Поэтому он сказал ей:

Не надо надеяться, Фостер. Это, безусловно, будет происходить. Я могу даже достать нам туники с надписью «Фостер-Киф вернулись — и лучше, чем когда-либо!» И…

Ро сдернула одеяло с головы Кифа.

— Ты проделываешь этот эльфийский трюк с разумом, чтобы поговорить со своей хорошенькой блондиночкой, не так ли? Я так и знала! Как будто я чувствую, как поднимается облако страха! Итак, я предполагаю, что ты пресмыкался достаточно, чтобы заставить ее простить тебя?

Киф неохотно кивнул.

— СПАСИБО ВСЕМ БЛЕСТКАМ ЗА ЭТО! Теперь тебе просто нужно сказать ей, что ты беспомощно влюблен в нее, чтобы она могла быть такой, — Ро повысила голос на октаву и прижала руки к сердцу, — «О, Офигенноволсый, я никогда не думала, что ты так чувствуешь, хотя это было до смешного очевидно для всех остальных. И я была влюблена в тебя всегда… я просто не знала этого, потому что я очень забывчивая. Мне жаль, что я потратила столько времени на то, чтобы влюбиться в Капитана Совершенство… иди сюда, давай обниматься!».

Она последовала за этим звуками поцелуев, и Киф открыл рот, чтобы сказать Ро, куда именно она может пойти.

Но в последнюю секунду он спохватился.

— Ого, я тебя чуть не поймала! — Она драматически вздохнула. — Прекрасно. Возвращайся к своей маленькой блондиночке, пока она не начала беспокоиться, что ты ее игнорируешь.

Извини, сказал Киф Софи. Ро снова отвлекла меня.

Я догадалась. Все в порядке?

О да. Мне просто нужно найти какие-нибудь шутливые эликсиры, чтобы наказать ее. Я уверен, что у Элвина где-то есть тайник.

Я была бы ошеломлена, если бы у него этого не было. Какой у него дом?

В некотором смысле супер-Элвиновский. Мягче, чем я ожидал от других.

Он чуть было не добавил: «Когда-нибудь тебе придется это увидеть», но это, вероятно, вернуло бы неловкость.

Так что он выбрал более безопасный вариант:

Определенно лучший способ, чем застрять с Дорогим Папочкой.

Да, держу пари. И это напомнило мне… не думаю, что ты представляешь, почему твой отец так странно относится к термину «объединенные способности», не так ли?

Нет. Но что ты подразумеваете под «странно»?

Наверное, будет проще, если я тебе покажу.

Ее воспоминания врезались в его сознание в громких, ярких деталях, и он поймал себя на том, что ухмыляется ее язвительным ответам, даже когда его желудок перевернулся еще больше при виде отца.

Киф всегда недолюбливал отца… но эта неприязнь постепенно превращалась в ненависть, сжимающую кулаки. И он не мог решить, хочет ли он схватить своего отца и встряхнуть его так сильно, как только может, или ударить его кулаком в лицо.

— Все в порядке, Офиегнноволосый? — спросила Ро. — Ты начинаешь немного нервничать. Ты ведь не испортил отношения с Блонди, правда?

Киф покачал головой.

Обращаясь к Софи, он добавил:

Да, я понятия не имею, что все это значит. Но ты можешь поспорить, что мы с Дорогим Папочкой поговорим об этом, как только это будет безопасно для меня.

А может, и раньше.

Он определенно не будет чувствовать себя виноватым за то, что оглушил своего отца… хотя его отец был такой холодной, бесчувственной оболочкой, это, вероятно, не имело бы никакого значения.

Ты дашь мне знать, если узнаешь больше? спросил он.

Конечно. Хотя… на самом деле мы сейчас не фокусируемся на нем.

Он старался не поддаваться этому «мы», но, конечно, его мозг должен был напомнить ему, что она говорила о времени Фитцфи.

Но это было хорошо. Фитц сильно все испортил, но ему определенно было не все равно. Так что, надеюсь, он возьмет себя в руки и поймет, как стать таким парнем, которого заслуживает Фостер.

У него было гораздо больше шансов на успех, чем у Кифа.

— Ты в порядке? — спросила Софи, и Киф постарался отогнать эти мысли, надеясь, что случайно не позволил ей услышать их.

Да. Все хорошо. Итак, над чем вы с Фитцстером работаете?

Он пожалел, что спросил, когда она сказала ему:

Ну… нам действительно нужно найти тайник Кенрика.

Это была ошибка, которая продолжала давить.

Предательство, которое Киф, казалось, никогда не сможет исправить.

Есть хорошие зацепки? спросил он, уверенный, что уже знает ответ.

Не совсем. Но… завтра мы попробуем поговорить с Мерцанием. Может быть, она что-нибудь узнает.

В ее голосе не было убежденности.

Киф не мог винить ее за это. Но… кто знает? Может быть, Мерцание удивит их.

Он не был уверен, что верит в то, что Мерцание действительно обернулась против его мамы, но его мама тоже была довольно жуткой и злой, так что, возможно, она, наконец, отпугнула Мерцание.

Ты дашь мне знать, что она скажет? спросил он.

Конечно. Ты хочешь, чтобы я что-нибудь спросила или сказала ей?

О, у него был целый список слов, большинство из которых заставили бы невинные маленькие ушки Фостер гореть.

Нет, я уверен, что вы с Фитци все предусмотрели. Просто… держи меня в курсе.

Буду.

Они снова погрузились в тягостное молчание, прежде чем она добавила:

Нарисовал еще воспоминаний?

Наверное, должен.

Ему нужно было нарисовать то, что произошло в Лоамноре, посмотреть, поможет ли это ему понять, что происходит с ним сейчас.

Но сейчас он был не в настроении переживать все заново.

Знаешь, что может помочь? спросила Софи. Может быть, тебе стоит попробовать написать о воспоминаниях после того, как ты их нарисуешь. Я помню, как узнала, что слова и образы обрабатываются разными частями мозга, поэтому использование того и другого может помочь открыть новое.

Она произнесла еще несколько фраз о силе слов, но Киф провел большую часть речи, представляя, как она выглядит, когда говорит это. Она была так очаровательна, когда пыталась его чем-то взволновать.

Думаю, я могу попробовать, согласился он, когда она, наконец, закончила.

Ты должен. И тебе тоже надо немного отдохнуть. У тебя такой… усталый голос.

И у тебя, заметил он. И это, вероятно, была его вина. Думаю, сегодня вечером тебе нужен праздник Винна и Луны.

Вообще-то я сейчас с ними.

ЭМ, ПРОСТИ ТЫ ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ ОБНИМАЛАСЬ С МАЛЫШАМИ АЛИКОРНАМИ И НИЧЕГО МНЕ НЕ СКАЗАЛА? МНЕ НУЖНО НЕМЕДЛЕННО ПРЕДСТАВИТЬ СЕБЕ ЭТУ КАРТИНУ.

Ладно, держи.

Его разум был заполнен тем, что, возможно, было самой милой вещью, которую он когда-либо видел — Фостер, прислонившуюся к стволу Панакес, с головой Винна, лежащей на коленях, и Луной, лежащей на спине рядом с ней, получающей серьезное растирание живота. Цветы плавали вокруг них, и небо было таким идеальным темно-фиолетовым, с крошечными звездами, только начинающими пробиваться.

Жаль, что меня там нет, сказал он ей, надеясь, что это не слишком глупо.

Софи ответила тихим, сладким шепотом:

Мне тоже.

На секунду Киф представил себя рядом с ней, с ее головой, мягко лежащей на его плече, но он отогнал эту мысль так быстро, как только мог, надеясь, что она не заметит.

Отдохни немного, Фостер.

Я сделаю это, если ты согласишься.

Киф улыбнулся.

По рукам.

Он не был уверен, как долго их разумы оставались связанными после этого, но в какой-то момент он заснул… и у него не было ни одного кошмара.

— Он выглядит таким умиротворенным… мне не хочется его будить, — сказал кто-то знакомым голосом, но дремлющий мозг Кифа не мог его распознать.

— Ну, тогда, наверное, хорошо, что у меня с этим нет никаких проблем, — добавил кто-то еще, а вслед за ним раздался пронзительный крик: — ПРОСНИСЬ, ОФИГЕННОВОЛОСЫЙ!

Киф резко выпрямился, пытаясь отдышаться, когда его сердце ударилось о ребра, и комната стала четкой.

Ро усмехнулась.

— Похоже, мне пора начать называть тебя Слюнявкой.

Киф одарил ее взглядом «я-заставлю-тебя-страдать-позже» и протянул руку, чтобы вытереть подбородок.

— О… привет, — пробормотал он, заметив Декса, прячущегося в дверном проеме, затем резко втянул воздух и зажал рот рукой.

— ОН ГОВОРИТ! — крикнула Ро. — И снова мир не кончился! Еще! Еще! Еще!

Вместо этого Киф сделал ей не слишком дружелюбный жест.

Декс рассмеялся.

— Прости. Элвин послал меня разбудить тебя. Мы с папой зашли с несколькими вещами, которые хотели проверить, не помогут ли они.

Киф мгновенно вскочил на ноги, покачиваясь, пока его тело приспосабливалось к вертикальному положению.

— Держись, — сказала Ро, протягивая руки, чтобы преградить ему путь. — Сначала рубашка. И, может быть, сделать что-нибудь с этим утренним дыханием?

Киф сердито посмотрел на нее.

Но она была права, так что он схватил ближайшую тунику и натянул ее, прежде чем глотнуть немного воды, чтобы прополоскать рот.

Дккс фыркнул.

— Милая пижама.

Киф даже не заметил, во что он был одет, но, должно быть, это было что-то, что дал ему Элвин. Ярко-синяя ткань была покрыта разноцветными муркотами, которые все были посыпаны блестками.

Он пожал плечами, проводя рукой по своим растрепанным волосам, и последовал за Дексом в холл.

— Э-э, просто чтобы ты знал, сейчас будет очень громко, — предупредил Декс. — Мой отец подумал, что было бы неплохо взять с собой тройняшек, так что…

Ему не нужно было заканчивать фразу.

Киф уже слышал крики.

— ПАПА, ЛЕКС ВСЕ ВРЕМЯ СМОТРИТ В МОЕ ОКНО!

— ЭТО НЕ ТВОЕ ОКНО!

— НЕТ, МОЕ… Я СТОЮ ПЕРЕД НИМ!

— И Я ТОЖЕ!

— ТЕПЕРЬ ТЫ НЕТ!

— ПАПА! РЕКС ТОЛКНУЛ МЕНЯ В БЕКС. И ОТ НЕЕ ПАХНЕТ ГНИЮЩИМИ ЦВЕТАМИ!

— ДА, НО ОТ ТЕБЯ ПАХНЕТ ТАК, БУДТО ТЫ ВАЛЯЛСЯ В ДЕРЬМЕ!

— ТАК И БЫЛО!

— НЕТ, НЕ БЫЛО!

— ОЙ, НЕ ТЫКАЙ МЕНЯ!

Декс потер виски, пока они спускались вниз.

— Мама все время обещает, что они успокоятся, когда подрастут, но сейчас им двенадцать, так что я не думаю, что это произойдет. И я почти уверен, что в этом году они побьют твой рекорд по задержанию.

— Нет, если я могу помочь, — вмешалась Ро. — У нас с Офигенноволосым все еще полно причин для хаоса, не так ли?

Она протянула руку, чтобы дать пять, но Киф продолжал идти.

Он не мог представить, что жизнь когда-нибудь снова станет такой нормальной.

— Сюда! — крикнул Элвин, жестом приглашая их присоединиться к нему в центре гигантской главной комнаты, где они с Кеслером стояли перед вращающимся креслом.