Пустые трибуны разноцветными секторами спускались к синему морю. Почти у воды его

ждала самая обычная женщина в легкомысленно-ярком летнем платье и с зонтиком от

солнца. Он даже подумал, что ошибся, и это просто одинокая туристка. Но зонтик раскрылся

на двоих. При этом она даже не оборачивалась: видела спиной. Он, конечно, предпочел бы

мужчину для делового разговора и посерьезнее.

- Благодарю, - Конс, слегка волнуясь, сел рядом в тени, - я не Леций, как видишь, и

пришел не на свидание.

- Вижу. Зачем ты меня обманул?

- У меня очень мало времени. Извини уж.

Она была незнакомая, красивая, темноглазая, похожая, как ни странно, на него самого и

немного на Рицию.

- Успокойся. Время есть всегда. Его во вселенной предостаточно.

- Кому как, - усмехнулся Конс.

- Хорошо. Не теряй его. Рассказывай, что у вас случилось.

Ему как-то странно было говорить о таких проблемах с пляжной дамочкой, да еще и

признаваться в том, что он понятия не имеет, что делать дальше, чтобы всё не испортить. Он

был сторонник прямоты и грубой силы, а тут требовались другие методы. Лаорм, впрочем,

слушал внимательно.

- За Кадма тебе отдельное спасибо, а вот за Мегвута…

Под ними зашевелились раскаленные на солнце лавочки: Мегвута Лаорм тоже не

жаловал.

- Возможно, он уже на Пьелле, - сказал Конс, - но для нас он практически неуловим и

неуязвим. Единственный шанс его поймать - Сирена.

- В чем же дело? Привези сюда Сирену.

- Дело в тебе. Насколько я знаю, ты плохо к ней относишься.

- Я ее не трону, успокойся. Леций просил за нее, я обещал. Наоборот, я дам ей охрану,

которая и схватит Мегвута. Против Оборотней эффективны только Оборотни.

- Спасибо.

- Не за что. Но я бы предложил совсем другой план.

Красивая женщина говорила от мужского лица, это с непривычки шокировало. И

почему-то злило, что она так любит Леция.

- Какой план?

- Думаю, никакой кнопки у Мегвута нет. Скорее всего, это блеф. Нхои Зуфф тщеславен.

Судя по всему, запредельно тщеславен. Посуди сам, какие у него возможности разместить тут

взрывные устройства? Это не корабль, который в его распоряжении.

- Да, но ему придется это сделать, раз он хочет стать Стратегом.

- Думаю, он хочет больше. Его амбиции простираются в бесконечность. Разве он захочет

быть членом Совета, если можно быть его главой? Тенанамет, как я понял, умеет держаться в

тени и прятаться за фигуру Императора. Мегвут уже не сможет. Он потерял контроль над

своими желаниями. Эта его борьба со Стратегами может нам помочь.

- От такого придурка действительно не знаешь, чего ждать, - усмехнулся Конс.

Мадам кокетливо поправила шляпку, но сказала очень серьезно.

- Риска. Самого безрассудного риска. По любому поводу. Он всегда был пижоном, я

наказывал его за это. А теперь его дурь не сдерживается ничем. Этим можно

воспользоваться.

- Я не силен в интригах.

- Да. Ты не игрок. Поэтому хочешь всё сразу обрубить. А я предлагаю отпустить Мегвута

с Сиреной и посмотреть, что будет дальше. Вы не победите лаклотов силой, надеюсь, это вы

понимаете? Леций наверняка не хочет открытого столкновения.

Конс понимал только, что слишком туп для таких интриг, и что слишком устал.

- Значит, я должен приволочь девчонку силой и отдать в лапы этому ублюдку? Такова моя

роль? Леций весь в белом, а я, как всегда, весь в дерьме по его милости!

– 444 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 4 – Праздник Возрождения

- А ты весь в черном, - улыбнулась собеседница и посмотрела ласково, лучистыми

черными глазами, - разве это не так?

Он усмехнулся.

- Так.

- Почему? Ты хмур и мрачен, на тебя больно смотреть. Тебя что-то гложет?

- Меня?..

Она положила ему руку на колено, обычную теплую женскую ручку.

- Я давно хотела увидеть тебя, Миджей. Хорошо, что ты наконец пришел ко мне.

- Говори… как мужчина, - насупился он, но сопротивляться не мог, - мы не на свиданье.

Он вообще-то догадался, кто перед ним, учитывая, кого она ждала. Своего любимого

Леция. Тот рассказывал когда-то, что видел мать и был этим потрясен. Конс приписал это его

сентиментальности. Подумаешь, видел! Даже если Лаорм и принимал ее обличие, то это был

только муляж, к нему нельзя было относиться серьезно. А теперь вдруг показалось, что она

настоящая, Ассоль Адела Индендра, женщина, которую он никогда не видел, но такой и

представлял.

Неожиданно это оказалось так сильно и остро, что у него даже дыхание перехватило.

Она завладела его рукой, она погладила его волосы, он не шевелился и не дышал, у него

какой-то огромный вопль зрел в груди или звериный рев.

- Ты же знаешь, Миджей, что вы - одно целое. Вы дополняете друг друга. Он такой

только потому, что есть ты. Я это прекрасно вижу - я сам состою из частей.

- Сама, - поправил он и перехватил ее руку, - сама.

- Как скажешь.

- Не уходи, мама. Просто посиди со мной.

И они сидели долго, пока горячее солнце не укатилось к горизонту.

****************************

Мравия не раз пожалела, что Конса нет. Мать совсем разбушевалась в его отсутствие. То,

что Глусто сбежал, никак не укладывалось у нее в голове.

- Идиотка! - орала она в который раз, - это ты его выгнала! Признавайся, чем он тебе

мешал?! У тебя всё есть! Всё! Чего тебе не хватает?!

- Мама…

- Молчи, дура, я всё знаю! Стерва, не хочешь ему успешной судьбы? Мальчик спит под

открытым небом, на голых досках…

- Там есть крыша. И стены есть.

- Дура! Разве я это ему прочила!

- Глусто сам так захотел.

- Издеваешься? Этой жизни можно захотеть? Просто он слишком много знал про тебя,

вот ты его и выгнала!

- Думай, что хочешь, - Мравия устала оправдываться, - вот тебе фрукты, а вот взбитые

сливки. Я пошла.

Отделаться от нее не удалось. Через полчаса разъяренная мать притащилась к ней в

спальню, стуча тростью о звонкие плиты пола.

- Вези меня к нему!

- Что?!

- Я мать. Я хочу видеть своего несчастного сына!

Мравия прекрасно знала, что видеть ее брату никак нельзя. Он не выносил ее взгляда.

Бедный Глусто, он думал, что спрятался от нее! А куда было спрятаться от ее чудовищной

любви?

- Мама, ну куда тебе лететь? Ты же не выдержишь дороги.

- Вези.

Тавлия выпучила глаза, и она затрепетала перед ней как заяц. Захотелось попятиться и

забиться в норку.

- Вези, стерва. С каких это пор ты мне возражаешь?

– 445 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 4 – Праздник Возрождения

- Да уж пора, - тем не менее ответила Мравия, - когда ты нам дашь жить своей жизнью,

мама?

- Ого, - усмехнулась та, - она и вправду возражает! Да что вы смыслите в жизни, два

придурка? Кем бы ты была без меня? Это я тебя сделала без пяти минут королевой! А если

твой Конс узнает, что ты убийца? Кем ты будешь тогда?

- Мама, я никого не убивала. И Конс об этом знает. Он мне верит.

- Ах, верит? - мать набычилась, - да просто ему плевать, этому черному дьяволу! Он сам

убьет кого угодно! А вот, что скажет Ибрагор? И другие львы?

- Мама… - у Мравии даже колени ослабли, как будто она и вправду была виновата, - ты

же не сделаешь этого?

- Конечно, нет, - зыркнула на нее Тавлия, - вези меня к Глусто.

Пришлось согласиться. Львы, в отличие от аппиров, и меньших грехов своим сородичам

не прощали. Даже нарушение аскезы было позором, чего уж говорить об убийстве! Это было

так чудовищно для них, что не укладывалось в голове. Может, поэтому она и остановила

тогда Эцо? Наверное, зря. Нет теперь жизни ни ей, ни брату.

В лагере львов, как на другой планете, царила легкая, оживленная атмосфера. Мравию