Только в колхозах крестьяне обрели настоящую, счастливую жизнь. Сталинское учение о коллективизации указало единственно правильный путь выхода крестьян из бедности и темноты на широкую дорогу зажиточной и культурной жизни, творческого социалистического труда.

Колхозы и совхозы являются необъятным полем приложения науки к жизни, использования её для повышения урожайности сельскохозяйственных растений и продуктивности животноводства, для повышения производительности. Колхозное и совхозное производство служит вместе с тем и неиссякаемым источником движения науки вперёд.

В нашей стране нет труда подневольного, тяжёлого труда на эксплоататоров Труд стал у нас творческим, стал делом чести, доблести и славы. Для свободных граждан социалистического общества он становится потребностью настоящей творческой человеческой жизни.

Миллионные массы колхозников и рабочих совхозов потянулись к научным знаниям, к творчеству. Стирается грань между умственным и физическим трудом.

Всем этим мы обязаны ленинско-сталииской партии и лично товарищу Сталину, его руководству и мудрым указаниям, основанным на непревзойдённом научном предвидении, и его повседневным заботам об интересах трудящихся.

Товарищ Сталин вооружает нас могучим оружием марксистско-ленинской теории, всегда учит нас пониманию необходимости единства науки и практики.

В своей работе «О диалектическом и историческом материализме» товарищ Сталин говорит:«…связь науки и практической деятельности, связь теории и практики, их единство должно стать путеводной звездой партии пролетариата»[130].

В речи на 1 Всесоюзном совещании стахановцев товарищ Сталин говорил: «Данные науки всегда проверялись практикой, опытом. Наука, порвавшая связи с практикой, с опытом, — какая же это наука? Если бы наука была такой, какой ее изображают некоторые наши консервативные товарищи, то она давно погибла бы для человечества. Наука потому и называется наукой, что она не признает фетишей, не боится поднять руку на отживающее, старое и чутко прислушивается к голосу опыта, практики»[131].

Великая Октябрьская социалистическая революция, раскрепостившая человеческий труд и разум, открыла невиданные в истории возможности развития науки. Известно, что в царское время в официальной биологической науке никто не знал ни гениального биолога Мичурина, ни его учения. А после Великой Октябрьской социалистической революции благодаря повседневным заботам В. И. Ленина и И. В. Сталина о развитии науки, идущей на пользу трудящимся, мичуринское дело получило полное признание.

Мичуринское передовое материалистическое биологическое учение в корне противоречило господствовавшей в царской России идеалистической биологии — вейсманизму, неодарвинизму. Поэтому-то научные работы И. В. Мичурина в царской России полностью игнорировались и не могли получить признания. Для прогрессивной биологии Мичурин мог быть навсегда потерян, если бы не наступил Октябрь 1917 года.

Великий Ленин открыл Мичурина. Великий Сталин вывел материалистическое биологическое учение Мичурина на широкую творческую дорогу. И прогрессивные биологи всегда будут благодарны В. И. Ленину и И. В. Сталину за поддержку мичуринского учения и создание всех условий для его развития.

Заботясь о благе народа, В. И. Ленин и И. В. Сталин сразу же после Великой Октябрьской социалистической революции стали создавать все необходимые условия для развития всех отраслей науки в нашей стране.

Мичуринское биологическое учение благодаря заботам и вниманию товарища Сталина и большевистской партии получило небывало благоприятные материальные и моральные условия для своего расцвета. Миллионные массы советского крестьянства, агрономов, научных работников узнали о работах И. В. Мичурина и его учении.

Учение И. В. Мичурина неотделимо от сельскохозяйственной практики Оно представляет собой подлинную передовую биологическую науку, не признающую фетишей, косности Оно создано в результате обобщения опыта сельскохозяйственной практики и прежде всего на базе плодотворной работы по выведению многочисленных новых хороших сортов плодово-ягодных культур. И. В. Мичурин вскрыл общебиологические закономерности: роль условий внешней среды в жизни и развитии растений, наследование приобретаемых растительными и животными организмами новых свойств и признаков.

Мичурин своими работами показал, что природой растительного мира можно управлять, направленно её изменять на пользу сельскохозяйственной практике.

Сельскохозяйственная практика получила могучее средство, дающее возможность улучшать природу растительных и животных форм путём создания через агротехнику и зоотехнию соответствующих условий для жизни и развития растений и животных.

Мичуринское учение подняло дарвинизм на качественно новую ступень, превратив его из науки, объясняющей происхождение органического мира, в науку, дающую возможность направленно изменять, преобразовывать органический мир.

Наше социалистическое сельское хозяйство, не знающее кризисов и застоя, с необходимостью требовало развития передовой прогрессивной материалистической биологии как теоретической основы агрономической науки.

Старая реакционная идеалистическая биология — вейсманизм (неодарвинизм) — не соответствовала, противоречила реальным биологическим закономерностям. Поэтому она не могла быть действенной теоретической основой агрономической науки.

В. И. Ленин и И. В. Сталин ещё в первые годы после Великого Октября гениально предвидели необходимость развития материалистической биологии.

18 февраля 1922 г. в телеграмме Совнаркома, запрашивавшей Тамбовский губисполком, для доклада В. И. Ленину, об опытах и работах И. В. Мичурина, указывалось, что «…опыты по получению новых культурных растений имеют громадное государственное значение»[132].

В своей статье «О значении воинствующего материализма», написанной в те же дни, В. И. Ленин указывал: «…мы должны понять, что без солидного философского обоснования никакие естественные науки, никакой материализм не может выдержать борьбы против натиска буржуазных идей и восстановления буржуазного миросозерцания. Чтобы выдержать эту борьбу и провести ее до конца с полным успехом, естественник должен быть современным материалистом, сознательным сторонником того материализма, который представлен Марксом, то есть должен быть диалектическим материалистом»[133].

По-ленински оценивая значение материалистического естествознания для борьбы с буржуазным миросозерцанием, И. В. Сталин с гениальной прозорливостью поддержал Мичурина и его работы по преобразованию плодоводства. Товарищ Сталин видел и знал научную и практическую значимость мичуринских установок для биологической и сельскохозяйственной науки. Теперь всем биологам Советского Союза и прогрессивным биологам других стран ясно, что мичуринские установки в биологии — единственно правильные установки.

Великий Сталин не только спас мичуринское учение от попыток ликвидации его реакционерами от науки, но и взрастил многочисленные кадры учёных и практиков-мичуринцев.

Руководящие идеи товарища Сталина играли и играют решающую роль в победе материалистического мичуринского учения над реакционным идеалистическим вейсманизмом-морганизмом в нашей стране.

Учение В. Р. Вильямса, правильно отражающее закономерности развития почвы и её основного свойства — плодородия, на практике, в колхозах и совхозах, покалывает несостоятельность давно отвергнутого В. И. Лениным, выдуманного реакционерами так называемого «закона убывающего плодородия» почвы.

Учение Мичурина и учение Вильямса, представляющие собою разные стороны единой материалистической биологической науки и не признававшиеся старой идеалистической биологией, в условиях социалистического сельского хозяйства стали теоретической биологической основой агрономической науки, слились в единую мичуринскую агробиологическую науку.

130

И. Сталин. Вопросы ленинизма, стр. 545, изд. одиннадцатое.

131

Там же, стр. 502.

132

И. В. Мичурин. Сочинения, т. I, стр. 45, Сельхозгиз, 1939 г.

133

В. И. Ленин. Сочинения, т. XXVII, стр. 187, 1930 г.