О существенной важности воспитания уже не говорю ничего. Вы слишком глубоко чувствуете в душе необходимость высоких христианских добродетелей, и бог поможет вам передать не личину и маску ханжества, под которыми является религия, но глубокую внутреннюю силу, водружающую в наше сердце якорь и дающую ничем несокрушимый характер человеку.

Итак, обдумайте строго это предложен. Вопросите себя в глубине души, способны ли вы исполнить.[1605] Но во всяком случае не решайтесь приняться вдруг за такой божий подвиг.[1606] Это трудно, потому что нужно пожертвовать , нужно посвятить себя всего служенью и совершенно умереть для [себя]. Но в этом-то и есть красо подвига. Вы должны, во всех отношениях пересмотревши жизнь, избрать поприще. Рассмотрите жизнь и всё множество крушений, которые удалось пережить вам. И что , всё это без цели? Ничто не посылается богом без цели. Бедствия,[1607] несчастия,[1608] сама эта твердость душевная, приобретенная вами, всё это дано для того, чтобы употребили ее в дело. Теперь предстоит вам это дело, вы должны передать другому. Вы вытерпели ниспосланные несчастия, вы не роптали, вы находили возможность еще протянуть руку помощи другому, когда сами под горькой нужд, но еще никакого подвига не наложили сами на себя доселе, никакого дела, никакого христианского пожертвова, свидетельства вашей любви к ближнему, — дела, без чего ничтожна наша вера, которое налагается тем пожертвованием, которое считаем необходимым отдать добровольно и в котором[1609] много сладости.

И если вы предпримете этот подвиг как подвиг, назначенный богом, потому что бог дает чудные силы всему, что предпринимается в честь его, и сами вы не так взглянете на этот подвиг, не откажетесь от него,[1610] ибо этот подвиг немаловажен.

Насчет условий я ничего вам не скажу. Это дело последнее. Скажу вам только: Бенардаки слишком хорошо знает, что значит воспитание сына, что вы и дети ваши будут обеспечены и что он лучше всякого другого почувствует, чем и как вознаградить вас.

Итак, я ожидаю вашего ответа. Не говорю ничего более, пото что вы слишком благородны, чтобы решиться взяться за такое дело не для самого дела, а для выгоды,[1611] и я знаю, что как ни жестоки ваши обстоятельства, как ни доведет до последней крайности ваше положение, но вы [будете] иметь отказаться. Итак,[1612] рассмыслите, сообразите и откровенно, как всегда привыкли вы действовать, дайте ваш ответ.[1613] Я только вам скажу, что всё, предпринятое с душевным рвением, подкрепляется высшею силою и[1614] обращается в легкое, и в труде уже обретается высшее наслаждение. Ответ ваш вместе с письмом я пошлю[1615] прямо к Бенардаки. Но это не должно вас ни в чем остановить. Вы должны действовать совершенно чистосердечно. Грех был бы со стороны вашей, если бы в этом деле не поступили вы откровенно. Я вас уведомлю об ответе,[1616] который получу от Бенардаки,[1617] но каково ни было решен,[1618] я бы хотел во всяком случае чтобы вы узнали друг . Я не смею вам советовать ехать в Петербург, зная, что по расстроенному состоянию вашему всякая незначительная издержка тяжела,[1619] но я бы хотел очень, чтобы вы потом . Будьте просты[1620] и нараспашку, как вы всегда. Бенардаки тоже[1621] мне обещал[1622] действовать просто, я даже просил [его] в случае какой-нибудь невозможности сказать вам просто слово: нет, без всяких даже объяснений, потому это твердо уверен, что если он скажет это слово, то верно вследствие слишком законных причин, и вы сами поймете, что это благороднее всего. Вот всё. Душевно обнимаю вас. Размыслитесь, помолитесь и бог вразумит вас.

Но еще вам повторяю: только тогда вполне возможен будет ваш подвиг и будет легок и отраден, как вы примите его как подвиг для бога. Если бы даже вы исполнили хорошо самое дело, и отец будет вполне доволен, то это ничего не значит. Нужно, чтобы вы сами были довольны, чтобы верили во глубине души вашей в это. От другого я бы не требовал этого, но от вас требую и молю бога именем святой власти, именем вашей[1623] природы и ваших благородных душевных движений, которые, я знаю, вы не захотите ни в каком случае унизить.

Шевыреву С. П., 15 августа н. ст. 1842 (Черновая редакция)

К № 75. С. П. ШЕВЫРЕВУ.

Черновая редакция

Пишу к тебе под влиянием самого живого о тебе воспоминания. Во-первых, я был в Мюнхене и вспомнил твое пребывание там, барона Моля, нашу[1624] переписку и серебряные облатки, смутившие невозмущаемое спокойств города[1625] Дахау. Во-вторых, в Гастейне я нашел[1626] у Языкова Москвитянин за прошлый год и перечел с жадностью все твои рецензии.[1627] Все они до самой последней и незначительной имеют сильную значительность. Много глубокого эстетического чувства и везде какая ясная определенность. И везде нерушимо соединились[1628] с ними могущество, сила и красота языка. Какое твердое знание дела! И это доставило мне много наслаждения и между тем породило сильную просьбу. Нет, будет грех на душе твоей, если ты не напишешь[1629] разбора Мертвых душ. Кроме тебя никто другой не может даже. Тут есть над чем потрудиться глубокому критику, тут двойственное ему поприще: и разобрать значение прежде ее несовершенств[1630] и достоинств[1631] вследствие твоего собственного душевного мерила критика, и разобрать ее в отношении к впечатлению, произведенному[1632] на массу и собратьев[1633] и причины (я думаю, что впечатление вначале должно быть более неблагоприятное). Притом[1634] здесь более, нежели где-либо, предстоит тебе полная свобода, ибо узы нашей дружбы таковы, что можем друг другу прямо в глаза объявить смело даже недостатки, не опасаясь затронуть какой-либо щекотливой струны самого себя. Во имя нашей дружбы, во имя правды, святейшей вещи в мире, и во имя твоего душевного верного чувства я прошу тебя быть как можно строже. Чем более отыщешь во мне и выскажешь мне мои недостатки, тем больше будет твоя услуга. Бог наградил меня способностью[1635] видеть свои недостатки, но я не могу видеть их все вдруг. Мои глаза сначала полуотверсты и становятся отверсты вполне, когда укажут другие. Так рожден человек. Он требует в жизни помощи своих брать.[1636]

вернуться

1605

Далее было: Но помните только, что внушено вам божье . И то

вернуться

1606

И во всяком случае помните, что жизнь ваша должна

вернуться

1607

Несчастия

вернуться

1608

Далее начато: всё это дано

вернуться

1609

в чем

вернуться

1610

Далее было: прежде

вернуться

1611

Сверху приписано: который может

вернуться

1612

Далее было: откровенно

вернуться

1613

Далее было: а. ваш подвиг труден, но [за то] душевное рвение много значит, и предпринятое трудное обратится в легкое б. Ваш подвиг труден, но ведь и великое и трудное обращается не толь в нетрудное, но и делается легко

вернуться

1614

и самое трудное

вернуться

1615

пошлю я вместе

вернуться

1616

обо все

вернуться

1617

В подлиннике описка: от вас

вернуться

1618

В случае ре

вернуться

1619

потому что не зная в возможности ли вы предпринять эту поездку

вернуться

1620

Далее было: как только можно

вернуться

1621

Я просил Бенардаки так

вернуться

1622

дал слово

вернуться

1623

ваших

вернуться

1624

и нашу

вернуться

1625

приводившие в изумление город

вернуться

1626

перечел

вернуться

1627

критики

вернуться

1628

и везде соединены

вернуться

1629

Нет, ты должен непременно написать

вернуться

1630

таких ее несовершенств

вернуться

1631

совершенств

вернуться

1632

В подлиннике: произведенного

вернуться

1633

на других, обоюдное, приятное

вернуться

1634

Далее было: эта кр

вернуться

1635

даром

вернуться

1636

Последние две фразы приписаны сбоку письма.