Иллирийский воин был меньше, чем тот, которого убила Неста, но этот мужчина заполучил в свои руки лук и стрелы.

— Дай мне твое оружие, — приказал он, окидывая ее взглядом, отмечая кровь, покрывающую коркой ее лицо, подбородок и шею.

Неста не двигалась. Она даже не опустила подбородок.

— Отдай мне свое гребаное оружие, — предупредил мужчина резким голосом.

— Откуда ты взялся? — спросила она, как будто он не целился ей в лицо стрелой. И затем, прежде чем он успел ответить: — Там была еще одна женщина?

Мужчина моргнул — и это было единственное подтверждение, в котором нуждалась Неста, прежде чем отдать стрелу. Медленно-медленно потянулась за ножом.

— Ты ее тоже убил? — Ее голос упал до чистого льда.

— Эта сучка-калека? Я оставил ее с остальными. — Он ухмыльнулся. — В любом случае ты лучшая добыча.

Эмери. Она не могла быть далеко, если этот мужчина уже видел ее. Неста вытащила нож.

Мужчина продолжал держать стрелу наготове.

— Брось его и отойди на десять шагов.

Эмери была жива. И рядом. И в опасности.

И этот ублюдок не помешает Несте спасти ее.

Неста склонила голову, опустив плечи в том, что, как она надеялась, мужчина считал проявлением смирения. И действительно, он улыбнулся.

У него не было ни единого шанса.

Неста опустила нож. И взмахнула запястьем, растопырив пальцы, позволяя ему взлететь к мужчине.

Прямо в пах.

Он закричал, и она бросилась в атаку, когда его рука опустилась на лук. Она врезалась в него и в оружие, тетива захлестала ее по лицу достаточно сильно, чтобы вызвать слезы, они упали вниз, и он закричал…

Никто не встанет между ней и ее друзьями.

Ее разум скользнул в холодное и спокойное место. Она схватила лук и отшвырнула его. Пока мужчина корчился на земле, пытаясь выдернуть нож, пронзающий его яйца, она прыгнула на него, вонзая лезвие сильнее. Его крик заставил птиц взлететь с сосен.

Неста выдернула клинок. Она схватила две стрелы, но не потрудилась освободить колчан, приколотый к его спине. Она подобрала иллирийский лук и побежала в том направлении, откуда он пришел.

Его вой преследовал ее на протяжении многих миль.

***

Река объявила о своем присутствии задолго до того, как Неста добралась до нее. То же самое делали воины на ближайшем берегу, осторожно переговариваясь друг с другом — прощупывая друг друга, догадалась она, — наполняя то, что казалось флягами. Как будто их тоже кто-то оставил.

Никаких признаков Эмери.

Она держалась за деревом с подветренной стороны и прислушивалась.

Ни единого шепота об Эмери или другой женщине. Просто разговоры о союзах, которые они создавали, о том, как добраться до Рамиэля, и кто оставил им оружие и фляги …

Она уже собиралась поискать удобное место, чтобы пересечь реку, подальше от мужчин, когда услышала:

— Жаль, что эта сука сбежала. Она была бы хорошим развлечением в холодные ночи.

Все в теле Несты замерло. Эмери добралась до этой реки. Живой.

Другой сказал, отпивая из бурлящей воды:

— Ее, вероятно, смыло на полпути вниз с горы. Если она не погибла, звери доберутся до нее еще до рассвета.

Эмери, должно быть, прыгнула в реку, чтобы убежать от этих мужчин.

Неста провела пальцами по луку, перекинутому через плечо. Стрелы на ее поясе висели, как гири. Она должна убить их за это. Выстрелить этими двумя стрелами в двух из них и убить их за то, что они причинили боль ее подруге…

Но если Эмери выжила …

Она оттолкнулась от дерева. Скользнула к следующему. И следующему. Она шла вдоль реки, ее шаги были едва слышны, как шепот воды по камню.

Через сосны, вниз по холмам. Речные пороги увеличивались, скалы поднимались, как черные копья. Впереди ревел водопад. Если бы Эмери перешагнула через это …

Пороги неслись через край, на дно в сотне футов ниже. Этого не пережить.

У Несты пересохло в горле.

И пересохло еще больше, когда увидела то, что лежало за рекой, зацепившись за упавшее дерево, торчащее из скалистого берега прямо перед спуском к водопаду.

Эмери.

Неста бросилась к кромке воды, но вырвала ногу из ее ледяных пальцев. Эмери, казалось, была без сознания, но Неста не рискнула выкрикнуть ее имя. Взглянув на небо, она увидела, что солнце указывало на полдень, но оно не давало ни тепла, ни спасения.

Как долго Эмери пробыла в холодной воде?

— Думай, — пробормотала Неста. — Думай, думай.

Каждая минута в воде грозила убить Эмери. Она лежала слишком далеко, чтобы разглядеть какие-либо повреждения, но не шевелилась, прислонившись к ветке. Только ее подергивающиеся крылья выдавали признаки жизни.

Неста стянула с себя одежду. Жаль, что она не взяла ночную рубашку, чтобы привязать нож и две стрелы к ноге, а не оставила их на берегу, но у нее не было выбора. Она взяла иллирийский лук, привязала его к груди, и тетива впилась в ее обнаженную кожу.

Обнаженная, она осмотрела расстояние между водопадом, порогами, скалами и Эмери.

— Камень к камню, — сказала она себе. Приготавливаясь к холоду.

И прыгнула в воду.

Неста задыхалась и отплевывалась от ледяного шока, руки тряслись так сильно, что она боялась потерять хватку на скользких камнях и упасть в водопад. Но она продолжала идти. Направляясь к Эмери. Все ближе и ближе, пока, наконец, она не поплыла отчаянно между последним камнем и берегом реки — и Эмери лежала на полузатопленном бревне за ним.

Дрожа и стуча зубами, Неста оттащила Эмери подальше от ветвей и склонилась над ней.

Лицо Эмери было разбито, рука кровоточила из раны на бицепсе. Но она дышала.

Неста сдержала рыдания облегчения и мягко встряхнула подругу.

— Эмери, проснись.

Женщина даже не застонала от боли. Неста убрала с лица Эмери темные волосы, и ее пальцы окрасились красным.

Она должна была переправить ее через реку. Найти убежище. Развести огонь и согреть их.

Лука, который она взяла, было недостаточно, чтобы защитить их.

— Хорошо, Эмери, — зубы Несты стучали так сильно, что болело лицо. — Прости за это.

Она схватила ночную рубашку подруги и разорвала ее пополам, обнажая худое, подтянутое тело Эмери. Неста стянула с нее рубашку и скрутила ее в длинную веревку, затем завязала бант.

— Тебе это не понравится, — сказала Неста сквозь стучащие зубы, таща Эмери обратно к воде. — И мне тоже, — пробормотала она, чувствуя, как ледяная вода впивается в онемевшие ноги.

Холодная, как Котел. Холодно как…

Неста пропустила эту мысль мимо ушей, желая, чтобы она проплыла мимо, как облако. Сосредотачиваясь.

Ей удалось погрузить Эмери в воду по пояс, держа ее так крепко, как только позволяли дрожащие пальцы. Затем она взвалила подругу на спину и обвязала иллирийский лук вокруг них обоих, позволив почти неразрывной тетиве впиться в ее собственную грудь, так что дерево уперлось в позвоночник Эмери, связывая их вместе.

— Лучше, чем ничего. — Она обвила безвольные руки Эмери вокруг своих плеч, затем взяла ночную рубашку Эмери и обернула ее вокруг запястий, связывая их. — Держись, — предупредила она, хотя Эмери по-прежнему лежала неподвижной тяжестью на ее спине.

Камень к камню. Так же, как и раньше. Камень к камню, а потом обратно к берегу.

Камень к камню. Шаг за шагом.

Она сделала десять тысяч шагов в Доме Ветра. За эти месяцы она сделала больше. Она могла это сделать.

Неста углубилась в воду, сдерживая крик от холода.

Эмери покачнулась и врезалась в нее, а тетива иллирийского лука впилась в грудь Несты с такой силой, что рассекла кожу. Но выдержала.

Шаг за шагом, шаг за шагом.

К тому времени, как Неста вернулась на дальний берег, дрожа и почти всхлипывая, тетива натянулась до крови. Но они были на твердой земле, и ее одежда и оружие были там, и… и теперь оставалось найти тепло и укрытие.

Неста положила Эмери на сосновые иголки, прикрыв подругу сухой одеждой, которую оставила, и собрала все дрова, какие смогла унести. Голая, дрожащая, она с трудом удерживала палки в руках, когда складывала их рядом с Эмери. Ее дрожащие пальцы изо всех сил пытались скрутить палочки, чтобы зажечь искру, чтобы разжечь огонь, но… Огонь. Она обыскала местность в поисках упавших бревен, молясь, чтобы они не были слишком влажными от тумана у порогов.

Когда костер затрещал ровно, Неста скользнула под груду одежды рядом с Эмери и обняла подругу, их кожа прижалась друг к другу. Они обе замерзли, но огонь был теплым, и под большой одеждой мужчины холод от воды начал исчезать.

Но они были совершенно беззащитны перед миром. Если бы кто-то прошел мимо, они были бы мертвы.

Неста держала Эмери, чувствуя, как ее тело постепенно распространяется. Наблюдая, как облегчается ее дыхание. Чувствуя, как успокаиваются ее собственные стучащие зубы.

Скоро наступит ночь. И что появится в темноте …

Неста вспомнила рассказы Кассиана о чудовищах, которые рыскали по этим лесам. Она сглотнула и крепче обняла Эмери. Она взглянула на свою руку, амулет все еще слабо светился, только теперь указывал на юг. Единственный проблеск надежды и направления. Что случилось с Гвин? Неужели ей снова снятся самые страшные кошмары? Была ли она…

Неста сосредоточилась на своем дыхании. Успокоила разум.

Она переживет эту ночь. Поможет Эмери. И найдет Гвин.

Вокруг реки, как она узнала во время своего похода с Кассианом, системы пещер часто были вырезаны водой. Но чтобы найти их, ей придется покинуть Эмери …

Неста взглянула на заходящее солнце и выскользнула из-под груды одежды. Она накрыла Эмери листьями и ветками, подбросила в огонь еще одно полено и рискнула взять куртку мужчины, чтобы обернуться вокруг себя.

Неста надела сапоги, хотя ее покрытые волдырями ноги возражали, и сделала осторожный круг вокруг лагеря, прислушиваясь. Сканирую каждую скалу и расщелину.

Ничего.

Небо потемнело. Где-то здесь должны быть пещеры. Где, черт возьми, они были? Где…

— Вход здесь.

Неста развернулась, выхватив кинжал, и увидела иллирийского мужчину, стоявшего в десяти футах от нее. Как он подкрался, как выжил, учитывая глубокую рану на лице…