ПАМЯТИ НИКОЛАЯ ГУМИЛЕВАГосподин офицер, вы еще не одеты?Небо смотрит нахмуренно и свысока.А вдали, в розоватых брабантских манжетах,Облака, облака, облака, облака…Господин офицер, что же вы загрустили?Умирают не только герои в стихах.Видно, Бог и судьба все же вам отпустилиТри высоких креста на граненых штыках.Господин офицер, это ясно и просто:Революция, царь — кто там прав, кто не прав.Первый крест — крест Георгия ПобедоносцаНе отнять, даже с мясом с мундира сорвав.Господин офицер, руки за спину молча.Сапоги, гимнастерка — все сняли: убрать!Крест нательный — накинулись стаею волчьей…Ничего: это в сердце, а там не достать.Господин офицер, третий крест — в изголовье.В небесах уже явно бушует рассвет:Кружева облаков наливаются кровью,Принимая багрово-торжественный цвет,И несутся принять под защиту и стражу,Но надежен затвор и проверен прицел,Отработанный залп! А поэзия как же?Господин офицер… Господин офицер!МАРИЯ-АННА(Триптих)IРазбит волной форштевень корабля,И штормовое море так тревожно…А впереди далекая земля,К которой подобраться невозможно.Еще два дня и точно — будет бунт…Прошу: услышь меня, Мария-Анна!Но даже ванты наподобье струнПоют о горькой доле капитана.За нами смерть сегодня — по пятам:Здесь, на борту, уже не мало мертвых…Я точно знаю: берег где-то там!Но за туманом не видать ни черта.Тяжелый день… И кровь стучит в виски.Команда ни во что уже не верит…Два пистолета. Взведены курки.Они идут, — шаги уже у двери.Кто первый? — Выходи!…Короткий бой.В камзоле рейнском колотая рана,И выстрелы, вдруг перекрывший вой:— Земля! Земля!— Прости, Мария-Анна…IIТы жив еще? Я за тобой пришла.Корабль твой на рифах удержался.Команда в шлюпках к берегу гребла,Но ни один до суши не добрался,Ты выполз из каюты? Что потом?О жажда жизни — нудная забота…Ну вот: лежишь на палубе, крестомРаскинув руки, и зовешь кого-то,Наверно, бога? Глупый человек!А я вот прихожу всегда незванно…Не слышит бог, — кричи хоть целый век.Что ты сказал? Как, как? — Мария-Анна?Мария-Анна! — Вот о чем печаль?Все о наивной страсти человечьей —Все о любви… Но как тебе не жальРасстаться с жизнью навсегда, навечно?Пойми: ты — мой. Спасенья больше нет:Час или два — прилив развалит судно.Чего ж тянуть? Вот чей-то пистолет —Бери, я пододвину, мне не трудно…Тонуть в волнах, как брошенный щенок,Иль смерть принять по рангу и по чину?Плотней на дуло уложи висок.Чего ты тянешь? Ну же, будь мужчиной!Нажми курок — всего какой-то миг…Иди ко мне и сам себя не мучай! Что это там вдали? Английский бриг?Идет сюда… Какой нелепый случай…Гляди — тебе матросы машут с вант, —Поднимешься?! Какое чувство долга…Ну что ж, даю отсрочку, капитан!Прощаемся, надеюсь, ненадолго…IIIВесна манит сиреневым виномИ полногрудным ощущеньем воли…Что я скажу, когда войду в твой домИ трону дверь, знакомую до боли?Вот кто-то промелькнул из-за стеклаОконного… Но не она… Как странно —Старуха? Эй, старуха! — Здесь жилаКогда-то девушка — Мария-Анна…Я так хотел упасть к ее ногам!Я долго шел…Ах, ты глуха на ухо?Мария-Анна! Что? Что значит: «там»?Там — кладбище…Ты лжешь… Ты лжешь, старуха!Я умирал — я дважды видел смерть,И лишь любовь давала к жизни силы…Ты лжешь — она не может умереть! —Она ждала… Она меня любила!…Нет больше слов. В груди тоскливый вой,И в сердце боль накатывает глухо.Смеешься? Ты смеешься надо мной?!Напрасно — я узнал тебя, старуха.Мне в этом мире ничего не жаль.Одна лишь мысль стучится неустанно:Отсрочка… Что ж, недолгая печаль…Я вновь иду к тебе, Мария-Анна!ЛЮБОВЬВ певучих строчках рыцарских баллад,Под звон мечей и чаш она рождалась.И с каждой песней вознесясь стократ,Любовь с небесной сферою смешалась.Понятие: «небесная любовь»Для неба не жалело красок синих.И даже в очертаньях облаковКазались людям облики любимых.Как револьверной пулею в тузаПриходит смерть и милует, и губит.Но даже мертвый открывал глаза,Поняв, что на земле и ждут, и любят.Понятие простой, земной любвиБросало порох в кровь и жар в ладони.Ей посвящали оды соловьи,К ней восходили лебеди и кони.И две любви над миром раскрыля,Их жизнь соединила в быль и небыль.Различные, как небо и земля,Единые, словно земля и небо.НЕЗНАКОМКА В АВТОБУСЕДевушка с рыжей косой ниже пояса —Огненной лавой, катящейся с плеч, —Мысли в смятеньи, чувства в расстройстве,Где уж тут каплю рассудка сберечь?Белая кожа каррарского мрамора, —Целая песня, по крайности — стих…Брови вразлет восхитительно траурны —Черного бархата тающий штрих.Мысли о прошлом, мгновенно сметенные,Мысли о будущем стерты с доски,Только глаза так волшебно-зеленые,Память надежды, весны и тоски…Движется к выходу — близко ль до дома ей?Время-то к ночи… Пойти, проводить…Вышла и сразу, увидев знакомого,Хрипло ругнулась, спросив прикурить.Как развернуло меня — «на попятную»! —Медленно, медленно стынет душа:Чуть не влюбился… И дело понятное…Стерва, конечно… Но как хороша!