* * * Ты — роза, о загадка роз в такое время года, Когда еще подобна колдовству опять зазеленевшая порубка, А дерево — всего лишь ствол прямой, всего лишь сделанный земле                                                                                            привой, Крест, противопоставленный могиле. Кривая мандрагора зимой пускает корни, Когда еще рука украдкой, под покровом Поглаживает дремлющие ноги зимы И корни, скрытые в земле, оцепенели. Еще ничто, ничто не предвещает Зеленый трепет сморщенного стебля, Потягиванье нежное его, Вертлявые подмышки первых листьев. Весну росы и плоти. Нет ничего еще от черной чешуи — Решетки будущего, — никаких когтей, Ни свечек, ни сверчков, ни грима, ни гримас, Ни мертвых птиц. Нет ничего еще от рудничного газа — От заговора утренней прохлады, Дыхания оттенков, из которых Возникнет роза. О, каждый год, когда кусты зазеленеют, Меня охватывает нетерпенье, Неверье в то, что снова возвратятся Подснежник, и тюльпан, и скользкий первый бархат. Все долго, дольше, чем в былые годы, И страшно мне, что запоздал орех, что ясени торопятся куда-то А вдруг на этот раз ничто не расцветет? И ни нарциссы, и ни гиацинты Не ободрят меня. Нужна сирень хотя бы, Чтоб я поверил в возвращенье розы. Все то, что в первый раз приобретает цвет и раскрывается,                                                               вступая в детство, Став трепетом, дыханием, ладонью Трепещущего первого флажка, И скороспелость губ и совершенство кожи, Как будто ожидающей раненья, Все говорит о том, что в эту пору Уж мы обычно видим каплю крови, И первую звезду, и бледный знак — Чуть брезжащее обещанье розы. А если роза в нынешнем году, Затем что было слишком много льда, Затем что было слишком мало снега, Поражена или заражена, Задушена, потушена, пропала И нет ее, не будет, что тогда? Болезни почвы, высыханье соков, Личинки страшные и ржавчина до срока, Родильная горячка, жар и лед, Потеря запаха, брожение гормонов И сдвиг геологических пластов, И трещина, провал, банкротство, неудача — А вдруг когда не чье-нибудь, а розы? Как долго длится в нынешнем году Мучительное ожиданье розы. Потом до невозможности вздохнуть, До полного притворства, до потери Невозмутимости желать одно: Пусть прорастет она, невидимая, но Пусть прорастет она, раскроется, пробьется Роза. Зову тебя забытым языком. По издавна знакомому закону, По вздоху воздуха я знаю: ты близка, Я узнаю твоей грозы угрозу, За изгородью занялась заря, И за горами загорелись звезды, Заранее предсказываю: здравствуй! И лепет лепестков и весь твой вес, Как вес вина берет в себя бокал, Как пар танцующий берет моя рука. О, как ты вся ритмична и легка! И ритмами шагов вдруг озарилась проза. Я именем ее дышу я повторяю: Роза! Ты, роза смутная, ты сера или медь, Малиновая роза простодушья, Как будто пламя в бледности золы, Как будто рот, готовый приоткрыться. Ты, роза, вспыхнувшая в это время года, Где все вокруг твое существованье славит, О, роза — это суть твоя и имя. * * * Я розу для тебя создам! Ты — роза, недоступная словам, По крайней мере стертым и обычным. Тебя расскажут странные слова, совсем неподходящие для розы. Так только крик страдания расскажет О звездах радости над пропастью любви. Я розу для тебя создам, из пальцев ей воздвигну храм, Пусть эта роза вьется там, листву свою теряя. Я розу для тебя создам, пускай цветет в колоннах Для нищих и влюбленных, тех, у кого одна постель — объятья. О роза каменных гробниц и статуй, распростертых ниц Над прахом тех греховных тел, кто к исповеди не успел. О роза мужика того, что среди поля своего на мине подорвался. О красный запах, красный цвет письма, в котором мне-то нет Ни ласки, ни упрека. Свиданье роковое то, куда не явится никто… Войска, что отступают прочь в глухую ветреную ночь. И материнские шаги под окнами темницы. Песнь отдыхающих мужчин в часок, сиесты средь маслин… Кровавый петушиный бой в стране туманов. О роза воина вдали от дорогой ему земли. Я розу для тебя создам, но не одну, а много роз, Не меньше, чем алмазов на глади волн морских, Не меньше, чем столетий в густой пыли небес, Не менее, чем снов и грез в одной ребячьей голове… Не менее, чем света в рыдании одном. РОЗА ПЕРВОГО ЯНВАРЯ Вы замечали иногда Две розы — Время и Луну? Они похожи, и вода Большого старого пруда Их отражает, как одну. Вы розу видели хоть раз, В которой пена, и волна, И соль, и горечь, и отказ? Отлива час, прилива час Роднит, как радуга, она. Найдешь на рынках поутру Охапки роз Души и Грез, И розу — Гамму и Игру, Шагов, Заглохших на Ветру, Запретной Страсти, Поздних Слез. Видали ли вы розу Страх? Видали ли вы розу Ночь? Подобно звуку на губах И спелому плоду в ветвях, Они написаны точь-в-точь. Все розы — те, что я пишу, Все розы — те, что я пою, Напрасно я превозношу, Прекраснейшею — я дышу, Перед прекраснейшей — стою.