Они прибыли в восточный порт, в который некогда прибыла Лас, а годом позже — Вейс, за четыре с небольшим часа. Если бы «Стремительный», катер, на котором отправились дети графини, шёл на полной скорости, они прибыли бы на Крайтеон, Сердце Мира, часам к двум пополудни. Лас и её отец тогда шли под парусами трое суток.

Но четыре часа!

Лас в полночь просто вышла на палубу, взялась за канат, чтобы удержаться… и всё было, как раньше. Но уже для двух кораблей. Волны расступились, корабли неслись по ущелью, зыбкому и изменчивому, где вместо скал была вода. И штиль. Полный, немыслимый, и огромные волны, смыкающиеся за кормой. Лас не знала, что думают дети — им не позволили выйти на палубу, но они наверняка видели.

И вот он — порт Эшар. Порт Надежды, в переводе на современный Ронно. «Ущелье» кончилось примерно за полчаса пути — когда другие суда могли попасться на пути, а так — никто не заметил. Кроме экипажей и пассажиров обоих кораблей.

— …Что это было? — капитан катера спросил у Лас. — Мне было приказано ничему не удивляться, и следовать за вами, но такого я никогда не видел!

— Великая Матерь, — пояснила Лас. — Она помогает мне в пути. Боюсь, я не смогу пояснить подробнее. Можно сходить на берег?

— Мы ждём рассвета, — пояснил капитан. — Можно и сейчас, но это будет дурной знак.

— Да, — согласилась Лас. Надо же, забыла — действительно, никто и никогда из дома Вантар не выходит на берег, если в небе нет солнца. Может, и суеверие, но когда такое случилось в последний раз, на следующий же день на дом напали пираты.

Капитан коротко поклонился и отбыл на свой катер. Там уже ждали дети графини — помахали рукой Лас и остальным — но не стали перебираться на яхту. Не положено. Сначала — рассвет.

— Классно! — Мира схватила Лас за руку. — Просто жуть, как классно! Я всё записала, ничего? Я испугалась, можешь поверить?

— Я тоже испугался, — признался Стайен. — Какие у нас планы?

— Ждём рассвета, сходим на берег, — пояснила Лас. — В шесть вечера нас ждут в Парке Времени. Нельзя опаздывать, ни в коем случае нельзя. А потом… у меня нет планов. Хотите, покажу вам здесь всё?

— Планов у неё нет, — Вейс ткнула подругу в бок. — Забыла, что будет завтра? Таблетки нужны, или горшочек, — Вейс не удержалась, прыснула в кулак. — Мандарины вырастить. Или всё, уже не будет мандаринов?

— Будут, — Лас посмотрела на небо. — Но не для меня. Пусть всё будет само собой. Как положено.

Стайен присвистнул.

— Круто! — восхитилась Мира. — Я бы посмотрела… можно?

— Мира! — укоризненно покачала головой Вейс, подбоченившись. — Лас! Так что, искать тебе домик у моря? Или на островок какой уедешь? Или, — она отошла на шаг, — тебе клетку попрочнее?

— Укушу! — Лас чуть не выполнила свою угрозу, к большому веселью остальных. — Домик. Подальше от людей. Вон на том острове живут рыбаки, — указала она. — Я думаю, у них найдётся.

— Зачем это вам… тебе? — поинтересовался Стайен. — Я читал твоё дело, Лас, прости. У вас… у тебя всё всегда проходило очень тяжело. Я ведь помню.

— Не в этот раз, — твёрдо заявила Лас. — Потом, не я одна! Да?

Вейс усмехнулась.

— Ей мандарины, мне хижину, — заключила Лас. — Вот. Мандарины будут вечером. Мира, сможешь найти домик?

— Ты издеваешься! — возмутилась Вейс. — Ей что, больше делать…

— Найду, — Мира взяла их обеих за руки. — Вы так мило ссоритесь! Я почти поверила! Вейс, не бойся, я нигде не пропаду. Будет вам хижина со всеми неудобствами.

— Во что ты поверила? — не поняла Вейс.

— Что вы можете теперь всерьёз поругаться.

— Да ну вас! — Вейс махнула рукой и пошла к трапу. — Книжку почитаю. Лас, не забудь сказать мне, когда рассветёт. И не стучись, не впущу!

— А как же я скажу? — удивилась Лас и покачала головой. — Вот ведь вредная!

…на берег Сердца Мира все ступили в отличнейшем настроении.

25. Цунами

Крайтеон, порт Эшар, Вассео 16, 8:30

— Вон там — вход, — указала Лас детям. — Видите? Вон та улочка, серебряная арка. Кто хочет поступить в Университет, так, как это делали тысячу лет назад, должен оставить у входа всё, где можно найти его имя, и войти.

— И всё? — недоверчиво переспросила старшая дочь, Реа-Вейрон. «Ветер надежды», в примерном переводе на новый Ронно. Девочке восемь лет, и в любой момент Луна может позвать её впервые. Мне не стоит прикасаться к ней, подумала Лас. Вейс ладно, у неё мази и все эти таблетки и настои, а мне нельзя.

— И всё, — улыбнулась Лас. — Там отдельный город, свои правила. Выйти можно только через эту же арку. Если выйдете ни с чем — всё, второй шанс — только через год. Не справитесь во второй раз — ещё через год можно попробовать снова. Четвёртого раза не бывает.

— Здорово! — глаза у младшей, Лас-Вейрон, загорелись. — А можно? Прямо сейчас можно?

Няня — молчаливая белокожая девушка, выступила вперёд и встретилась глазами с Лас. Отрицательно покачала головой.

— Только когда станешь большой, — заметила Лас. Девочка поджала губы и отвернулась. — Не торопись. Здесь всегда будут ждать.

— А вы с какого раза сумели? — тут же выпалила старшая. — С самого первого?

— С самого первого, — подтвердила Лас. — Было трудно! Очень трудно!

— А что нужно-то? — поинтересовалась Мира. — Вдруг я тоже захочу. Чего ржёшь? — ткнула локтем Стайена в бок.

— Найти кого-нибудь из Университета. Найти и узнать его или её имя, без помощи и подсказок. И ни в коем случае не говорить своего имени, никому и ни за что. У тебя будет три недели на всё. Хочешь попробовать?

— И попробую! — заявила Мира, присела перед девочками. — Хотите, попробуем все вместе? Когда вам будет можно.

— Хотим, хотим! — девочки тут же схватили её за руки, оглянулись на няню. Та кивнула, улыбаясь.

— Ну, тогда — идёмте! — указала Лас. — Здесь столько всего интересного. Идёмте, времени не очень много.

Порт Эшар оказался страной чудес. Лас сразу указала на знаки — обозначения закрытых областей, куда лучше не соваться, но, даже несмотря на обилие запретных районов, город оставался сказкой наяву. Магазины и магазинчики, музеи и выставки, уличные музыканты и старинные кварталы, но ранее всего — дворец, что виден отовсюду на Крайтеоне и, конечно, сам порт Эшар. Ест ещё западный порт, пояснила Лас, и южный, но они не имеют такого значения, как Порт Надежды.

Мира спросила разрешения — чтобы не теряли — и ускользнула куда-то, по своим делам, а Стайен остался — и, вместе с Лас, рассказывал девочкам разные интересные вещи про Сердце Мира. В основном про настоящее. Лас говорила о прошлом и очень давнем прошлом.

— Откуда он знает? — поразилась Вейс тихонько, когда они устроили обед — в одном из кафе в виду порта, девочкам скоро отправляться назад. — Он же здесь ни разу не был!

Лас пожала плечами. Может, и был, с него станется побывать где угодно инкогнито. Вроде бы никто из Ордена не пользовался изобретениями Стайена из праздного любопытства или для собственной, частной выгоды, но… Кто знает! Посмотришь сейчас на Хорька и уже видишь не прежнего, благообразного старца в сединах, а вполне молодого человека, способного на разные проказы. На Вантар теперь все будут рассказывать, многие годы, о госте, который ходил по воде и делал живых деревянных человечков.

— Нам пора, — указала она. Три часа, а ещё добираться до библиотеки, а это — по узеньким улочкам и всё время в гору. — Очень рада, что увидела вас, — она обняла девочек по очереди. — Я вернусь! Обязательно вернусь!

Но всё равно она заметила слёзы на их глазах. Влетит им от няни… она хоть и добрая на вид, хоть и молчунья, а, по словам старшей, спуску не даёт.

— Я подожду вас здесь, — Хорёк кивнул, указал на площадь — крупнейшую площадь города, площадь Величия — на ней одной мог уместиться весь Вантар-Таэр. — Мира тоже вернётся сюда. Звоните, если что.