Основоположником просветительного {522} движения (Гаскалы) в России считается Ицхак Бер Левинзон, который в своей книге "Теуда беисраэль" ("Миссия в Израиле", 1828 г.) предложил ряд преобразований в системе еврейского воспитания и указывал, ссылаясь на древних мудрецов, на пользу, которую принесли бы еврейскому народу переход к занятию сельским хозяйством и физическим трудом вообще, а также знание европейских языков.
Уже в 20-х и 30-х годах деятели Просвещения основали новые школы - в Варшаве, Умани, Одессе, Кишиневе и Риге, - в большинстве которых преподавание велось на немецком языке. Они предложили также ряд планов для создания еврейских сельскохозяйственных поселений. Начиная с 60-х годов, просветители усердно трудились над распространением знания русского языка и русской литературы и поддерживали студентов-евреев, учившихся в русских университетах. В этих целях было создано в 1863 г. "Общество для распространения просвещения между евреями в России".
В конце 60-х и в течение 70-х годов в лагере еврейских просветителей России стало ощущаться некоторое разочарование в чудодейственной силе Просвещения.
Многие выдающиеся деятели движения, лозунг которых гласил "будь евреем в своем шатре и человеком выйдя из него", убедились в том, что этот подход практически неосуществим и что молодое поколение, воспитанное в духе идей Просвещения, на которое возлагались главные надежды в деле возрождения нации, встает на путь ассимиляции и отделяется от своего народа и от источников его существования в тысячелетия его истории.
Они поняли, что их движение не в состоянии разрешить проблемы еврейского общества, которым они намеревались руководить. Были и такие, кто стал критиковать даже основные идеи Просвещения, как, например, Перец Смоленскин (1842-1885 гг.), обрушившийся на Мендельсона, на берлинскую школу просветителей и на реформаторов, видевших в еврействе только религиозную секту и отрицавших его национальную сущность. По мнению Смоленскина, евреи национальная формация, но так как у них нет своего государства, то они стали "духовной {523} нацией". Краеугольным камнем еврейства, утверждал он, являются еврейский язык (иврит) и вера в национальное освобождение. Тот, кто не признает этого, изменяет своему народу. В 1868 г. Смоленский покинул Россию и основал в Вене журнал "Гашахар" ("Заря"), в котором он вел борьбу одновременно на два фронта: против косных ортодоксов - "мракобесов" - и против отступников от отцовского духовною наследия.
В те же годы в лагере еврейских просветителей в России появилась радикальная группа, находившаяся под влиянием идей Чернышевского, Писарева и других русских передовых писателей. Члены этой группы обвиняли еврейскую просветительную литературу в оторванности от современной действительности и в том, что она полна бесплодных изысканий, в то время как истинное ее назначение должно заключаться в ознакомлении читателей с идеями материализма. Задача литературы - разъяснить народным массам, что изучение естественных наук следует предпочесть начетничеству и схоластическому умствованию в области "еврейской мудрости". Самые выдающиеся представители этой группы - Авраам Ури Ковнер в 60-х годах, Моше Лейб Лилиенблюм и Иегуда Лейб Левин в 70-х годах. Левин находился также под влиянием социалистических взглядов, распространенных в этот период в некоторых радикальных русских кругах.
В начале 70-х годов среди учеников раввинской семинарии в Вильно образовались социалистические кружки. Одним из их первых руководителей был Аарон Шмуэль Либерман (1845-1880 гг.), который считается основоположником еврейского социалистического движения. Либерман организовал в Лондоне в 1876 г., при содействии нескольких еврейских эмигрантов из России, "Союз еврейских социалистов", задавшийся целью "распространять идеи социализма среди евреев во всех странах их пребывания". В 1877 г. Либерман основал в Вене первый журнал на иврите, посвященный проблемам социализма под названием "Гаэмет" ("Правда"), но он был закрыт после трех номеров. Дело Либермана пытался продолжать Морис Винчевский, писавший под {524} псевдонимом "Бен-Нец". В 1877-8 гг. он выпустил восемь номеров социалистического журнала "Асефат-хахамим" ("Ученое собрание").
Все эти начинания, однако, были уделом маленьких групп. Большинство евреев Восточной Европы осталось преданным религиозным заветам. После тяжелой борьбы в конце XVIII в. и в начале XIX в. между хасидизмом и его противниками наступило примирение.
Враги хасидизма убедились в том, что они не в силах искоренить эту "секту". Помимо этого, оба лагеря опасались усиления тех факторов, которые могли бы нанести удар самому существованию верного своим традициям еврейства. Опасность угрожала извне - со стороны жестокого царского режима, насильно навязывавшего всякого рода "реформы", а также изнутри - со стороны еврейских просвещенных кругов. И те и другие сознавали и то, что ослабление еврейской автономии, в результате внутренней борьбы, пагубно отразится на деятельности общин и на их доходах.
В то же время углубилась социальная дифференциация и в среде самих хасидских общин. Приближенные хасидского цаддика находились в привилегированном положении по сравнению с остальными членами общины, в результате чего с течением времени ослабла непосредственная связь между ним и его паствой. Все же распространение и укрепление хасидского движения продолжалось на протяжении почти всего XIX в., и его борьба с противниками поскольку она продолжалась - была весьма успешной. Хасидизм превратился из преследуемого меньшинства в самую, пожалуй, значительную общественную силу восточноевропейского еврейства.
В середине XIX в. Литва стала общепризнанным во всем мире центром талмудизма. Здесь жили и творили многие из знаменитых талмудистов этого периода, а под влиянием системы воспитания принятой в иешиботах изучение Талмуда распространилось также в широких слоях народа. Литовские общины продолжали служить оплотом борьбы с хасидизмом, но эмоциональная сторона хасидизма оказалась большой притягательной силой и там. В противовес хасидскому влиянию возникло движение "мусарников" (моралистов). Его основатель, Исраэль