— Где она? — прорезал сонную тишину громогласный вопль. — Где самозванка?

Сайарадил, рассеянно листавшая какой-то скучный фолиант, улыбнулась и окинула опостылевшие стены прощальным взглядом. Скучать по этому месту она точно не будет.

Дверь приоткрылась, и в комнату, не утруждая себя церемониями, проскользнула веснушчатая служанка.

— Господа требуют вас к себе, — сообщила она без должной почтительности в голосе.

— Передай, что я скоро спущусь, — томно вздохнула Сая.

Служанка поджала губы и выскочила из комнаты, хлопнув дверью. Сайарадил беззвучно рассмеялась: ее забавляло это показное пренебрежение.

— Как смели вы нарушить священный траур, вложив в сердца моих господ ложную надежду? — грохочущий голос был слышен издалека.

— У нее есть кольцо, — голос наместника звучал намного тише.

— Вы уверены в его подлинности?

— Сейчас вы сами убедитесь в этом.

— Да где носит эту самозванку? Вы перекрыли черный ход?

— С каких пор, Рэмблес, — сказала Сайарадил, появляясь в дверях, — я стала для тебя самозванкой?

Рэмблес обернулся на звук ее голоса и застыл, словно увидел лесного духа. Сая тоже вздрогнула, едва глянув на него — таким истощенным и вымотанным выглядел поверенный ее отца.

— Скажи мне, — сказала она тихо, — отчего ты так постарел?

От звука ее голоса Рэмблес скинул оцепенение, бросившись вперед, бухнулся на колени перед Сайарадил.

— Госпожа! Моя славная госпожа! — простонал он, глядя вверх сверкающими от слез глазами.

— Довольно, — велела Сая, скрывая чувства за недовольством. — Встань сейчас же!

Рэмблес встал, не отрывая от нее взгляда.

— Это же вы? — спросил он, не осмеливаясь прикоснуться к Сайарадил. — Что, если духи-насмешники решили подшутить над стариком?

— Ты не настолько стар, чтобы впадать в детство и верить в духов-насмешников! — фыркнула Сая и дотронулась до его морщинистой щеки. — Теперь веришь, что я живая?

— Кхм… Госпожа Вэй, — ласковый, точно змей, наместник расшаркался в поклонах. — Надеюсь, пребывание в моей доме было для вас приятным?

Сайарадил расплылась в улыбке.

— Ваше поместье произвело на меня неизгладимое впечатление, — заверила она ледяным тоном, от которого наместник изменился в лице.

— Скорее покинем это место, — сказала она Рэмблесу, когда наместник наконец оставил их наедине. — Не хочу оставаться здесь ни минутой больше!

— Я велел пополнить запасы, когда сходил на берег. Команда готова отплыть в любое время, госпожа, но если вы позволите дать совет, — сказал Рэмблес, когда они спускались вниз в речным докам, — то я скажу, что в Эндрос стоит отправиться сухопутным путем.

Сайарадил задумчиво прикусила губу.

— Видимо, жрецы выслали за мной корабль, — заключила она.

— Откуда вы знаете? — удивился Рэмблес.

— Я ждала чего-то подобного. Ты обогнал их?

— Команде удалось выиграть около полусуток. Первохрам выслал за вами сразу два корабля, но они не так быстроходны, как корабль сенатора.

— Тебе известно, для чего они плывут сюда? — спросила Сая.

Рэмблес нервно кивнул:

— Вчера был подписан указ о вашем аресте.

Сайарадил зажала рот ладонью, пытаясь сдержать смех.

— Официальный указ? — простонала она. — А если бы я была самозванкой?

— Именно этот шаг Первохрама окончательно убедил вашего отца выслать корабль, — сообщил Рэмблес.

— Настолько же беспомощным он себя чувствует, раз решился на такое! — пробормотала Сая и добавила громче: — От Дагара до устья Тиуры больше суток пути, не так ли? Жаль, что мы встретимся с ними на реке, а не на море!

— Госпожа! — воскликнул Рэмблес отчаянно. — Сухопутные тракты безопасней!

Сайарадил усмехнулась:

— Не для меня.

Солнце начинало клониться к закату. Корабль под флагом Валлардов быстро скользил по темным водам Тиуры. Сайарадил стояла на носу корабля и вглядывалась вдаль. Рэмблес ходил вокруг нее кругами.

— Как думаешь, — спрашивала Сая, — получится ли обойти корабли жрецов на скорости? Наше судно быстрее… Они же не станут нас атаковать? Видит Небо, мне не хочется вступать в сражение!

— Еще не поздно сойти на берег, — в который раз предлагал Рэмблес.

Сая вгляделась вперед; ее глаза блеснули влажным голубоватым светом.

— Поздно, — возвестила она.

Рэмблес прищурился, пытаясь что-либо разглядеть в сумеречной дали. В этот самый миг смотровой с мачты прокричал, что видит прямо по курсу пять кораблей.

— Почему их так много? — заволновался Рэмблес.

— Шесть кораблей, — рассеянно уточнила Сайарадил. — Не понимаю… Четыре корабля стоят в ряд: у двух посередине подняты флаги Первохрама, а у тех, что по бокам, стяги Эндроса… Это же боевые триремы! Но ведь жрецы не могли послать за мной корабли нашего флота!.. Еще две триремы стоят в стороне, — Сая опустила глаза, потерла переносицу и тихо добавила: — На одной из них поднят флаг Кассиев.

— Флаг рода-основателя? — воскликнул Рэмблес. — Это означает, что сам его глава на борту!

— Принцепс Сената? — удивилась Сая. — Он разве покидает Эндрос?

Рэмблес задумался: принцепс Сената, относился к той категории аристократов, которые даже за стены Старого города выезжали очень неохотно.

— Если кто и способен приструнить жречество, так это главный из родов-основателей Эндроса, — пробормотала Сая; глаза ее восторженно расширились. — Эндрос принимает меня!

— Не радуйтесь заранее, — проворчал Рэмблес и приказал капитану замедлить ход.

Очертания кораблей проступали все отчетливей: теперь их можно было разглядеть невооруженным взглядом. Видно было, как на палубе корабля под флагом Кассиев засуетилась команда, спуская на воду лодку с тремя пассажирами: два гребца и тучный человек, кутавшийся в богатый меховой плащ.

— Я должен увидеть поверенного главы рода Валлардов! — крикнул толстяк, когда лодка подплыла к кораблю Валлардов.

— Это поверенный принцепса, Октавий Бархой, — прошептал Сае Рэмблес, откинул на спину капюшон и крикнул: — Приветствую тебя, Октавий!

— Приветствую, — кивнул тот, признав Рэмблеса. — Скажи, оправдались ли твои ожидания в Дагаре?

— Я встретил там свою госпожу! — ответил Рэмблес.

— Надеюсь, она пребывает в добром здравии? Ей не составит труда выйти на палубу?

— Не показывайтесь! Ему просто хочется поглазеть на вас, — возмущенно прошептал Рэмблес, но Сая уже подходила к борту корабля, снимая капюшон.

— Не стоит беспокоиться о моем здоровье, любезный Октавий, — улыбнулась она. — Северный климат оказался подходящим для меня!

Круглое лицо поверенного вытянулось от удивления, но он мгновенно справился с собой: обращение к родовой аристократке требовало предельного такта, даже если она больше смахивала на растрепанную лесную дикарку, чем на знатную особу.

— У меня есть послание от моего господина, принцепса Сената Тирвуса Даглара, главы рода Кассиев, которое я должен вам зачитать, — Октавий с важным видом вытащил из-за пазухи свиток. — 'Сайарадил Валлард Вэй! Сенат, чье слово является выражением воли народа Республики, сообщает, что ждет вашего возвращения на родную землю. Неприкосновенность родовой аристократии защитит наследницу рода Валлардов от любых посягательств на ее свободу'.

Закончив читать краткое послание, Октавий гордо посмотрел на Сайарадил. Та с любопытством прищурилась.

— Значит, во втором свитке приказ о казни самозванки? — спросила она про между прочим.

Машинально хлопнув себя по груди, где был спрятан второй свиток, Октавий угодливо расхохотался:

— Слухи о вашем даре бередят умы Эндроса, госпожа!

— Это не слухи, — заверила его Сая.

Толстяк поперхнулся смехом; под весом его внушительных телес лодка опасно покачнулась, но он устоял, схватившись за край бортика.

— Любезный Октавий, — окликнула его Сая, — скажите, кто находится на корабле под флагом Кассиев?

Поверенный залоснился улыбкой.

— Принцепс послал вам навстречу своего старшего сына, чтобы предупредить возможные… хм… недоразумения, которые могли возникнуть из-за… хм… недопониманий, — Октавий оглянулся на жреческие корабли.

Сайарадил кивнула. Рассыпавшись в пожеланиях приятного пути, поверенный грузно плюхнулся в лодку и приказал гребцам налечь на весла.

— Старший сын принцепса, — задумчиво протянула Сая; она прекрасно знала генеалогию родов основателей, но нынешним положением дел в Старом городе не владела. — Расскажи мне о нем!

— Вергус Даглар — единственный сын от первого брака принцепса. Сейчас ему, — Рэмблес задумался, — двадцать шесть лет. Умен, талантлив, но заслужил славу человека себе на уме. Все были уверены, что он продолжит династию сенаторов, но Вергус избрал дипломатическую службу, чем очень огорчил отца. Среди знати не секрет, что отношения между принцепсом и страшим сыном напряженные, но он все равно остается наследником рода.

Видно было, как Октавий взобрался на борт корабля. Рэмблес махнул рукой, отдавая команде приказ отплывать. Сайарадил увидела, как навстречу Октавию на палубу вышли два человека. Оба были закутаны в теплые плащи с надвинутыми по самые глаза капюшонами. Свет закатного солнца слепил глаза; Сая сощурилась, пытаясь рассмотреть черты лиц незнакомцев, но ей лишь удалось увидеть, что у одного плащ был подбит лисой, а у второго — мехом песца.

Корабли под флагами разных родов приближались друг к другу. Октавий бурно жестикулировал, рассказывая что-то двум господам. Сая отвернулась, чтобы не видеть, как на лице поверенного расплывается ехидная ухмылка: он в красках расписывал неподобающий наряд наследницы Валлардов. Человек, облаченный в лисий мех, остановил его взмахом руки и, подойдя к борту, поднял к лицу руку. Сайарадил узнала магическое стекло — простейший артефакт, позволяющий видеть предметы с расстояния. Человек, лицо которого как бы невзначай было прикрыто капюшоном, разглядывал Сайарадил, а она, в свою очередь, могла увидеть только кончик его носа!