Жаклин?

– Да. Это Жаклин, – подтвердил юноша и отвернулся в сторону – он ждал пока мистер Рочестер или придёт в себя или привыкнет.

– Откуда у тебя фотография спящей Жаклин? – сурово нахмурился Чарльз.

– Я сам её сфотографировал, – не меняя тона, пояснил Александр.

Теперь пришла очередь Чарльза оглядеться по сторонам. Мужчина словно попытался в обстановке комнаты найти поддержку и успокоение и удостовериться, что он не сходит с ума. Но юноша быстро вернул его в ситуацию.

– Листай дальше, – подсказал он.

Мистер Рочестер послушался.

Он принялся нажимать на клавишу, и от кадра к кадру его лицо всё больше разглаживалось, а взгляд всё сильнее слеп от гнева. Наконец, в один из моментов, увидев на экране, как его жену целует парень, сидящий сейчас сбоку от него, (Александр специально выстроил фотографии в таком порядке, чтобы Чарльз мог получить представление о масштабах «портфолио», прежде чем его накроет гневом), он не выдержал и отшвырнул от себя ноутбук по столу. Гость заглянул в монитор – там стояло изображение его и Жаклин, целующихся на вершине горы Крика.

– Ты готов выслушать дальше? – поинтересовался он.

– Ты кто такой?! – взревел Чарльз и подскочил на ноги. Сула, лежавшая тут же, поднялась на лапы, усиленно пытаясь понять: в чём, собственно дело и может ли она считать этот поводом, чтобы вмешаться. Разумеется, на свой манер. Её хозяин в это время уже молниеносно вскинул руку по направлению к выходу. – А ну, пошёл вон из моего дома! – и, как бы не желая отпускать обидчика просто так, добавил: – Сопляк!

– Значит, ещё не готов, – почти тихо проговорил парень, а собака, услышав такой спокойный или даже равнодушный тон, осторожно заскулила. – Успокойся и сядь, – сделал движение вниз рукой Алекс. – Ты когда-то женился на девушке, имей мужество нести за это ответственность, – поднял он непробиваемый, «боксёрский» взгляд на супруга своей любимой женщины.

– Да кто ты такой, чтобы меня учить! – согнулся в коленках от возмущения и продолжал орать хозяин квартиры. – Ты! Щенок!

Александр опять отвернулся в сторону и закатил глаза.

– Ну, ещё скажи, что у меня молоко на губах не обсохло.

Чарльз тяжело дышал и молчал, ошалело вытаращив глаза на парня.

– И этот, как ты выразился, щенок, – юноша сделал паузу, – трахал твою жену последний месяц регулярно. А она трахала его. Так что успокойся и сядь. Это в твоих же интересах.

И вот тут нижняя челюсть Чарльза вдребезги разбилась об пол, а сам он послушно плюхнулся в кресло, поскольку привык свои интересы всё-таки чтить. Александр подался к хозяину квартиры всем телом и облокотился о колени.

– Видишь ли, Чарльз, – принялся крутить он между пальцами крышечку от флеш карты, – всё дело в том, что я запал на твою жену, – юноша посмотрел на своего собеседника, как бы контролируя его самочувствие и способность усваивать информацию. В глазах Чарльза сверкнули молнии, но грома не последовало, поэтому парень продолжил: – А она запала на меня, – он опять сделал паузу. – Поначалу мне это льстило. Всё-таки это тебе не малолетняя мокрощёлка, а состоявшаяся женщина с образованием и всё такое. Ты знаешь, – юноша шмыгнул уголком рта, – было клёво, – скептически скривил он губы. – Я неплохо с ней развлёкся, на каникулы ездили в хайлэндс, пока ты там прогибался под своих издателей во Франции, – Александр высокомерно улыбнулся. – Новый год встретили в Лондоне – короче, всё было по кайфу.

Чарльз это слушал с выражением лица загнанного глубоко в угол пса. Причём каждое слово гостя загоняло мужчину в этот его угол всё глубже и глубже. У него пробовала было «зашевелиться шерсть на загривке», но что-то не получилось.

– Но праздники кончились, – Александр с сожалением на лице, поджал свой мужественный подбородок. – У меня впереди учёба, карьера, все дела, – он выпрямился и хлопнул ладонями по коленкам. – Твоя жена стала меня напрягать. Видишь ли, она, признаться, излишне навязчива, – он сделал паузу, позволяя своему визави, возразить, ведь его утверждение было вопиющей ложью. Просто безбожной. И услышав лишь тишину, продолжил: – Поэтому забирай-ка её назад. Обещаю, что не ударю тебя в ответ, если ты пару раз съездишь мне под дых. Я это заслужил, – и парень посмотрел в глаза Чарльзу таким умным, взрослым взглядом, что тот сник окончательно. Может быть, ещё и потому, что у него такого взгляда не получалось никогда, как бы он ни старался.

Мистер Рочестер закрыл лицо руками, будто хотел спрятаться от всего, что с ним сейчас происходит. Потом, тоже облокотившись о колени, как и его гость, он переместил сложенные лодочкой ладони на уши и принялся жевать губы, покачиваясь взад-вперёд как японская статуэтка-болванчик.

Никто не нарушал молчания. Притихла и Сула, лежавшая тут же.

– Значит, ты вдоволь развлёкся с моей женой и теперь хочешь, чтобы я избавил тебя от её общества? А не сильно ли ты хитрый, молокосос? – наконец зло процедил сквозь зубы хозяин квартиры.

– Она твоя жена, – парировал юноша, откидываясь на спинку кресла.

– Ну, уж нет, мне она теперь тоже не нужна. Пусть катится ко всем чертям, – Чарльз закусил верхнюю губу нижними зубами.

– Жаль, – опять шмыгнул уголком рта Александр. – Она не такая уж и плохая. Ну, подумаешь, закрутила с молоденьким. С кем не бывает.

– Закрой! Свой! Рот! – взревел Чарльз и выпрямился. Сула опять подняла голову, хоть уже и начинала понимать, что ей лучше привыкнуть и не отсвечивать. – Ты её трахал? Она тебя тоже? Вот и забирай её себе! Видеть её больше не хочу в своей квартире! – и мистер Рочестер с силой захлопнул крышку ноутбука.

– Извини, но я для неё недоступен, – Александр в утрированном сожалении скрестил руки на груди, как бы отгораживаясь от предложения. – Ко мне ей дорога закрыта. Если ты не захочешь с ней жить, ну-у-у-у… – он сделал круговое движение рукой с крышечкой от флеш карты, – или не сможешь, и такое тоже бывает, то тогда пусть она едет в свою квартиру в Лондоне, так получается? – юноша с затаённым ожиданием посмотрел на мужчину.