— Ты пустила его к себе в постель, не так ли?

Вопрос, заданный шепотом Эмери, заставил Несту резко повернуть голову к ней, мышцы живота задрожали, пока она пыталась удержать планку. Эмери, в точно такой же позе слева от нее, просто ухмыльнулась, увидев шок на лице Несты. Гвин, сидевшая по другую сторону от Эмери, просто широко раскрыла глаза.

Неста постаралась придать своему лицу нейтральное выражение, стараясь крепко держать мышцы живота.

— Почему ты так говоришь?

— Потому что вы с Кассианом все утро обменивались страстными взглядами.

Неста сердито посмотрела на Эмери.

— Ничего подобного.

Она с трудом удержалась, чтобы не посмотреть через кольцо, туда, где Кассиан теперь тренировал равновесие новой группы жриц — на этот раз пришли еще две, Илана и Лорелея. На самом деле Неста дважды ловила его на том, что он смотрит в ее сторону с тех пор, как два часа назад начался урок, но старалась не встречаться с ним взглядом.

— Да, — прошептала Гвин достаточно тихо, чтобы фейри слух Кассиана не уловил ее слов. Неста закатила глаза.

— Ну, если ты не хочешь говорить об этом, — так же спокойно сказала Эмери, — то хотя бы расскажи нам, что случилось вчера, почему не было урока и где ты была днем.

— Меня попросили держать это в секрете, — сказала Неста. Ее раны уже зажили и исчезли, так что было легко скрывать.

— Это как-то связано с Кладом, — сказала Гвин, ее бирюзовые глаза заметили слишком многое.

Неста не ответила, и этого было достаточно. Эмери знала общую информацию — столько же, сколько и Гвин, — и нахмурилась. Но она продолжала говорить шепотом-тихо.

— Значит, ты действительно не спала с ним?

Неста согнула ноги и сделала поворот туловищем не выходя из планки.

— Я этого не говорила.

Эмери хмыкнула.

Щеки Несты вспыхнули. Эмери и Гвин обменялись взглядами. И именно Гвин спросила:

— Это было хорошо?

Неста сделала еще один поворот, и Кассиан рявкнул с другого конца ринга:

— Гвин! Если бы вы могли делать упражнения так же хорошо, как вы трепетесь, вы бы уже закончили.

Эмери и Гвин злобно ухмыльнулись.

— Извините! — закричали они и двинулись вперед.

Неста замерла, когда взгляд Кассиана встретился с ее. Пространство между ними напряглось, звуки упражняющихся жриц растворились в воздухе, небо над головой стало лазурным пятном, а легкий ветер далекой лаской на ее щеках…

— Ты тоже, Арчерон, — приказал он, указывая на то место, где Эмери и Гвин упражнялись, они явно изо всех сил старались не рассмеяться. — Сделай еще пятнадцать. — Неста бросила на всех хмурый взгляд и снова принялась к поворотам. Вот почему она избегала смотреть ему в глаза.

Внимание Кассиана скользнуло куда-то еще, но с каждым изгибом Неста обнаруживала, что сдерживает желание посмотреть в его сторону. Она трижды сбивалась со счета. Ублюдок.

— Знаешь, Неста, если тебе трудно сосредоточиться…, - сказала Гвин между поворотами.

— О, пожалуйста, — пробормотала Неста.

Гвин хрипло рассмеялась.

— Я серьезно. Вчера вечером я узнала о новой технике Валькирий. Она называется «Успокоение разума».

Неста спросила, когда ее тело ныло от упражнений:

— И что это за техника?

— Они использовали ее, чтобы успокоить свой разум и эмоции. Некоторые делали это по три-четыре раза в день. Она заключается в том, что ты садишься и позволяешь своему разуму успокоиться. Это может помочь тебе… сосредоточиться.

Эмери хихикнула, но Неста сделала паузу, игнорируя намек Гвин.

— Такое возможно? Тренировка разума?

Гвин тоже прекратила свои упражнения. Ее дразнящая улыбка стала задумчивой.

— Ну да. Это требует постоянной практики, но в книге есть целая глава о том, как они это делали. Это включало в себя глубокое дыхание и осознание своего тела, а затем освобождение разума. Они использовали ее, чтобы оставаться спокойными перед лицом своих страхов, чтобы успокоиться после тяжелой битвы и бороться с любыми внутренними демонами, которые в них обитали.

— Иллирийские воины так не поступают, — пробормотала Эмери. — Их головы полны ярости и сражений. После последней войны стало только хуже. Особенно теперь, когда они восстанавливают свои ряды.

— Валькирии обнаружили, что повышенные эмоции отвлекают их от противника, — сказала Гвин. — Они натренировали свой разум быть оружием, острым, как любой клинок. Умение сохранять самообладание, знать, как добраться до этого места спокойствия в разгар битвы, делало их непоколебимыми противниками.

Сердце Несты колотилось с каждым словом. Пытаясь успокоить рассудок …

— Ты можешь попросить писаря сделать копии главы?

Гвин усмехнулась.

— Я уже это сделала.

— Вы трое хотите посплетничать или потренироваться? — рявкнул Кассиан.

Неста бросила на него уничтожающий взгляд.

— Не говорите ему об этом, — предупредила она. — Это наш секрет. — И разве Кассиан не удивится, когда она станет невозмутимой?

Эмери и Гвин согласно кивнули, когда Кассиан неторопливо подошел. Каждый мускул, каждая частичка крови и кости в теле Несты насторожились. Она вернулась в Дом этим утром, Рис безучастно рассеял ее. Кассиана нигде не было видно.

У нее было целых тридцать минут, чтобы позавтракать и переодеться в запасную кожаную одежду, поскольку та, в которой она была в болоте, все еще высыхала. Пара, которую она надела, была больше — не мешковатой, а просто немного больше. Она и не заметила, насколько тесной была ее обычная одежда, пока не переоделась в гораздо более удобную. Она и не замечала, сколько мускулов появилось на ее бедрах и руках за этот месяц, пока не поняла, что ее движения были ограничены старой одеждой.

Кассиан остановился перед ними, уперев руки в бока.

— Есть ли сегодня что-то более интересное, чем ваша тренировка?

Он знал. Ублюдок знал, что они обсуждали его. Искорка в его глазах, полуулыбка подсказали ей.

Губы Эмери задрожали от усилия сдержать улыбку.

— Вовсе нет.

Внимание Гвин металось между Нестой и Кассианом.

Кассиан обратился к жрице:

— Да?

Гвин покачала головой слишком быстро, чтобы показаться невинной, и снова начала повороты туловища, пот блестел на ее веснушчатом лице. Эмери присоединилась к ней, они так усердно приступили к упражнениям, что это было смешно. Неста посмотрела на Кассиана.

— Что?

Его глаза просто светились от грязных мыслей.

— Ты закончила свой набор упражнений?

— Да.

— А отжимания?

— Да.

Он подошел ближе, и она не смогла не подумать о том, как он подошел прошлой ночью, как эти руки обхватили ее бедра, когда он вошел в нее сзади. Должно быть, что-то отразилось на ее лице, потому что он тихо сказал:

— Ты делаешь успехи, Нес.

Она сглотнула и поняла, что две женщины рядом с ней поглощают каждое слово. Но она вздернула подбородок.

— Когда мы сможем сделать что-нибудь полезное? Когда мы начнем стрелять из лука или упражняться на мечах?

— Ты думаешь, что готова взяться за меч?

Эмери издала шипящий звук, но продолжала работать.

Неста отказывалась улыбаться, краснеть, и не отрывая взгляда от Кассиана, сказала,

— Только ты можешь сказать мне об этом.

Его ноздри раздулись.

— Вставай.

***

С тех пор как Кассиан вышел из спальни, он уже раз двадцать повторил себе, что секс был ошибкой. Неста бросала ему вызов, но эти недомолвки, похожие на шипящее пламя…

Она хотела только секса, но этот секс был лучшим, черт возьми, сексом, который у него когда-либо был.

Неста моргнула.

— Что?

Он кивнул в сторону центра ринга.

— Ты меня слышала. Ты думаешь, что готова взяться за меч, а потом делаешь такое.

Ее друзья явно знали о том, что они сделали прошлой ночью. Эмери даже не могла скрыть смеха, а Гвин украдкой поглядывала на них.

Он рявкнул на двух девушек:

— Заканчивайте свои упражнения сейчас же или сделаете еще один подход.

Они перестали таращиться.

Неста все еще смотрела на него, пот и напряжение заливали краской ее прекрасное лицо. Капелька пота скатилась по ее виску, и ему пришлось сжать кулаки, чтобы не наклониться и не слизнуть ее.

— Мы будем учиться владеть мечами?

Он направился к стойке через ринг, и она последовала за ним.

— Начнем с деревянных тренировочных мечей. Только через свой труп, я позволю послушницам взять настоящую сталь.

Она хихикнула, и он напрягся.

— Если ты слишком по-детски говоришь о клинках, с усмешкой, значит, ты не готова к бою.

Она нахмурилась. Но Кассиан сказал:

— Это оружие смерти. — Он повысил голос, чтобы его услышали все женщины, хотя говорил только с ней. — К ним нужно относиться со здоровой дозой уважения. Первые семь лет я даже не прикасался к настоящему мечу.

— Семь лет? — спросила Гвин позади них.

Он подошел к стойке и вытащил длинный клинок, почти точную копию иллирийского.

— Ты думаешь, дети должны размахивать настоящим мечом?

— Нет, — пробормотала Гвин. — Я просто хотела спросить — ты планируешь, чтобы мы семь лет тренировались с деревянными мечами?

— Если вы трое продолжите хихикать, то да.

— Не позволяйте ему запугивать вас, — сказала Неста Гвин и Эмери.

Кассиан фыркнул.

— Опасные слова для женщины, которая собирается сразиться со мной лицом к лицу.

Она закатила глаза, но заколебалась, когда он протянул тренировочный меч.

— Он тяжелый, — заметила она, принимая его.

— Настоящий меч весит больше.

Неста взглянула на его плечо, откуда выглядывала рукоять клинка.

— Неужели?

— Да, — Он кивнул на ее руки. — Двойная хватка на рукояти. Не берись слишком близко к концу.

Эмери закашлялась, и рот Несты дернулся, но она сдержалась от улыбки. Даже Кассиану пришлось подавить смех, прежде чем он прочистил горло.

Но Неста сделала, как он велел.

— Ноги там, где я тебе показывал, — сказал он, прекрасно зная, что все смотрят на них. По тому, как посерьезнело лицо Несты, Кассиан понял, что она тоже в курсе. И что этот момент, когда все эти жрицы наблюдали, был каким-то поворотным.

Жизненно важный.

***

Неста встретилась взглядом с Кассианом. И каждая мысль о сексе, о том, как хорошо это было, вихрем вылетела из ее головы, когда она подняла клинок перед собой.