— Я пойду домой. Устал сегодня. Спасибо вам. Не провожайте.

Я вышел из квартиры, потом из подъезда и пошел к машине. Сел в машину и позвонил Олегу Романовичу.

— Привет, капитан! Как служба?

— Лучше своей службы нет. Устал сильно. Почему мне запрещен доступ в архив?

— Приказ пришел из главка. Там так и написано: «Капитана Синицына в архив не допускать». Я сам офигел. Честно. Первый раз такое вижу. Похоже, у тебя есть там недоброжелатели. Или я чего-то не знаю.

— Спасибо, — ответил я и положил трубку.

Завел двигатель и поехал домой. Приехал, поставил машину, как всегда, напротив подъезда, зашел в подъезд и поднялся на этаж. Почувствовал, что за мной наблюдают. Что ж, это хорошо. Открыл дверь, зашел и охренел. Да, да, именно охренел. Вышел в подъезд, посмотрел на свою дверь, потом на дверь квартиры Михалыча, затем на дверь квартиры тети Клавы. Все нормально, это моя квартира. Зашел обратно. Квартира сияла чистотой. Последний раз так было, когда здесь еще жила мама. Вспомнил, что надо маме позвонить. Все закончится и позвоню. Прошел в ванную, от чистоты чуть не ослеп. Принял душ и пошел в зал. Лег на диван, завел будильник и уснул.

Проснулся от звонка будильника. За окном уже начало темнеть. Огляделся. Да, прав был Лесник, что нужно было запустить сюда женщину. Кира молодец, все отмыла и отчистила. Можно заново гадить. Шутка.

Пошел на кухню, заглянул в холодильник. Ух ты! Еда! Много! Только вот я не голоден. Да и за Кирой пора ехать. Оделся и вышел из квартиры. Теперь стало спокойней, когда появились наблюдатели. Вышел из подъезда, сел в машину и поехал к городскому архиву. По пути заехал в киоск, купил цветов. Как всегда в нарушение припарковался напротив входа. Да, вот такой я плохой. Вышел из машины, облокотился на капот, стою, жду. Сюрприз, так сказать.

Вышла Кира, увидела меня. Как заорет «Аааа!!!» и кинулась ко мне. Я не ожидал такого порыва и упал на капот. Она прижала меня к капоту и поцеловала долгим поцелуем. Я ответил тем же. Она отстранилась, открыла пассажирскую дверь, села и сказала:

— Вези меня домой, быстро! Или я сейчас, прям здесь, в общем, за себя не отвечаю.

— Кира, что это?

— У меня мужчины давно не было, а мой мужчина только что приехал. Вези!

Я сел в машину, цветы положил на заднее сиденье, завел двигатель и с пробуксовкой поехал в сторону своего дома. Поставил машину, где обычно. Мы вышли, зашли в подъезд. Я вернулся, забрал цветы. Мы поднялись на этаж, но перед тем, как зайти в квартиру, Кира запрыгнула на меня сзади. «Наверное, от переизбытка чувств», подумал я. Открыл дверь, зашел внутрь, услышал звук «Бум», как будто что-то твердое ударилось о другое твердое, и Кира свалилась с моей спины на пол. Повернулся и наклонился к ней. Она лежала на спине. Голова в подъезде, шея на пороге, остальное тело в квартире. Подъезд освещен, поэтому было видно красное пятно на лбу. «Вот я дурак! Ударил ее головой об верхнюю перекладину. И что теперь делать?», подумал молча. Бросил цветы, взял ее сумочку и повесил на вешалку. Затащил Киру внутрь квартиры и закрыл дверь. Сходил на кухню, достал из шкафчика нашатырь и дал ей понюхать. Она очнулась и посмотрела на меня. Молча встала, пошла, качаясь в ванную. Мда, ситуация.

— Классно ты меня приложил. — услышал я из ванной. — Теперь рог вырастет.

Решил ничего не отвечать и так все ясно. Вырастет, так вырастет. Извиняться не буду, потому что я пень неотесанный, сама виновата.

Пошел в комнату, подошел к серванту, выдвинул средний ящик, посмотрел туда и ничего не нашел. Кира вышла из ванной и встала у входа в комнату. Повернулся к ней и задал немой вопрос «Где презервативы?» При этом внутренний голос ехидно спросил: «Леша, после того, как ударил женщину, ты еще надеешься на продолжение?» Кира подошла, выдвинула верхний ящик и показала. Вот почему они здесь, а не там, где были раньше? Ах, ну да, женская логика, которая не поддается никакой логике, даже женской. Интересно, какие еще сюрпризы ждут меня в моей квартире?

Снял с себя куртку, снял с нее плащ, сходил в коридор и повесил на вешалку. Вернулся, обнял ее, поцеловал и положил на диван. Сопротивления она не оказала, значит, можно продолжать.

Через некоторое время, пройдя через череду поцелуев, томных вздохов, ласок, мы лежали, обнявшись, и тяжело дышали. Кира встала с меня и ушла в ванную. Я посмотрел ей вслед. А как же долгие лежания в постели, я в кино видел. Там люди после секса лежат в постели, мужчина иногда курит. Что в жизни не так, как в кино? Нет? Ну ладно, пойду тоже в ванную, присоединюсь к своей половинке. Зашел в ванную, залез по душ к Кире. Снял презерватив, посмотрел вниз, как он прикольно плавает. Обнял женщину, сказал: «Люблю тебя». Она обняла меня, сказав «Наконец-то. Я тоже люблю тебя». Старался не смотреть на ее лоб, где было красное пятно. Меня, почему-то от этого пятна, тянуло поржать.

Так мы постояли некоторое время, потом выключил воду. Мы взяли каждый свое полотенце. Я отметил, что в ванной теперь два полотенца. Кира молча вышла из ванной и пошла в комнату. Я достал презерватив, отнес его на кухню и выбросил в мусорное ведро. Потом пошел в комнату одеваться. Женщина уже оделась и пошла на кухню греметь тарелками. Медленно одевшись, пришел на кухню, закрыл шторы и сел за стол лицом к окну. Кира разогрела еду и поставила тарелку сначала мне, потом себе. Я ел и думал, что моя жизнь налаживается. Любимая женщина, вкусная еда, две работы. Одна официальная, другая нет. На первой платят немного, зато стабильно. На второй заработки больше, но риска больше и не так стабильно. Интересно, долго ли все это продлится. Что, это? Да, любой из этих пунктов.

— Вкусно — сказал я. — И спасибо, что прибралась в квартире. Правда, я теперь не знаю, что и где лежит.

— Мне приятно, спасибо. — ответила Кира. — Я впервые в жизни готовлю для любимого мужчины. И мне это приятно вдвойне. Что и где лежит, я тебе покажу, только больше не бей.

— Хорошо. — я поцеловал ее. — Как ты здесь одна?

— Нормально. Познакомилась с соседкой тетей Клавой. Такая хорошая женщина, угощала меня чаем и вареньем. Про тебя спрашивала, про нас. Я ей сказала, что у нас все серьезно. Она очень обрадовалась.

— Я рад, что ты с ней познакомилась. Я ее всю свою жизнь знаю. Мировой человек. Генератор идей нашего подъезда.

— Понятно. Какие у тебя планы?

— Завтра поеду на работу, отмечусь о прибытии.

— Вы со Стагановым нашли убийцу?

— Еще нет, но уже близко. Чую, что он где-то рядом, но чего-то не хватает, чтобы найти и поймать.

— Куда ты ездил в командировку?

Я замялся, думая стоит ли ей все рассказывать. Подумал, что лучше сейчас рассказать, чем потом мое вранье приведет к разрыву отношений. Надеюсь, она умеет хранить секреты. Кира заметила мою паузу.

— Леш, если мы оба хотим быть вместе, то секретов у нас друг от друга не должно быть.

— Кира, понимаешь, это не так просто рассказать. Вот думаю, с чего начать. Хочу, чтобы мои действия не отразились на тебе. Ни те, которые уже произошли, ни те, которые произойдут.

— Какие действия?

— Стаганов попросил меня помочь ему собрать его команду. И одного мы уже нашли.

— И что дальше? В чем опасность?

— Как бы тебе это сказать. В общем, ты слышала, что произошло в Вышегорске?

— Это все слышали. Новость крутят по радио, по центральному каналу показали. Мы все рады, что с этим бандитом так поступили. Нашлись же какие-то «робин гуды». Вот бы пожать им руки. Жаль, что их будут искать.

— Вряд ли найдут, сработали они чисто. Это были мы. Я, Стаганов и Кондор. Кондор, это который на вертолете.

Кира внимательно посмотрела на меня, потрогала лоб рукой. Поморгала несколько раз.

— Слушай, если не хочешь говорить, не говори. Но вот так присваивать чужие подвиги нельзя.

— Почему ты мне не веришь?

— Потому что ты простой полицейский. Ты не бандит, не спецназовец.

— Откуда ты это знаешь? Ты о моем прошлом ничего не знаешь.