39. Без любви. Перевод Ю. Ряшенцева

Непреложно: Без любви ни лес в тиши, ни ветер в гневе, Ни светило, правящее в небе, Невозможно! Невозможна Красота на белом свете без любви. Жизнь ничтожна. И вовеки нет бессмертья без любви! Но из всех из чувств Последняя любовь — Как цветок иль плод осенний, спелый. Для усталых уст Последняя любовь — Лучше первой! Нет в ней урагана, нет борьбы — В чем потеря? Нет упрямством сломленной судьбы, Нет в ней зверя!.. Да, цветы ее, предтечи всех снегов, Не похожи На цветы весенних ярких берегов — Ну так что же?.. В первой страсти Страсть — источник мук, А в последней — Сроки. Нет в ней урагана, Но вокруг — Он, жестокий. Он ее печальный нежный цвет Окружает. Пощадил бы горькую, но нет — Сокрушает! Вот она, печальная, — увы! — И завяла… Но ведь и бессмертья без любви Не бывало! Непреложно: Без любви на этом божьем свете Ни движенье, ни само бессмертье Невозможно. 1914

40. Женщине с гор. Перевод Э. Александровой

Лишь встречу бездонный твой взгляд ненароком, Небесной сверкающий голубизною, И сердце грустит о селенье далеком, И прошлое зыблется передо мною. О, чистой души затаенное пламя! О, первой любви твоей звездная святость! …Встает покосившийся дом пред глазами, Колонн обветшалость, и крыши покатость, И сад наш, заглохший, в раскидистых кронах, Где дикий шиповник струит ароматы, — О, сколько бессонных, луной озаренных, Безумных ночей я провел там когда-то! Кто знает, как горько рыдал я, бывало, Как долго тянулись часы ожиданья И как безысходно душа тосковала, Когда поняла, что не будет свиданья! Но мир, в глубине твоих глаз затаенный, Однажды познав, позабуду ли вновь я? Доныне, навеки с тобой разлученный, Тревожусь о нем я с тоской и любовью. В бездушной толпе, где кумир — наслажденье, Где нагло бесчинствует власть чистогана, Спасется ль душа твоя от омертвенья, От всеразрушающей силы обмана? На женщин смеющихся глядя угрюмо, С толпой их не смея покуда смешаться, Стоишь ты, объята мучительной думой, Пытаешься в чем-то еще разобраться; Еще тебе страшно, еще тебе больно, Еще тебе хочется плакать, бывает, — Но ты уже с ними…                             И в сердце невольно Обида и гнев на тебя закипают. И горько за душу, чья доля — до срока Погибнуть в бездонной пучине порока. 1914

41. Ты ждешь? Перевод В. Леоновича

Не жди от меня молений — Мне жалок любовный бред — Сил моих нет! Есть гений Любви И Смерти гений — Третьего нет. Сердце смеется. Раньше — любило око. Не всё ли равно? Правды не остается, И жизни не остается, И третьего — не дано. 1914

42. «Никогда не бредится свободой…» Перевод Г. Маргвелашвили

Никогда не бредится свободой Так самозабвенно, как весной,— Стоит лишь оттаявшей природе Зашуметь отчаянной листвой. А когда украсится цветами Синий бархат вытканных лугов И с утра, под птичье щебетанье, Затрепещут крылья облаков, Кто-то властно призывает к жизни — К гибели бредущего, меня… Но увы, увижу лик отчизны И опять вкушаю горечь дня. 1914

43. Поэт. Перевод О. Ивинской

Сколько раз я твердил — для кого И кому посвятил я заботы! Сколько раз, проклиная работу, Собирался предать мастерство, Чтоб уже не писать ничего. Сколько раз я хотел подавить Увлечение словом для слова, Хоть и броско оно и толково, И мелодии гневной, суровой Без остатка себя посвятить! В мощном гуле народного гнева Позабыть о себе до конца, Стать бы только припевом к напеву, Призывая к свободе сердца И в рабе пробуждая бойца! Слейся с нищими братьями в хоре, Слейся, с ними родства не тая, Слейся с музыкою бытия, Стань собратьям поддержкою в горе, Неподкупная лира моя! 1914

44. Оплаканный ветром. Перевод В. Леоновича

Листок отлетает, оплаканный ветром, Пылает октябрь горячо. Природа грустит о листке неприметном, О первом — о чем же еще?