радостно приветствовали, не совсем понимая, что это за старая злобная тетка плетется рядом

с ней, стукая тростью. Имя Глусто тоже вызывало здесь улыбку.

- Вон его дом! - указали ей, - на втором этаже они живут, в крайней комнатушке.

- Кто они? - уточнила Мравия, ей не хотелось, чтобы были свидетели его разговора с

матерью.

- Они с Илис. Им комнату отвели отдельную. Уж больно они страстные! Говорят, по

ночам подзаряжаться можно, весь дом аж светится! Идут на речку - вода кипит. Так мы и

зиму в лагере протянем!

Это тоже вызывало у львов улыбку и смех. Она же окаменела.

- Какая Илис? Наша Илис?!

- Да, солнце наше. До чего хороша девочка! Повезло твоему брату!

У матери же была своя реакция.

- Так он еще и с этой потаскухой связался!

Цветные ромашки густо и безнадзорно росли вокруг белого домика с оранжевой

крышей. На перилах балкончиков сушилась одежда. Подниматься на второй этаж им не

пришлось. Глусто увидел их из окна и спустился сам… с мечом в руке. Он сроду не держал в

руках оружие и никогда не выглядел таким суровым.

- Уходи, мама, - сказал он коротко, раскосые глаза презрительно сощурились.

Он был хищно красив в этот момент, из-за плеча с любопытством выглянула златовласая

головка Илис, тоже хорошенькой как никогда.

Мать всё поняла, чего тут было не понять? Она хотела замахнуться, но сообразила, что

против меча ее палка - что соломинка.

- Забыл, о чем мы с тобой договаривались? - чуть не прошипела она.

- Не помню, - ответил он.

- Вот это выбрал, да? Вот это дерьмо, эту нищету и вот эту шлюху?

- Да.

- Значит… сына у меня теперь больше нет?

- Нет.

Отвечал он коротко, всё-таки ему было трудно под ее взглядом. Мравия даже

прослезилась, вообще-то она не ожидала, что Глусто на это способен, изнеженный,

избалованный лентяй без каких-либо целей в жизни и идеалов.

- Дурак, - с ненавистью и совершенно не смирившись сказала Тавлия, - какой же ты

дурак, Глусто. Ты об этом пожалеешь и очень даже скоро.

Тяжелой поступью она направилась по каменной дорожке назад. Трость стучала всё

тише и тише, удаляясь. Мравия стояла и плакала. Илис кинулась к ней, совершенно не

понимая, что тут сейчас произошло. Какой бы они ни были влюбленной парой, вряд ли

Глусто ей это рассказывал. Это только они двое знали друг про друга, да Эцо увидел

случайно. Вот и всё.

- Ты его любишь, Илис, да?

– 446 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 4 – Праздник Возрождения

- Ой, я такая счастливая!

Девочка притворяться не умела, у нее на лице всё было написано - счастье.

- А как же Эцо? - спросила Мравия.

Светлые бровки сдвинулись.

- Да он никого не любит, только свои формулы!

- Как же так, Илис?

- Да вот так, - та только развела руками.

- Он прилетел сегодня, ты знаешь?

- Знаю. Может, и заметит через неделю, что меня нет!

- Да, он странный мальчик, - признала Мравия, вовсе не собираясь этому радоваться,

потому что мысленно она давно уже от этого мальчика отказалась, так же как он когда-то

отказался от нее.

- Не плачь, - подошел к ней Глусто. - У нас еще есть места. И мечи. Слышишь?

- Спасибо, - посмотрела она ему в глаза, - ты же знаешь: что тебе можно, мне нельзя.

- Ну, прости, - понял он и потупился.

Как будто тень набежала на его широкое и сияющее лицо, тень былых грехов. И весь

этот солнечный и счастливый мир показался вдруг иллюзорным.

- Хочешь, я признаюсь? - спросил он обреченно.

- Не вздумай, - сказала она. - И тех не вернуть, и тебе головы не сносить. А у меня всё и

так хорошо. Я ей нужна, ничего она мне не сделает.

- Ты бы видела свое лицо, - горько усмехнулся Глусто.

- Да?

- Иди, догоняй ее. А то еще больше разозлится.

Мать даже не разозлилась, она позеленела от гнева. Всю дорогу она молчала и

поглядывала хмуро. Мравия понимала, что если Глусто вырвался из-под ее власти, то ей

самой достанется теперь вдвойне. Так молча они и разошлись по своим покоям.

На закате неожиданно прилетел Конс. Мравия никогда еще так ему не радовалась. Она

тут же засуетилась в столовой.

- Ничего не надо, - сказал он, - мы летим к Нрисам.

- Мы?

- Надеюсь, ты будешь меня сопровождать?

Так всегда и было. Они везде появлялись вместе, точнее, втроем.

- Конечно, - сказала она.

- Скажи Рони.

- Рони в больнице, просила ее не беспокоить.

- До сих пор? - нахмурился он, - что она там делает?

- Эти ваши новенькие, эктарты, кажется, они все простуженные, особенно дети. Она их

лечит.

- Эктартов? Да кто из нас знает, как их лечить?

- Говорит, что знает. Господи, это же Рони! Ты что, забыл?

- Помню, - вздохнул Конс, - только никак не привыкну. Что ж, пойдем без нее.

- Пойдем.

- Тебе нужен новый наряд?

- С ума сошел? Куда мне столько?

- Так мало радостей в жизни, - усмехнулся он, - хоть нарядить красивую женщину…

- В другой раз, - улыбнулась Мравия, - это, как я понимаю, узко семейная вечеринка?

- Вообще-то да.

И все-таки она постаралась быть красивой в этот вечер. Спрятала слезы, спрятала

волнение, надела вишневое платье, которое было ей особенно к лицу. Все это оценили, даже

малыш Сириус что-то сказал о ее красоте, и только Эцо Нрис этого не заметил, как не

заметил и исчезновения своей ветреной невесты.

Он вообще был другой, какой-то взрослый, серьезный и недоступный. Он вернулся

оттуда, где кипели совсем другие страсти: Оборотни, полуоборотни, отверженные уроды,

остатки уничтоженной цивилизации, обыски, преследования… Он деловито рассказывал об

– 447 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 4 – Праздник Возрождения

этом за столом, и его рассказ совершенно не вязался с этим нарядным залом, с запахом

многочисленных свежесрезанных букетов, приправ к мясу и сладких пирожков.

Мравия молча слушала вместе со всеми и только огорчалась, как далека она от всего

этого, как вообще она далека от его жизни. А будет еще дальше.

Пока Руэрто танцевал с ней, она попыталась кое-что узнать не о лаклотах, а о личной

жизни своего мальчика. Каково ему? Илис была счастлива, а он? В самом деле он так спокоен

или переживает в душе?

- Он хорошо держится, да, Эрто?

- Старается.

- Расстроился?

- Делает вид, что нет. Но ты же видишь? Боюсь, как бы он вообще женщин не

возненавидел.

Эцо единственный, кто не танцевал и не веселился вообще, предпочитая деловые

разговоры или одиночество. Детишки с Наолы - Антарктида и Йон - пытались развлечь его

своими оригинальными шутками, но тщетно.

- Да ты не бойся, - усмехнулся Руэрто, - дуэли с твоим братом не будет. Эцо парень

мирный.

- Я не боюсь, - сказала она, - просто сочувствую.

- Даже не знаю, как его развлечь, Мрай. Стоит столбом! Послушай, ты потанцуй с ним,

а? Пусть хоть за красивую женщину подержится!

- Я?..

- Ну да! Хорошая идея? Он у нас не отвертится!

Мравия и опомниться не успела, как они оказались возле скучающего Эцо, и Нрис

передал ее в руки ничего не подозревающему сыну, как будто не нарочно. Очень это было

легкомысленно с его стороны.

- Держи красавицу. Танцуй. А я скоро вернусь.

И вот так оно и получилось. Им пришлось обняться. Песня как раз кончилась, но

началась новая, о любви под парусами и облаками. Первый куплет они так и не смогли

сдвинуться с места, причем оба. Музыка звучала, они стояли обнявшись и смотрели друг на

друга: сначала испуганно, потом изумленно, а потом уже просто никого вокруг не замечая.

Что-то происходило, их слепляло как два магнита, а ноги стали ватными. И как-то сразу

стало ясно, что не просто так они тогда, в комнате матери, кинулись друг к другу.