Он вернулся секунду спустя и взглянул на одежду Джона.

— Я попросил консьержа. Принести нам одежду. Мы и так достаточно дерьма выслушаем от этих засранцев, — он фыркнул. По-прежнему избегая глаз Джона, он добавил: — Я назвал ему наши примерные размеры, но с тобой мне пришлось сказать наугад.

Когда Джон продолжил наблюдать за его лицом, Врег повернулся. Его тёмные глаза вновь смотрели резко, выражая пытливость, которая снова заставила его походить на разведчика с высоким рангом, которым он и являлся.

— Ты соглашаешься со мной, Джон? — в голосе Врега звучало то же выражение «только правду», что и светилось в его глазах. — Мне нужно, чтобы ты был честен со мной в этом отношении, брат. Это нормально, если ты не соглашаешься… или если ты не уверен. Но мне нужно, чтобы ты сейчас сказал мне, что у тебя на уме.

Джон откинулся назад, привалившись к подушке.

— Да, — сказал он. — Соглашаюсь. Врать не стану… это пугает меня до усрачки. Но этого хочет мой свет. Я не уверен, что смог бы противиться этому, даже если бы захотел. А я не хочу.

Поколебавшись, он поднял взгляд, посмотрев прямо в глаза Врега.

— Элли говорила мне, что такие связи всегда двусторонние, — сказал он. — Она говорила, что на самом деле неважно, кто внешне выступает инициатором. Что сами связи, в смысле энергетическая сторона вопроса, могут возникнуть лишь в том случае, если обе стороны этого хотят, — Джон помедлил, пытаясь прочесть лицо Врега. — Ты тоже так это понимаешь?

Врег кивнул. В его глазах проступило ошеломлённое выражение, которое казалось не очень связанным с движением его головы.

Джон кивнул почти про себя.

— Ну. Так что… да, — он вздохнул, положив ладонь на бедро Врега. — Тогда я «соглашаюсь», если тут ещё остались какие-то неясности. Я просто не хочу глупить, понимаешь? Сейчас слишком много всего происходит. Они нуждаются в тебе, Врег.

Врег уставился на него. Джон ощутил, как боль в другом видящем усиливается, когда его шок погас.

Затем Врег издал слегка забавляющийся смешок, пусть и немного запоздалый.

— Они нуждаются во мне? — Врег закатил глаза. — Маленький брат… в сравнении с тобой я вообще торчу где-то в сторонке. Это не возле моего имени в тех списках значится «командир». Это не я должен собственноручно привести человеческих солдат к их полному потенциалу, — слегка улыбнувшись при виде заскрежетавшего зубами Джона, Врег стиснул воротник рубашки Джона. — Тебе лучше позволить мне найти какое-нибудь другое место для сна этой ночью, брат… я серьёзно.

Джон покачал головой.

— Оставайся в номере. Мои вещи ещё не перенесли. Я найду себе пока что другое место для сна, — он помедлил, и в его свете вибрировала нервозность. — Ты хочешь, чтобы я сказал Элли и Ревику?

Врег мягко щёлкнул языком, продолжая улыбаться.

Теперь эта улыбка как будто исходила из самого его света.

— Я небезосновательно уверен, что они знают, — сказал Врег. — Но ты можешь сообщить им официально, если хочешь. Я чувствую, что Ненз по-прежнему сидит в баре. Не знаю, где твоя сестра, — слегка нахмурившись, он добавил: — И Ненз тоже не знает. Вообще-то, это его беспокоит.

Джон кивнул.

— Ага. Я в курсе.

Он обернулся через плечо, ощутив предупреждающий сигнал прямо перед тем, как Врег ответил своим светом. Дверь их в приватную комнату отворилась так быстро, что Джон неловко поднялся на ноги, пытаясь сохранить хоть какое-то чувство собственного достоинства вопреки тому, как они, должно быть, выглядели. Вид мужчины-видящего, стоявшего там со стопкой мужской одежды и в том числе, похоже, совершенно нового нижнего белья, не помогал ему в этом.

Джон почувствовал, как к его лицу приливает жар, и он тут же порадовался тусклому освещению в комнате.

Консьерж положил стопку на стол вместе с тканевым мешком. На последний он показал вежливым жестом, намекающим, что его надо использовать для их запачканной одежды и всего остального, что они хотели постирать.

Жестом показав вежливый ответ и благодарность, Врег слегка усмехнулся, когда видящий широко улыбнулся ему и приподнял одну бровь, взглянув на Джона.

Подмигнув Врегу, он послал ему импульс света, а потом развернулся на пятках и вышел из комнаты.

Подавив более агрессивную реакцию, Джон вопросительно посмотрел на Врега после того, как мужчина захлопнул дверь.

Но, должно быть, Врег его ощутил, потому что осторожно посмотрел на Джона.

— Не беспокойся, брат. Я его знаю, — объяснил он. — Мы все вместе каждый второй вторник играем в rik-jum. Он задолжал мне дохера денег… именно поэтому я попросил его. Я знал, что он не станет возражать.

Врег тоже поднялся на ноги. Все так же с осторожностью всматриваясь в лицо Джона, Врег скользнул ладонью по его плечу, поглаживая более нежно, словно заметив, что после этого обмена репликами мышцы там напряглись — ну, и не только от этого, если Джон был бы полностью честен.

Спустя ещё несколько секунд Джон ощутил, как его тело сдаётся под светом и руками Врега, а его веки сами опустились.

— Прости, — сказал он, не глядя Врегу в глаза.

— Он знает про нас, — ободряюще сказал ему Врег. — Не беспокойся, брат. Он знал и прежде. Многие видящие знали. Этот взгляд — это он поздравлял меня… а не флиртовал. Те партии в rik-jum были чистым состраданием с их стороны. Они делали это, чтобы отвлечь меня… и дать мне повод напиться, — показав на дверь одной рукой, он немного смущённо хмыкнул. — Я тогда всех сводил с ума. Наверное, они даже позволяли мне выигрывать в карты.

Джон кивнул, пытаясь позволить словам иметь для него значение. Они и имели значение для его разума, во всяком случае, но он по-прежнему чувствовал, как какая-то часть его света испытывает трудности.

Чтобы отвлечь себя, он вывернулся из-под руки Врега и направился к стопке одежды.

Вытащив из стопки одежду меньшего размера, он бросил её на подушки напротив того места, где раньше сидел Врег. Не глядя на Врега, он стянул запачканную рубашку через голову, внезапно остро осознав, насколько ему нужно принять душ.

Он пожалел, что не подумал сказать Врегу, чтобы тот попросил принести свежие носки, но потом осознал, что они и так лежат в общей куче. Вздохнув, он нагнулся, чтобы расстегнуть застёжки на органических армейских ботинках, потому что его ремень и штаны и так были наполовину расстёгнуты. Он успел снять первый ботинок, и только тогда осознал, что Врег не начал переодеваться.

Когда он поднял взгляд, Врег не отрывался от него. Он закрывал свой свет щитами, чтобы Джон его не почувствовал, но боль затмила обычное выражение на лице видящего.

— Иисусе, Врег, — Джон рассмеялся. — Возьми себя в руки, чувак. Мы вот-вот выйдем на публику.

Врег пересёк комнату ещё до того, как он закончил говорить, двинувшись прежде, чем Джон сумел расстегнуть застёжки второго ботинка. Когда он схватил Джона, тот едва не упал, но потом выпрямился и посмотрел видящему в лицо.

Врег обвил рукой его талию, крепко прижимая их друг к другу, и Джон вновь до стеснения остро осознал близость тела другого мужчины.

— Эй, — произнёс Джон, сглотнув. — Мы же только что говорили об этом, верно? — ощутив резкую реакцию своего света, когда он почувствовал эрекцию видящего, Джон постарался отстраниться. — Разве мы не говорили об этом вот только что? Прекращай, чувак… серьёзно. Я не могу сейчас иметь с этим дело…

Врег, похоже, почти его не слышал. Его тёмные глаза всматривались в лицо Джона, как будто не замечая боли, исходившей от них обоих.

— Это навсегда, Джон. Ты это понимаешь, верно? — когда Джон поднял взгляд в ответ на его слова, Врег показал уклончивый жест той рукой, что не обнимала голую спину Джона. — Дело не в том, что я пытаюсь вести себя рассудительно. Я люблю тебя… я не хочу, чтобы ты об этом сожалел. Я не хочу, чтобы ты соглашался на то, что потом будешь воспринимать как вред. Я хочу удостовериться, что ты понимаешь, что это значит. Это не будет походить на все те отношения, которые были у тебя до сих пор.

Его речь оборвалась, когда Джон крепко обнял его, стискивая спину. Он ещё крепче прижал его к себе, когда Врег закрыл глаза, и послал высокому видящему твёрдый, более намеренный импульс. Обхватив руками тело Врега, Джон постарался контролировать свой свет.

— Я знаю, что это навсегда, — произнёс Джон. — Я это знаю, правда. Но если честно, для меня это настолько невероятное понятие, что я могу справиться лишь с тем, что ощущаю прямо сейчас, — он поколебался, сглотнув, и постарался улыбнуться. — В данный момент я просто очень надеюсь, что ты на самом деле не окажешься парнем с раздвоением личности, как муж моей сестры… или каким-нибудь диванным социопатом.

Врег улыбнулся. Его свет смягчился. И что-то в нём как будто сделалось печальнее.

— Ты по-прежнему многого не знаешь обо мне, брат, — сказал он.

Джон кивнул. Вспомнив те проблески с базы Повстанцев, которые он улавливал, а также те вещи, которые рассказывала ему Элли (и про последнее Восстание, и про то, что случилось во время Первой Мировой Войны), он снова кивнул, и его грудь сдавило.

— Ага, — он вздохнул, не переставая прислоняться к широкой груди Врега. — Ты хочешь, чтобы я узнал больше? Перед тем, как мы сделаем это?

Врег поколебался. Джон опять ощутил на себе свет другого видящего, который, может, даже сканировал его.

После очередной паузы Врег кивнул, словно приняв решение.

— Думаю, да, — в его голосе звучала лёгкая нервозность, но Джон не слышал там увиливания. — Думаю, тебе нужно кое-что узнать… пока мы не завершили связь, имею в виду. Я бы предпочёл, чтобы ты ясно видел меня, Джон. Ну, или настолько ясно, насколько это вообще возможно, учитывая, сколько лет мне надо пересказать тебе, чтобы восполнить картину.

Он поколебался, вновь пожав плечами.

— …Это даже традиция, знаешь — беседовать с остальными. Ты можешь поговорить с Тарси. Нензом. Есть и другие Повстанцы, которым кое-что известно. Я дам тебе имена, если хочешь. Большинство с радостью поделится с тобой воспоминаниями. Ты также имеешь право спрашивать. Просить Барьерные записи моего прошлого, если хочешь… в том числе и от меня.